истины.
Мрачно захлопнув книги, на всякий случай запрятала все три среди вещей в шкафу и направилась на пару, не прекращая думать о том, что только что узнала.
* * *
После занятий я, проведшая весь день в глубоких раздумьях, решилась на действия.
Вновь переодела форму, накинула мантию и нарисовала на стене переход, напитала его силой и решительно шагнула в грани.
Ледяной ветер едва не сбил с ног. Поёжившись, я поспешила к столу, стуча каблучками по доскам.
Через полминуты поняла, что замёрзну насмерть раньше, чем Нэрен завершит свои возможно срочные дела и придёт.
Протянув дрожащую руку, кое-как нарисовала на столешнице фиксационную печать, закрепила и оставила для дракона всего пару слов: «Эрик хочет встречи с аль-Хаенгом».
Развернулась на месте и прямо здесь же двумя руками начала вырисовывать грани портальной печати, которая унесёт меня обратно в академию.
Работала быстро, успев промёрзнуть до костей, резко выдохнула и рванула в открывшийся проход.
И, падая в грани, краем сознания услышала шорох открывающегося за спиной портала, опаливший жар пустыни и отчётливое рычание не успевшего всего на чуть-чуть… зверя!
Сердце бешено заколотилось в груди.
В первое мгновение я решила, что это от ветра и холода.
Во второе осознала, что горю изнутри.
В моей груди разгорался громадный, никем не контролируемый костёр, заставляющий едва ли не плавиться кости и органы.
Вывалившись в академии, я сбросила мантию, но это не помогло. На ходу расстёгивая платье, побежала в ванную, но под ледяные струи забралась раньше, чем успела раздеться.
Одежда намокла вмиг, задыхающаяся от жара я теперь задохнулась от ужаса, увидев, как от кожи идёт пар. Пар! В тех местах, куда падали мгновенно высыхающие капли ледяной воды!
— Что за Тьма?! — воскликнула в панике.
И ощутила, что меня зовут. Даже не откликаясь на зов собственной магии, знала, что сигнал идёт из беседки от Нэрена.
Но включила воду сильнее, стянула промокшую ткань и, дрожа и стуча зубами, простояла так до тех пор, пока кожа не прекратила источать пар, а обжигающий холод не вытеснил из души убийственный жар.
И тут дверь ванной вылетела! Кто-то дёрнул её с такой силой, что петли попросту оборвались!
Я вскрикнула и попыталась прикрыться руками, до полотенца далеко было, но влетевший внутрь разъярённый Эрик плевать хотел на приличия и мой вид.
— Что случилось?! — заорал он, и я только сейчас увидела в его руке боевое плетение, а во второй — обнажённый меч.
— Эрик, — выдохнула потрясённо, скоро закрутила краны и присела на корточки, продолжая пытаться прикрыться, — ты что творишь?!
Боевой маг цепким взглядом оглядывал небольшое помещение, не спеша убирать оружие.
— Сработала моя защита, — отчитался коротко, — кто-то оказывал на тебя магическое влияние.
О, Грани!
— Твоя защита? — переспросила нехорошо.
Просто я догадывалась, кто на меня магически влиял. Правда, не совсем понятно, как, но я почему-то не сомневалась: это Нэрен.
Так что об этом я подумаю попозже, но вот первая часть фразы Эрика напрягла.
Боевик осознал, что никакой опасности в моей ванной комнате нет, и развеял плетение. Бросил на меня взгляд и без превосходства и хозяйских замашек, просто как факт сказал:
— Ты моя невеста и будущая императрица. Само собой, на тебе стоит моя личная защита.
И парень со звоном спрятал меч в ножны, швырнул в меня свёртком полотенца, развернулся и вышел, бросив:
— Жду.
Сорванная им дверь, стоило магу выйти в комнату, засияла тусклым алым светом, поднялась в воздухе и встала на место. Щёлкнули восстановившиеся петли.
Плюхнулась на попу потрясённо-напряжённая я.
«Само собой, на тебе стоит моя личная защита», — прогрохотало в голове.
Я не была магом, я являлась чародеем, но даже моих знаний хватало, чтобы с уверенностью утверждать: возможности наших магов не позволяют ставить личные магические защиты. Нельзя просто. Невозможно.
Использовать артефакт — вот оно, распространённое решение данной проблемы. Да что там, оно в целом единственно возможное. Поэтому все знатные рода Раделии имеют семейные магические артефакты всевозможных свойств и качеств — потому что только артефактом можно защитить. Других способов просто нет. Не может магия так делать.
Но вот он Эрик, и вот его слова: «Само собой, на тебе стоит моя личная защита».
На мне помолвочное кольцо рода Вескер с тремя чёрными бриллиантами и колоссальным количеством магии в нём, которая убережёт в случае смертельной опасности, на этом всё, все остальные родовые украшения я не носила, на злость императору.
Эрик говорил об ином. Не о действии кольца.
Я рывком подскочила, поскользнулась и едва не упала, но удержалась и выпрыгнула на пол. Спешно вытерлась, замотала волосы в сухое полотенце, себя укутала в длинный, до пола, пушистый халат, туго завязала пояс, отжала и скинула в корзину для грязного белья мокрую одежду и вот так выбежала в собственную спальню с требовательным:
— Айшаэ́рская магия?!
Наследник империи, стоя у окна с заложенными за спину руками, прямой спиной, по-хозяйски широко расставленными ногами величественно повернул голову, окинул меня ледяным взглядом и вновь отвернулся к окну, спокойно исправив:
— Шаэ́рское учение.
Шумно изумлённо выдохнув, прошла и плюхнулась на кровать, сжавшись в тёплой ткани халата и во все глаза глядя на неестественно прямую спину боевого мага.
Айшаэ́ра перестала существовать двести семьдесят лет назад. В своих магических исследованиях она дошла до предела, который не был готов принять весь остальной мир, из-за чего случилась жестокая война. Там много чего произошло, но важно вот что: Айшаэра пала, айшаэрская магия под запретом во всём мире, все упоминания о ней были уничтожены, а последователи — казнены без суда.
Айшаэрская магия — это очень плохо.
Но шаэрское учение… это больше, чем магия. Это боевое искусство, энергетические письмена, зачарованное оружие, превосходящее обычное в десятки раз… Это не просто плохо — это смерть за малейшее подозрение в использовании табуированных техник.
И я точно знала, что лишь Айшаэра владела способами магической защиты без применения артефактов. Речь не о кратковременных заклинаниях, спасающих в данный момент, а о долгосрочном воздействии.
— Эрик, — у меня опускались руки от безысходности.
Молодой человек не пожелал выслушивать всё то, что я и так была не в силах произнести, и напряжённо спросил, не поворачиваясь ко мне:
— Что случилось, Ари?
Дракон случился. Дракон и его странное воздействие на меня, которое я пока не сумела опознать, но я тоже упрямая, у нас это семейное, и до правды докопаюсь. Обязательно. Сама.
— Ничего, — ложь с трудом сорвалась с губ.
Стремительный пугающий разворот, и наследник империи вперил в меня прожигающий насквозь яростный
