А когда она услышала крик, полный боли и страдания, крик, принесенный эхом, ее едва не вырвало. Это был голос Николая. Что, черт возьми, гиганты делали с ним?
Когда звук резко прервался, Джейн поняла, что молчание тревожит больше, чем рев. Что, если гиганты просто... убили его - нет! Нет, нет, нет. Но что, если...?
О, Боже. Рыдания застряли в ее горле. Если он жив, он придет за ней.
Она принадлежала ему, как он говорил множество раз. И каким-то образом он принадлежал ей. Джейн едва знала этого человека, но она чувствовала к нему нечто глубокое и неистребимое.
Всего минуту назад она думала, что ее сердце и душа защищены от его обаяния, а сейчас ее ум уже тревожится о его безопасности. Теперь, когда ее тащили в неизвестность, когда смерть была так близка, стоило ей подумать, что он мертв, – и правда ударила по ней.
Ее сердце и душа не были в безопасности.
Николай пленил ее. Он был властным и высокомерным, но защитником, когда дело касалось ее. Он был убийцей с руками любовника. В его руках она оживала, это было совершенно точно. Он уже был частью ее. В ее крови, голове, в ней целиком. Так что, нет. Нет, нет, нет. Он не мог умереть. Этого просто не может быть.
Что бы с ним ни сделали, он исцелится. Он должен исцелиться. Вероятно, его рев прервался, потому что он потерял сознание или по какой-то иной причине. Да, это наверняка так. И так как он исцеляется, когда спит, то это хорошо.
Не так ли?
Звери гуськом вошли в одну из пещер, и Джейн заставила себя сосредоточиться на том, что было перед ней. Узкие сужающиеся коридоры. Эхо шагов создавало симфонию ужаса в ее голове. Она пыталась запомнить путь, которым они шли, но это было трудно. Так много поворотов, они столько кружили. Алиса в кроличьей норе, подумала она с безрадостным юмором.
Наконец они добрались до просторной пещеры, полной этих крылатых гигантов. Шелест одобрения появился в тот же момент, как они заметили ее, и это одобрение быстро переросло в громкий свист. Гневно зарычав, Троглодит бросил ее на тюфяк в центре.
Джейн вскочила на ноги. Голова от движения закружилась, и мир перед глазами закачался. Когда зрение прояснилось, она стала поворачиваться по кругу, изучая обстановку. Трон, сверкающий кристаллами, выдавался прямо из стены. Этот престол был бы величественным зрелищем, если бы на нем не сидел маньяк с голым торсом.
Его нос был совсем не на месте – скорее на щеке, чем в центре. Одного глаза не хватало, а в нижней губе была настоящая дыра – один из зубов проткнул ее насквозь. На его груди было много шрамов: словно ломтики ростбифа когда-то склеили – но клей не мог их удержать.
Не меньше двадцати существ, охраняя его, стояли рядом. Все взгляды, словно ярко-красные лазеры, были устремлены на нее – от них ей не убежать. Пот стекал меж грудей, холодный, как и ее кровь. Ни одно из этих существ не станет помогать ей. Все они хотели ее и ожидали своей очереди.
На самом деле в комнате лишь двух человек не заинтересовало ее присутствие. Единственные женщины. Обе были голые, старые и морщинистые, немытые, с редкими волосами и мертвыми глазами. Их использовали, множество раз, и они были покрыты следами укусов и ушибов.
Неудивительно, что эти ребята так завелись даже от вызывающей омерзение "Одетты".
Шаги за спиной заставили ее развернуться. Головокружение снова охватило ее и, похоже, намеревалось затянуться. Лишь когда оно прошло, она поняла, что это были те, кто напал на Николая. Они были в крови, хромали, у них не хватало частей тела, они едва дышали, но они были здесь.
- Где мой вампир? - закричала она.
Проигнорировав ее, они упали перед царем.
- Вампир исчез.
Он исчез. Это означало, что он был жив. Слава Богу. Слава Богу.
- Нет свежего мяса? - спросил царь, заговорив впервые.
- Нет свежего мяса.
Сердитый рык вырвался из груди суверена, и он махнул пальцами в сторону мужчин. Четыре других гиганта вышли вперед, вытащили мечи и взмахнули ими, – Джейн не могла понять, что происходит. Отрубленные головы прокатились по полу, остановившись у ее ног.
Она сгорбилась, и ее, наконец, вырвало. Нет, нечем. Она была совершенно пуста. В ее животе ничего не было. Когда тела подобрали, раздался смех и аплодисменты.
- Вот свежее мясо. Приготовьте, - король кивнул в знак одобрения. - Мы будем обедать.
Они собирались есть себе подобных. О, Боже, Боже, Боже. Она выпрямилась, готовясь к рывку побега.
Троглодит опустил тяжелую руку на ее плечо, заканчивая ее побег до того, как она успела сделать хоть шаг.
- Я нашел. Моя добыча.
У короля испортилось настроение, и он нахмурился.
- Я отдаю тебе свою ведьму.
Он указал на одну из старых женщин. Ведьма, низко склонившись, вышла вперед.
- Теперь отдай мне твою.
- Нет. Я хочу толстую.
Угрожающее шипение.
Говорить с царем не преступление, решила Джейн.
- Деритесь, - предложила она, а голос дрожал также, как и все тело. - Деритесь за меня. Меня получит победитель.
Если хоть чуть-чуть повезет, они убьют друг друга.
Царь, глядя на нее, нахмурился.
- Драка, да. После.
Он поманил пальцем, ожидая, что она подойдет.
После того, как... Снова это слово. Сглотнув, она покачала головой. Троглодит сжал сильнее ее плечо, еще сильнее, и Джейн вздрогнула.
- Подойди, - уже более резко потребовал король. Он поманил ее снова и указал на свою промежность. Словно он думал, что она запрыгнет на него прямо сейчас.
Он, наверно, того и ждал. Она слышала невысказанное «или же» и попыталась собраться с мыслями.
Ну же. Я могу это сделать.
- Отведи меня в твою спальню, - никогда еще в жизни Джейн не пыталась соблазнить того, кто был ей отвратителен, и она мысленно съежилась от хрипотцы в своем голосе. Лучше она будет драться с ним наедине, чем при всех его людях, которые к тому же могут к нему присоединиться.
- Я сделаю такое, о чем ты лишь мечтал.
Если, конечно, твои мечты включают удушение твоими же собственными кишками.
- Просто хочу твой рот на моем члене.
Я предпочла бы умереть.
- И я хочу предоставить тебе свой рот для твоего члена. - Молния порази меня! Пожалуйста! - Так что давай пойдем в спальню. Потому что – вот неожиданность – я сделаю все лучше, если мы будем наедине.
Он тут же вскочил на ноги, уводя ее за собой.
Глава 10
Голова Николая гудела от мыслей, а тело вибрировало от эмоций. Только что он боролся с гигантами, защищая Джейн, а затем закричал от боли, не в состоянии контролировать беспорядок в своем сознании. Лица, очень много лиц. Голоса, столько голосов.
