Глава 9
Доверяй, но проверяй.
Народная мудрость
Он уехал, забрав с собой брата. Никакого здравомыслия! Хотелось рвать и метать — да как вообще можно так подставлять своё королевство? Самоуверенность — не лучшая черта для будущих правителей.
Королевская чета была до противного спокойна, супруги были уверены, что их сыновьям ничего не грозит. И с чего бы?
Одинаковые дни осточертели, пора было выбираться из своей норы и осматривать будущие владения. Надеюсь, хозяйкой я стану ещё не скоро...
— Тор, — подозвала к себе мужчину, когда читать уже не было сил. — У вас есть место для тренировок?
— Да, ваша светлость. Мы тренируемся вместе с гвардейцами его величества.
— И как?
— У них иной стиль боя, для нас очень полезно.
— А где тренировался кронпринц?
— Оба принца тренируются с остальными, часто они следят за воинами и помогают в познании тех или иных приёмов.
— Понятно... Проводи меня туда, — отложив книгу в сторону, поднялась.
— Пойдёмте.
Идти пришлось довольно долго, вся воинская часть находилась в отдельном крыле дворца, дабы шум не беспокоил господ. Что же, логично, однако путь от этого короче не становился.
Когда мы пришли на место, я осознала ещё одну причину столь дальнего расположения: мужчины сражались, сверкая обнажённым торсами. О да, нежные дамские умы бы не выдержали такого зрелища... Как хорошо, что мой ум вовсе не нежный.
— Пойдём, Тор, мне всё понятно. Передай Градису и Забу, что с завтрашнего дня я буду посещать ваши тренировки.
— А что на это скажет ваш жених?
— А он не узнает!
Сам укатил куда-то, ещё и запрещать мне что-то будет? Нет уж!
Мой путь шёл прямиком к покоям королевы — с женщиной я договорюсь быстрее, а уж она-то найдёт способы влияния на своего мужа.
— Ваше величество, — присела в глубоком реверансе. — Я бы хотела поговорить с вами об одном очень важном деле. Наедине.
С тихими вздохами придворные кумушки покинули покои Серены.
— Мы одни, дорогая, говори, что ты хотела.
— Я прошу у вас дозволения, — дождалась заинтересованно поднятого взгляда и продолжила: — мне бы хотелось тренироваться искусству самообороны в рядах королевских стражников.
— Какой вздор! — возмутилась королева, но глаза её заинтересованно заблестели.
— Если это невозможно, я не буду настаивать... — разочарованно опустила голову, плечи задрожали: я тоже умею играть в эти игры.
— Ну почему же? — она отложила вышивку и сложила руки на коленях. — Это возможно, хоть и трудно выполнимо. Полагаю, моему сыну не стоит знать об этом вашем желании.
— Не стоит, — кивнула.
— Ваша фигура — плод усиленных тренировок? Они для того нужны, чтобы держать себя в форме? — я не стала отвергать эту теорию, но и не соглашалась с ней, чтобы не быть уличенной во лжи. — Придётся тебе притворяться кем-то иным, нежели герцогиней. Будущей королеве не пристало махать мечом вместе со стражниками, — она замолчала на время, раздумывая. — Впрочем, в период войны, твой интерес послужит хорошим стимулом для воинов. Возможные успехи будут воспеваться, тебя будут вспоминать для поддержания духа перед каждым боем. А это очень укрепит твои позиции, — политика! Я с трудом сдержала смешок. — Что же, я поговорю с его величеством... Жди его вердикта завтра до полудня, дорогая невестка, — и она отвернулась, словно потеряв ко мне всякий интерес. Вот они — тонкости общения с подданными. Ты — статуя, холодная и отстранённая, все твои мысли о том, как возвысить королевство, все твои действия для того, чтобы твоя страна процветала.
Присев в реверансе, я развернулась и вышла из комнаты. На повестке дня — выбор тренировочного костюма и способа маскировки, осталось только дожить до завтра.
Враки, что аристократы спят до обеда. Его величество ждал меня уже в восемь утра, давно проснувшись и завершив половину дел, запланированных на день.
— Признаться, когда королева рассказала мне о том, с чем ты к ней вчера обратилась, я потерял дар речи. Однако она поделилась со мной своими мыслями, и я не смог с ней не согласиться. Расскажи и ты мне, что же твориться в твоей головке.
— Я не буду вам врать, но и всей правды сказать не могу, — прикрыла глаза, избегая испытующего взора Марана. — Дома я приступила к тренировкам сразу после болезни, я обязана уметь защитить себя, обязана уметь защитить своё право на жизнь. Я хочу быть лучше во всём, меня нельзя осудить за это. И я не хочу уступать другим только лишь потому, что я женщина.
— Женщина навсегда останется женщиной, как бы она не старалась. Но ты можешь стать сильной женщиной, и в этом ты абсолютно права. Я даю тебе добро, но уверен, что реакция моего сына будет крайне отрицательной. Сама справляйся с этим делом, я лишь попрошу у своих военачальников принять тебя и не распространяться. Простые вояки вряд ли знают, как выглядит будущая кронпринцесса, а те, кто знают, будут молчать.
— Спасибо, отец, — очередной реверанс и я, окрылённая, побежала на завтрак.
Спасибо! Спасибо, что этот день сурка, наконец, закончится. А уж в том, что тренировки разбавят эти серые будни, я была уверена.
Соглядатаи его высочества уже давно были мной обнаружены, так что и сбежать от них практически не составляло труда: идёшь к её высочеству на чай, а оттуда, тайными ходами (вот это доверие, мне выделили карту!), в сторону казарм. А утром подобное провернуть будет ещё легче, просто пойти из своих покоев.
Я не винила Арана за слежку, тем более, что и в его свите есть мой человек. Парню не повезло принести мне клятву, но он сам выбрал, кому служить. Он был благодарен мне за возможность быть полезным короне.
Ежедневно я получала краткие отчёты с помощью почтового камня: «Мы на перевале»; «Мы в таверне такой-то»; «Сегодня случилось это, завтра планируется то». Не особо содержательно, но даже эти короткие сообщения успокаивали. Не хотелось признаваться, но я волновалась за принцев. Дар за наше недолгое путешествие успел стать мне другом, а Аран... он просто — за компанию.
