я успокоился. Нас не встретила толпа дронов, и мы спокойно отправились за едой. Леон сказал, что нам нужно брать плитки не те, что я ел в городе, а самые плотные – одну такую можно есть около месяца. Мягкие всем нравятся больше, но не в этот раз. Мы не знаем, что произойдет, когда в городе станет известно о нас, когда главные смотрители узнают, что люди уходят из городов и начинают жить самостоятельно. ZENO нас не тронет за пределами городов, но, когда решают люди, всегда будет жестокость.
Мы шли долго, а улицы становились все запутаннее. Нам удалось спрятаться от нескольких дронов, прижавшись к стенке. Все, как говорил Леон. Как ни крути, он очень много знает. Все об устройствах дронов, о смотрителях и о том, как воздвигались города. Я перестал думать о его жестокости и сфокусировался на знаниях, которыми он владеет. Все можно было объяснить. Не оправдать, а объяснить. Леон сказал, что осталось недолго. Мы шли по городу, и у меня складывалось ощущение, что каждый мой шаг я делаю по проклятому месту. Тишина этого города была слишком настораживающей.
Когда мы подошли к помещению, где должна была храниться еда, мы, пригнувшись, перебежали улицу и застыли у двери входа. Навстречу нам направлялось несколько дронов. Я начал дергать ручку двери и сильно шуметь. Дроны приближались. Хоть они и не были в боевом режиме, я все равно боялся, что нас заметят. Леон наблюдал за ними, пока я пытался открыть дверь. Он повторял, что дверь должна быть открыта. Я дергал все сильнее, но она не поддавалась. Я увидел электронный замок на двери и сказал Леону, что он активен и нам нужен отпечаток пальца, чтобы войти. Леон ответил, что такого не может быть, эта дверь всегда открыта. Он сказал, что ZENO рядом, если они перейдут в желтый режим, то не успокоятся, пока не найдут нас. Я начал паниковать и не знал, что делать. Леон не замолкал, дверь не открывалась. Я попытался навалиться на дверь, но все было бесполезно. Я давил все сильнее, пока не увидел перчатку на своем плече. Леон отодвинул меня от двери, снял перчатку и приложил палец к замку, дверь открылась. Наши взгляды пересеклись на мгновение, и мы ввалились внутрь здания. Мы оба лежали на земле, Леон закрыл дверь ногой, и мы начали приходить в себя.
Я прокручивал в голове все, что он говорил мне, и не мог понять, как в очередной раз я чего-то не заметил. Все, что он знает, все, что он делает. Он не просто бывший смотритель. Он один из тех, кто создал это место. Он один из тех, из-за кого все это происходит. Я лежал и пытался собрать мысли в кучу, чтобы сказать все это Леону, но мне нужно было отдышаться. Леон встал и начал бродить среди коробок с едой, заглядывая в них. Однако мне сейчас было важнее узнать, насколько я ошибался. На что еще я не обратил внимание? И в этот раз я заставлю его сказать мне правду!
Часть 39
Я смотрел на Леона, не отводя глаз, пока он метался из стороны в сторону, кидая все необходимое в свой рюкзак.
– Кто ты?
Леон сделал вид, что не услышал мой вопрос, и сказал, что я могу взять мешок, который валялся у одного из контейнеров с едой. Я повторил вопрос уже громче и строже. Но он продолжал говорить о том, что мне нужно делать. Я подошел к стеллажу, на который указал Леон, и опрокинул его со всей силой. Он повернулся ко мне и зашептал, что нас могут услышать дроны.
– Я не сдвинусь с места, пока ты не скажешь мне правду! Ты не обычный смотритель. Все, что ты знаешь, и твои отпечатки! Я должен знать правду!
Он остановился, поняв, что если я не услышу правду, то меня услышит ZENO. Из-за моего шума путь к другим припасам был отрезан, дроны рыскали вокруг здания.
Леон, тяжело вздохнув, положил рюкзак на землю. И начал рассказывать. Он и правда был не просто смотрителем. Он и вовсе им не был. Он был главным смотрителем города F. Он рассказал, что раньше всем управляли обычные люди, которым нужно было следить за вымиранием. Они называли друг друга администраторами. Но все изменилось, когда ZENO решил, что они не справляются. Он начал видеть в них угрозу.
– Первого из администраторов, которого ZENO заменил на свой гибрид человека, был в городе А. Это была Лиза. Ты видел ее в нашем лагере. В каждом городе это происходило одинаково, как мы после выяснили. Я никогда не забуду этот день. Ко мне в кабинет вошла F. Она была приветлива и мила. Но сказала, что теперь я буду смотрителем, а она займет мое место. Я слабо понимал, что происходит, но принял это спокойно. Однако хуже всего было то, что она сделала со мной. Она коснулась меня. Я испытал счастье, которое ранее не ведал. Оно полностью заполнило меня. Я перестал чувствовать что-либо еще в этот момент. Но худшее было впереди. Ее касания… они действуют на всех по-разному. Побочный эффект разный.
– Побочный эффект?
– Да.
У Леона начали слезиться глаза. Он продолжал и сказал, что порой он до сих пор чувствует ее касание. И оно обезоруживает его, где бы он ни находился. Он сразу старается избавиться от него. Ему пришлось научиться это делать. В первый месяц он почти не спал, ни ел, ничего не мог делать. Он был на грани смерти. Ее касание будто повторялось снова и снова. Он понимал, что это не его чувства, но оно было слишком прекрасным. Прошло время, Леон больше не мог находиться в этом городе. И со временем появились лагеря.
Когда он закончил говорить, я спросил, почему он не рассказал мне все с самого начала. Леон ответил, что ему больше нравится представлять себя обычным смотрителем, который храбро начал спасать людей от городов, чем бывшим администратором, которого сломали и он не смог с этим смириться. К тому же эта история нравится больше тем, кому он предлагал помощь.
Я молча взял мешок и начал наполнять его едой. Все это походило на бред безумца, но мы и есть безумцы, так как все еще можем чувствовать среди всего этого дыма. Мы торопились. Иногда нас касался свет дронов, который проникал через щели в здании. Вскоре мы были готовы. Леон
