Но подобное предположение оказалось ошибочным. Стоило пройти несколько сот шагов, как окружение резко изменилась. Он будто пересек невидимую границу, за которой его ждали… Словно по мановению волшебной палочки, в стенах появились горящие факелы, освещая теплым светом ставшие вмиг сухими стены. Тепло наполнило внутреннее пространство, а в нос ударил незнакомый пряный запах. Откуда он здесь взялся — неизвестно, ведь внутри скал отсутствовала всякая растительность. А о том, что странный аромат может принадлежать кому-то, лучше даже не думать.
Коля осторожно зашагал дальше, мысленно жалея, что советов больше ждать неоткуда. Зеркало Адамара молчало, а все подсказки Тамара уже разрешились. Вспомнив великого архитектора, в голову пришла сумасшедшая идея. Что если магия лабиринта способна поменять не только внутреннюю обстановку? Он вытащил из кармана карту, проявившуюся в 'танце Раа'. К его удивлению и радости, та тоже изменилась. Теперь ее поверхность покрывало изображение многочисленных ходов, развилок, тупиков. Тамар, кажется, предусмотрел все! Карта, указывающая местоположение лабиринта теперь показывала его внутреннее строение! Провести воображаемую линию от входа до обозначенного выхода не составило большого труда. Несколько поворотов, подземное озеро, грот, петляющие хитроумные переходы — и он достигнет противоположного конца! Николай свернул карту и смело пошел вперед.
Направо, еще направо, прямо. Периодически он вытаскивал карту и сверялся со своим местонахождением. Вдруг послышался странный шум. Коля насторожился. Он уже привык к тишине, которую нарушали лишь звуки его шагов. Теперь же стало ясно, здесь есть еще кто-то. Он поспешил дальше, так и не определив, откуда доносится шум. Но он нарастал, напоминая шелест, будто нечто огромное ползло по земле. Неужели главное чудище лабиринта — подземный червь? Ну конечно же! Какое еще существо может столько лет жить под землей? И, насколько помнил Николай тех особей, с которыми имел несчастье встретится сразу по прибытию в Анделор, они не прочь были полакомиться человечиной. Теперь понятно, почему никто не мог победить червя — против громадной твари, вооруженной несколькими рядами зубов и отвратительным, вышибающим дух запахом, никто бы не устоял.
Если знать врага в лицо, становится легче. Но только не в случае с подземным обитателем. В прошлый раз Коле удалось от него убежать на поверхность, а поскольку ползучая тварь никогда не показывается на свет божий, червю пришлось только зубами щелкать от досады и голода. Здесь же бежать некуда. Молодой человек твердо решил без кристалла не возвращаться. Какая с него польза, если теперь и по ночам он превращается в гворра? Нет, придется сражаться.
Между тем, звук становился все громче, а его источник все не появлялся. Только сейчас Николай заметил еще одну странность. Лабиринт как будто стал уже. Сначала он решил, что это игра воображения. Прошел дальше. Нет. Все верно. Проход действительно сужался. Все бы ничего, но карта ничего такого не показывала. Да и подземный червь уже не в состоянии здесь проползти. И если в этом спасение, то почему шум не затихает? И тут юноша понял. В своих предположениях он жестоко ошибался. Шумело вовсе не подземное чудовище. Шорох и скрип издавали сами стены! И они продолжали свое смертельное движение навстречу друг к другу.
Мелькнула мысль податься назад. Если сработала какая-то ловушка, еще есть время вернуться. Но, судя по карте, путь к выходу отсюда был только один. Вперед. И тогда Коля побежал. Пока не поздно, пока стены не раздавили его в своих каменных объятиях. Быстрее, быстрее. Ноги едва касались сухой земли. Из-под сапог выбивалась древняя пыль, кружась, поднималась наверх. Тиски неумолимо сжимались. Вскоре они стали задевать плечи, так что пришлось повернуться боком. Николай отчего-то пребывал в твердой уверенности, что испытание завершиться именно тогда, когда проклятый проход останется позади. Но спасительный выход никак не появлялся. Шум трения камня о камень почти оглушал. Шершавые стены упорно сдвигались, разрывая на беглеце одежду, оставляя на его коже царапины.
Коля упорно пробирался вперед, отказываясь принимать простую истину — магическая ловушка просто играет с ним. Короткий переход растянулся в тоннель, длинною в бесконечность. И он уже никогда не выпустит свою жалкую жертву на волю. Мыслей, каким образом с ним бороться, также не приходило. Да и что может сделать человек, даже такой сильный, как он, против камня? Оставалось сжать зубы и идти вперед, потому что пока двигаешься — жива надежда на спасение. И только когда проход сузился настолько, что стало невозможным сделать ни шагу, Коля отчаянно стукнул кулаком по каменному плену. Теперь все пути отрезаны. Ни назад — ни вперед. Он застрял. Отчего-то стало очень грустно. Смерть частенько ходила рядом, и каждый раз сулила все новые способы кончины. Выбор был велик, но сделал бы честь любому настоящему воину. А здесь он, человек-гворр, стоял, зажатый в тиски, ощущая, как могучая сила неумолимо сдавливает его ставшее вдруг таким хрупким тело. Смерть, достойная мышонка, попавшего в мышеловку, но никак не мужчины…
Вскоре и дышать стало невозможно, на грудь будто навалилось нечто тяжелое, не давая воздуху проникнуть в легкие. Еще чуть-чуть и захрустят поломанные ребра, превратятся в жуткое месиво его внутренности… Но стены вдруг остановились, будто наткнулись на невидимое препятствие. Однако и назад тоже не двигались.
Только сейчас Коля обратил внимание, что бедро жжет неведомым огнем. Он кинул взгляд вниз. Зачарованное лезвие ножа, купленного у оружейника, накалилось докрасна и, проткнув ножны, кончиком упиралось в стену. Клинок проделал в камне небольшое отверстие и оттуда медленно стекала вниз красная, похожая на кровь, светящаяся жидкость.
После нескольких неудачных попыток Коле все же удалось высвободить свою правую руку так, чтобы ухватиться за рукоять магического ножа. Пальцем он отомкнул замок на ножнах и аккуратно достал свое единственное спасение. Как мог, поднял его и изо всех сил воткнул в жесткий камень. Лезвие вошло в него, как в масло. Стены содрогнулись, заколыхались, каждым движением грозя нанести жуткие увечья своей жертве. Николай рухнул вниз и пополз вперед, то и дело втыкая нож по бокам в стонущие глыбы. Яркая кровь брызгала из отверстий, заливая лицо, одежду, обдавая мерзким пряным запахом, тем самым, что встретил у входа. Тиски стали разжиматься, вереща так, как ни одно живое существо. Коля вскочил на ноги и, шатаясь, бросился вперед, рукавом вытирая лицо от мерзкой жидкости. Пол содрогался как при сильнейшем землетрясении, на голову сыпалась пыль и мелкие камешки. Бежать становилось все труднее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
