наблюдает, как астроном юлится вокруг вигвама.
— Вагни, что ты ходишь? — спросил неожиданно археолог.
Парень уставился на профессора в отверстии…
— Я всё думаю об экспедиции — ответил он.
— А что думать? Я уже за тебя подумал. Или тебя что-то волнует?
— Хьяльти, — начал Вагни, подойдя ближе к порванному отверстью — помните на корабле Гомса? Ну, тот, о ком говорили «призрак».
— Слышал такое! А что? — спросил археолог, и вышел из вигвама, — рассказывай, что произошло? — произнёс, почесав затылок.
— Так вот, я недавно снова встретил его…
— Слушай, — перебил Хьяльти, — у тебя часом не лихорадка? Вагни, что за бред?
— Профессор, я серьёзно. Я прошу вас, ответьте! Чей вы читали дневник в офисе, перед отъездом?
Археолог призадумавшись, прищурил брови и посмотрел в сторону.
— Дневник Кемаль Шахида — говорил он — а что случилось? — поинтересовался мужчина.
Астроном помолчал несколько секунд и не выдержав угрызения совести проговорил:
— Профессор, страница дневника скрывает тайну, за которой вы охотитесь долгие годы. Он сказал, что истина в руках вашей супруги Свен.
Археолог, потупив взор, осматривал с ног до головы возбуждённого астронома.
— Вагни, иди спать. Этот дневник я читал не раз, и пускай местами не дочитывал, но могу сказать, что там нет никакой тайны. Единственное, что увидел этот археолог, так это световую колыбель в космосе, и мощные выбросы пепла и обломков, похожее что-то на эксплозивный вулканизм, и это всё.
Астроном не стал спросить с принципиальным профессором, а в особенности не напоминать жену.
— Ладно, простите. Я пойду спать — ответил парень.
Хьяльти злобно махнул рукой будто пытаясь разогнать «тупые» мысли, которые кинжалом пронзали сердце. В какой-то момент профессор начал сомневаться в своих словах. Ведь и вправду, он не до конца прочёл дневник. А что если от него пряталась эта самая загадочная страница? Так часто бывает, что мы помним о мелочах, а самое главное ускользает сквозь пальцы. Хьяльти начисто забыл о содержании последнего листика дневника манускрипта, хотя мог рассказать все остальное содержание.
И даже Вагни не удалось растормошить его память.
Гомс, прячущийся невдалеке за деревом злобно усмехнулся. Все таки Вагни вспомнил про страничку из дневника.
Но тестеру-роботу не хотелось, чтобы профессор обнаружил сам адрес, на этой страничке, пусть еще покрутится по горам и сельве. А там и землетрясение подоспеет. Гомс знал точный прогноз, когда оно случится. Библиотека атлантов не должна попасть в руки Хьяльти в спокойной обстановке. А если Вагни выполнит его тестера просьбу и порыщется успешно в вещах профессорской пары, то Гомс сможет раньше экспедиции попасть туда. Жаль будет ученого, когда тот застанет пустым хранилище. Но такова жизнь — «селяви», как говорят французы.
4
Морок галлюциногенного препарата начал ослабевать. Вагни встал, не замечая ничего и никого вошел опять в вигвам молодоженов и рука дотянулась опять до чаши, рядом был черпак, жажда настолько мучила, что астроном быстро зачерпнул жидкость и жадно стал пить. Что-то обожгло ему ротовую полость и опять молодой ученый провалился в недавнее прошлое. Новая порция жидкости с растворенной в ней айяваяской сработала безотказно.
Вторая половина свадебной ночи было довольно прохладная. Казалось, вот-вот листья на деревьях пожелтеют и наступит глубокая осень. Так здесь в горах, хоть и экватор, но высота четыре километра, бывает часто.
Вагни спал как «убитый». Эйрик с Утой тормошили его за плечи, пытаясь разбудить, но парень отмахивался, умоляя оставить в покое. Светловолосый друг по старой привычке сдёрнул то чем и накрылся астроном.
— Да что ты делаешь? — возмутился Вагни, сжавшись в позе эмбриона.
— Ану, рассказывай, куда ты девался вчера. Мы с Утой искали тебя. Что произошло?
Кареглазый астроном, подтянувшись зевнул и ещё не совсем оклемавшись ото сна, молча смотрел на друга.
— Я вчера встречался с Хьяльти. Там были вопросы по поводу нашей экспедиции.
— Хм, улыбался светловолосый парень.
— А я думал ты у него про жену спрашивал.
— Какое мне дело до его жены?! — возразил недовольно Вагни.
— Ну не знаю. Доктор то наш за ней кругами ходил. Всю задницу уже вылизал.
— Они что, часто бывают вместе? — почесав затылок, спросил кареглазый астроном.
— Да ты что, она с Агилем каждую ночь в вигваме ляси-тряси устраивают.
Вагни взял на заметку, что женщина часто отлучается от жилища, а Йодис постоянно со Скользкой тенью. Астроном в голове спланировал поздно ночью найти среди её вещей ту самую страницу, о которой рассказывал Гомс.
— Ну, хорошо, перемигнулся Эйрик с Утой, а ты хоть знаешь где находишься?
Мучительное выражение лица товарища заставило Экрика выкрикнуть;
— Не страдай, на тебя сильно айяваяска подействовала. И мою и Уты порцию проглотил! Раскрою страшную тайну! Тв в вигваме супругов Нутрибергинсонов.
— А когда свадьба? — с идиотским видом спросил Вагни.
— Так ты уже славно отгулял у нас на свадьбе, смотри, ничего не соображаешь! Ты теперь даже меня глупей!
Ута прыснула, услышав слова супруга.
— Ну и самокритичность! Все, подаю на развод и требую девичью фамилию Дзе! — счастливая девушка рассмеялась. А потом задумалась.
— Как думаешь, на большой земле признают свидетельство о браке, подписанное нашей кровью?
— Сомнительно, — ответил погрустневший Эйрик, глянув на кусок выдубленной кожи тапира с индейскими каракулями.
— Но не переживай, окажемся в городе, сразу зарегистрируемся. Ты же не будешь наших будущих детей посылать на тропу войны?
— Нет! — твердо ответила Ута.
Ута, можно вопрос? — смущенно проговорил Вагни.
Девушка тут же отреагировала, словно ждала вопроса астронома.
— Спрашивай!
— Ута, я все-таки твой муж или Эйрик…?
— Ладно, по индейским обычаям ты мой муж, но… сам понимаешь. Когда вернешься домой, то будешь у нас свидетелем на свадьбе!
— Ничего не понимаю! — Вагни сокрушенно покачал головой.
***
Айяваяска улетучилась. Все стали все понимать в меру своей сообразительности.
Славный ранок всех жителей вывел на повседневную работу. У каждого в племени была занятость. Со стороны люди напоминали муравьёв,
