Страйк уселся на переднее пассажирское сиденье.
– С тобой все будет в порядке, – сказал Страйк, – если только они не подсунули тебе креветки в яичном МакМаффине.
– Можешь забыть о том, чтобы одолжить у меня кастеты, если у тебя такое отношение, – сказал Барклай, втаскивая свои длинные ноги в машину.
Глава 119
…и снова начать свой путь!
Здесь, где недавно трудился жнец…
Мэтью Арнольд
Ученый-цыган
– Привет, – сказала Мидж, присоединяясь к Робин в конце "Уайлд Корт" без четверти девять. Унылое серое утро было прохладным, и Мидж надела шарф под кожаную куртку, а Робин уже жалела, что не надела свитер. Обе несли большие дорожные сумки, и Робин улыбнулась, услышав, как у Мидж что-то звякнуло.
– Великие умы мыслят одинаково, – сказала она, поправляя свою сумку на плече.
– Ага, я прихватила почти весь набор инструментов.
Они направились в переулок, мимо мусорных баков и черного входа в Коннот-румс.
– Как у тебя дела? – спросила Робин, которая уже несколько недель не разговаривала с Мидж как следует.
– Неплохо. Устроила себе немного восстановительного секса вчера.
– Молодец, – сказала Робин, притворившись, будто ей весело, хотя разбитые отношения и уязвленные чувства были последним, о чем ей сейчас хотелось думать. Я забронировал столик в Ритце… даю тебе знать заранее…
– И кто же счастливица?
– Эллен. Бывшая моей предпоследней бывшей.
– А, – сказала Робин.
– Я всегда думала, что она секси. Только у нее кот – просто ужас.
– Правда?
– У него всего три лапы, – сказала Мидж.
– Нельзя же его за это винить, – возразила Робин, подумав о Страйке.
– И один глаз.
– Все равно…
– А когда он недоволен, он гадит в ванну.
Робин рассмеялась, но тут заметила Кеннета Рамси, быстро идущего к ним. Его седые волосы были взъерошены, а куртка висела на нем еще свободнее, чем в последний раз, когда Робин его видела.
– Это все очень… когда мне позвонил мистер Страйк…
– Пожалуйста, не возлагайте на это слишком больших надежд, – сказала Робин. – Мы не знаем наверняка, верна ли наша теория.
Но по его взволнованному виду, по тому, как он возился с ключами от магазина, Робин поняла: он отчаянно надеется на чудо.
Глава 120
… и, наконец, серебряная нить
Бесшумно вьется сквозь глушь лесную,
Пока, пробившись сквозь мох и камни,
Не соединится с криком с материнской рекой.
Роберт Браунинг
Полина
По дороге на север Страйк рассказал Барклаю и Уордлу, как, по его мнению, погиб Уильям Райт и почему. Он счел это полезным упражнением, поскольку их недоверие показало ему, что именно им с Робин нужно сделать, чтобы убедить полицию.
– Если это то, что произошло, – сказал Уордл, – то это самое запутанное убийство, о котором я когда-либо слышал, и я не могу поверить, что ему это удалось.
– Ему и не удалось, – заметил Страйк, – иначе мы бы за ним не пришли, правда? Дело было слишком сложным. Слишком много деталей. Ну, и еще тот факт, что он не смог устоять перед соблазном добавить к этому делу сексуальное преступление. Никогда не смешивай дело с удовольствием.
– Думаю, тебе повезет, если ты повесишь все на этот след от ботинка, – сказал Уордл.
– Если мы правы, то вещественных доказательств будет гораздо больше, чем просто след, – сказал Страйк. – Хотя, признаюсь, у нас их пока нет, и мы не знаем, где некоторые из них.
Они прибыли в пункт проката автомобилей в Банбери вскоре после девяти. Уордл и Барклай забрали арендованный "Мицубиси" и отправились на север, оставив Страйка искать, где скоротать несколько часов в этом маленьком городке. В закусочной Old Town Deli and Café предлагался не только кофе, но и столик на улице, где Страйк мог съесть оладьи, покурить вейп и прочитать новости дня с телефона.
"Исламское государство" взяло на себя ответственность за теракт на Вестминстерском мосту. Водителя опознали как Халида Масуда, пятидесятидвухлетнего жителя Великобритании, мусульманина, имеющего за плечами множество судимостей. Страйк пролистал сайт BBC в поисках отвлечения. Робин ему все еще не звонила, и если его теория о "Серебре Рамси" окажется ложной, ему, возможно, придется позвонить Барклаю и Уордлу и попросить их повернуть назад. Поэтому он с меньшим интересом, чем несколько дней назад, увидел имя Доминика Калпеппера. Журналиста уволили из газеты, и Страйк сильно подозревал, что это связано с безосновательной историей о Кэнди.
Зазвонил телефон. Он схватил его, не посмотрев, кто звонит, и на мгновение растерялся, услышав голос Шаха вместо Робин.
– Привет, – сказал Шах. – Я, э-э… я звоню извиниться.
– За что? – спросил Страйк, так погруженный в свои мысли, что не сразу вспомнил, в чем Шах мог провиниться.
– За то, что я сказал то, что сказал, о деле с серебряным хранилищем, и за то, что поверил Кокран, когда она сказала, что ты к ней приставал. Мы с Уордлом поговорили, и… да. Мне не следовало принимать ее слова за чистую монету. И я знаю, что ты настойчиво пытаешься выяснить, кто убил этих людей, за свой счет, так что я… я не горжусь тем, что я тебе сказал.
– Черт возьми, я наговорил кучу вещей, которыми не горжусь, – сказал Страйк. – Как нога?
– Болит, – сказал Шах.
– Держись. За деньги не переживай – мы можем платить тебе средний месячный гонорар, пока ты не вернешься.
– Это очень любезно с твоей стороны, – сказал Шах.
– Да, ну, я бы лучше оставил тебя в агентстве, – сказал Страйк.
Он услышал звуковой сигнал.
– Шах, мне пора, это может быть Робин.
Он переключил звонки, не дожидаясь ответа.
– Привет, – раздался голос Мидж. – Мы почти на месте. Робин подумала, что тебе будет интересно узнать все в подробностях. Она почти сняла заднюю стенку.
Робин, которая была чуть ниже Мидж и несколько худее, стояла на коленях в одном из старых шкафов в подвале Рамси, откуда они достали все чистящие средства. Были видны только ее ноги, когда она использовала молоток-гвоздодер Мидж, чтобы выковыривать гвозди.
– Как выглядит? – спросил Страйк. – Недавно трогали?
– Гвозди новые, – ответила Мидж, – но
