указ Правительства Республики Блокстана.
Я потом ещё нашёл удостоверение сотрудника Ведомства оперативных дел Блокстана, там была моя фотография.
Там был действительно я, полная копия. И фамилия Сидоров. Тогда же я взял себе эту фамилию на заметку.
– Вернинский: Надо же… А оно при тебе? Ведомство оперативных дел… Напоминает наше министерство.
– Сидоров: К сожалению, оно у меня не сохранилось, в последний раз видел два года назад…
– Вернинский: А документ 2016 года?
– Сидоров: Его бойцы Зверей забрали себе, Феникс себе оставил.
– Вернинский: Ни то, ни другое доказать не можешь. А не паникёр ли ты случаем?
Повисло молчание. Генком решил обвинить меня в разведении паники. А за такое у нас не щадят.
– Вернинский: Да я же шучу, Сидор! Вот ты конечно. Я прекрасно помню про Неизвестных людей по Блокстану, сам же был таким. Но что с того? Наступила новая жизнь, новые проблемы. Не подумай лишнего, но наши офицеры из ВКБ занимались этим вопросом. Да много кто из кланов этим занимался.
– Сидоров: Ну, помню. Раньше слухи бывали, что кланы крупные отправляли отряды на исследования.
– Вернинский: То-то и оно! Именно потому я не очень верю Язовскому, что в научных комплексах не было людей. Там они ДОЛЖНЫ БЫЛИ БЫТЬ. Куча отрядов отправлялось в эту сторону, и они могут так пропасть? Пусть он, пожалуйста, не держит меня за дурака.
– Сидоров: Но вот, с чего произошёл обрыв памяти? Я знал одного человека, когда ещё в группе Свободных был.
– Вернинский: Свободные? Ну слыхал, весёлые ребята были. Продолжай.
– Сидоров: Там был глава Забир Илеев. Здесь же я познакомился с Даниславом, но это к слову. Забир один раз упомянул о глобальной катастрофе в Блокстане, когда я только ознакомлялся во всём.
Второй раз он упомянул её перед своей смертью в 3018 уже подробнее, как оказался очевидцем этих событий.
– Вернинский: Я ничего не знаю об этой катастрофе, даже не слышал. До этого момента. И всё? Больше ничего?
– Сидоров: Ничего. Когда я осознал, что он многое знает и стоит его спросить обо всём это подробнее – он оказался в сложном положении… Ранили, а от ранения и заражения крови то и помер.
– Вернинский: Не простой был он. А где умер он?
– Сидоров: Это на старой фабрике, по дороге к северным заводам, ныне контролируемые Имперцами. Тогда он с Даниславом и остатками исследовательской группы попали под атаку Профов, что охотились за ними и желали уничтожения нашей группе.
Первые клановые войны тогда начались, а их исследовательская группа попала в такую западню. По ходу первого боя с Даниславом он получил ранение, и оставшись лишь с Даниславом, велел ему уходить, спасаться. Потом уже подошли мы, Люцер, Григорский и ещё люди бывшей группы Свободных… Тут столько много можно рассказать.
В общем, нашли мы Забира, он был ранен. Только начали осматриваться, как к нам пожаловали новые силы Профов, побольше.
Григорский и остальные люди взяли огонь на себя, чтобы я, Люцер и Забир смогли спастись бегством к Сити-16.
Но Забир был ранен и вскоре скончался, сказав последние слова о катастрофе.
– Вернинский: Знаешь, а мне Язовский предлагал недавно изменить цели плана по окружению Сити-16. Поставить первоочередной задачей захват Северных заводов и Фабрику. Забавно, правда? Объясняя это стратегической инициативой.
– Сидоров: Ты их в чём-то подозреваешь?
– Вернинский: Язовский не пускает наших людей осматривать научный комплекс. Предоставляет мало документов. Не даёт
внятных объяснений по комплексу в целом, что там есть, как обустроено. Постоянно настаивает на интеграции и
объединению в единое целое, а теперь ещё по совпадению меняет планы операции на эту местность. Они намеренно что-то скрывают от нас, Сидор. Такие вещи подрывают наше доверие к ним.
– Сидоров: Да, это немного странно.
– Вернинский: Вдоволь строить теории, у меня уже голова мало варит. Пойдём, выпьем, а Сидорович?
А как отказать? Самому уже как хочется расслабиться.
После проведённого вечера с “Лёхой” в баре и дороге на “автопилоте” домой, мне приснился сон, знакомый сон.
Утром я уже не очень помнил детали, в последнее время сны снятся вообще с плохой детализацией. Но из того, что я помнил:
“Комната. Простая комната, из окружающего интерьера я не припоминаю ничего особенного. Снова она. Я догадался, что эта девица всё та, как из снов прошлого 3018 года. В этот раз я не чувствовал при себе ощущения счастья или притеснения изнутри, просто пустота. Я о чём-то с ней говорил, тогда дело шло ко сну, потому диалог был практически как подведение итогов рабочего дня.
– Девушка: Нет идеальных людей. Просто пойми, таких нет. И я совсем не идеальный человек, коим ты считаешь меня. Нет ничего идеального в нашем мире, а ты всё идеалы строишь.
Это всё, что я помню об этом сне. К чему такие обращения? За время прошедших месяцев клановой работы я уже и забыл об этом, как вдруг снова она решила встать в моих сновидениях.
Но мои слова Генком услышал и к ним прислушался.
Вступил декабрь 3020 года.
Операция по окружению монархистов в Сити-16 так и не была выполнена, восточное наступление НДО было приостановлено.
В результате удачной мобилизации и контратаке имперцев, армия НДО так и не смогла овладеть Сельхоз-полями около Сити-16, её пригородом и АЭС.
Но НДО удалось взять под контроль Деревню-1.
Что касается наших успехов, то нам удалось овладеть Большим подземельем и районом Слизняк, отрезав имперцев от дороги на северо-запад.
Результаты операции на декабрь 2020.
13 декабря мне, как и остальным представителям Красного Союза в совете Конфедерации Народных Республик отправили документ с указом о изгнании наших представителей из Совета.
Что это значит? Неужели война?..
Я обратился к Вернинскому. Находясь на должности министра средств информации, я проживал в Цитадели, главной базе Красного Союза. Будучи в здании Исполкома, найти кабинет Генкома не сложно.
– Сидоров: Товарищ Генком, что-то случилось?
– Вернинский: Если ты про КНР, то она упразднена. Я сейчас с Язовским поговорил.
Дело такое. Нам были предъявлены претензии касательно отсутствия нашей поддержки в восточном наступлении. Исполком
Братства пришёл к выводу, что возможно у нас наблюдается упадок боеспособности боевых частей и заметно снизилась
оценка исполнения задач на собственных учениях.
"У того же Синдиката оценка своих учений повыше будет, чем у вас.
Причём наша разведка эти оценки, связывая с реальными показателями, подтверждает"
– Язовский, оценивая наше положение.
На основе этого предположения, офицеры Исполкома практически большинством дали добро на усиление действий Братства
в Совете КНР по вопросу интеграции кланов. Это создание общего законодательства, полное открытие границ, создание общих вооружённых сил.
– Сидоров: Затеи заманчивые.
– Вернинский: Ага, но зачем нам это? Во-первых, мы теряем свою независимость и суверенитет. А во-вторых, навязывается вопрос, а кто будет командовать всем этим? Язовский с ВерхБюро НДО? Генрук в КНР именно Язовский. В любом вопросе воссоединения встаёт вопрос, кто в чей состав будет входить и под чью власть переходить.
