такт работе челюстей. Перед ним на столе стояла еще одна такая же миска, в которой виднелась большая горка картофельного пюре с пятью сардельками на вершине. Рядом притулилась большая миска с винегретом, а на тарелке лежали еще две кулебяки. В центре стола высились два граненых стакана с компотом. Глядя на такое количество пищи, Максимов усомнился в возможности съесть одному человеку все это за раз.
— Кривицкий пожаловался на тебя, — произнес Максимов. — Говорит, чуть не зашиб ты его в коридоре.
С таким же успехом он мог бы обратиться и к столбу. От Николая не последовало ни малейшей реакции. Поняв тщетность дальнейших попыток заговорить с Пузановским, Максимов встал.
— Ну, ладно, Коль, завтра в девять совещание, не опаздывай.
Максимов еще раз взглянул на поглощающего суп Пузановского и усомнился в том, что Коля вообще заметил его присутствие. Следователь вышел из столовой.
— Пал Егорыч, вызывали? — ровно через двадцать минут произнес он в кабинете начальника отдела.
— Рассказывай, Максимов, что там случилось, — недовольным тоном произнес подполковник Кривицкий.
— Похоже на убийство, Пал Егорыч.
— Так похоже или убийство? — еще более недовольным тоном уточнил подполковник.
— Похоже на то, — уклончиво ответил следователь.
— Займись вплотную этим делом, — безапелляционно произнес Кривицкий и потянулся за графином с водой.
— Но, Пал Егорыч, ты же знаешь, сколько на мне еще всего, — просительно произнес Максимов. — Мне бы хоть человечка в помощь.
Подполковник от такой наглости следователя даже пролил воду, наполняя из графина стакан.
— Какого человечка я тебе еще дам?! — Подполковник смачно выпил воду и со стуком поставил стакан на стол. — Вон у тебя в группе Мишка и Гришка, тебе мало? — Он вытер тыльной стороной ладони губы.
— Пал Егорыч, да у них дел выше головы, впору им самим помогать, — взмолился Максимов.
— А Коля-Карлсон твой? Как ни зайду в столовую, он вечно там ошивается, вот его работой загрузи.
— Пал Егорыч, но Коля-Карлсон не оперативник, он фотограф.
— Максимов, я сказал, не клянчи! — хлопнув ладонью по столу, произнес Кривицкий. — Иди вон лучше своего Карлсона из столовой вытаскивай, иначе он там за пирожки всю месячную зарплату оставит.
— Но Пал Егорыч…
— Максимов! Не морочь мне голову, иди занимайся делом! — раздраженно махнув рукой в сторону двери, рявкнул Кривицкий. — Через сутки доложишь мне первые результаты. Свободен. — Начальник снова потянулся к графину с водой.
Глава 19
СССР, Восточная Сибирь, тайга.
Тайга погрузилась во мрак и отдалась во власть ночи. А на таежной поляне, где расположилась группа, уже, весело потрескивая дровами, пылал яркий костер. Отблеск его пламени озарял окружающую величественную и равнодушную ко всем проблемам этих людей тайгу.
С угрюмым видом ребята расселись возле костра, и в воздухе повисло тягостное молчание. Только потрескивание дров в костре нарушало вековую тишину. Лица ребят были хмуры, и на них легко читалась растерянность. Каждый постепенно начал осознавать ситуацию, в которой они оказались. Вика с отрешенным видом сидела возле Бориса и невидящими глазами смотрела на огонь. Сейчас в этой съежившейся хрупкой девушке невозможно было узнать того отважного врача, который совсем недавно так хладнокровно и бесстрашно выполнял свой долг.
Ее сотрясала мелкая дрожь. Руки Виктории подрагивали.
— Борь, мне очень х-холодно, — тихо прошептала она, и при этом ее зубы постукивали.
— Викуль, постарайся успокоиться, — видя состояние девушки, поглаживая ее по руке, произнес Борис. — У тебя постшоковое состояние.
— Я з-знаю, — дрожащим голосом ответила девушка.
Зотов был в сознании, его усадили возле большого дерева чуть в стороне от костра. Выглядел он очень плохо. Его сухие потрескавшиеся губы отливали синевой, а лоб был густо покрыт испариной. Возле него, так же прислонившись спиной к дереву, сидел Юрий.
Тягостное молчание нарушил Виталий. Перед этим он долго смотрел немигающим взглядом на Костю и наконец произнес:
— Константин, ты сказал, что наш вездеход утонул из-за того, что был раскрыт люк моторного отсека? Верно?
— Верно, — ответил Костя.
— Ты сказал, что вездеход, когда заехал в водоем, зачерпнул воду открытым моторным отсеком и пошел ко дну? Так?
— Да, так все и было. Так получилось, что я за пару часов до аварии раскрыл люк моторного отсека. Вот такое случайное совпадение событий.
— А зачем? — поинтересовался Виталий.
— Так впереди не должно же было быть никаких водных преград, — ответил Костя. — Так Зотов сказал, вот я и открыл люк.
— Костя, ты не понял, зачем ты вообще открыл люк моторного отсека? Ведь все время до этого он был закрыт, — уточнил Виталий.
— Вот это для меня тоже загадка! — Костя хлопнул рукой об руку. — Мотор все время работал как часы, а сегодня с утра вдруг ни с того ни с сего стал греться! Я и открыл люк, чтобы двигатель лучше охлаждался. А завтра с утра собирался встать на ремонт.
— Собирался он, — с издевкой произнес Виталий. — Нужно было не собираться, а решать проблему сразу!
— Ну что уж теперь об этом говорить? — попытался успокоить спорщиков Юрий.
— А я вот что хотел выяснить, — вдруг подал голос Зотов. — Виталий, объясни, как могло получиться, что радист остался без рации? Ведь по инструкции радист в случае чрезвычайной ситуации в первую очередь должен позаботиться о ее сохранности. У тебя и место в вездеходе было возле рации. Почему ты не вытащил ее?
— Не было у меня возможности, — задумчиво произнес Виталий. — Для того мне нужно было бы сначала вытащить Вику. А ее в это время уже пытался эвакуировать Борис. Так получалось, что я для всех загораживал выход, вот мне и пришлось незамедлительно покинуть машину. Ведь не забывай: времени у нас было всего несколько секунд. Эта чертова машина просто топором пошла ко дну.
— Подожди, подожди… При чем тут Вика? Ведь возле рации было твое место, — удивился Зотов.
— Должно было… Но буквально за час до аварии мы с Викой поменялись местами. Они там с Борей общались… — начал объяснять Виталий. — Вот она и предложила махнуться для удобства. Кто ж знал…
— Ну а как же получилось, что оружие никто не захватил? — этот вопрос задал уже Костя.
Юрий бросил цепкий взгляд на Вику, тут же припомнив, что именно она была инициатором того, чтобы убрать оружие под сиденья.
— Оружие было в ящике. Мы решили убрать его туда, — отозвалась Вика.
— А почему вы так решили? Ведь по инструкции… — допытывался Костя.
— Кость, если бы ты ехал в пассажирском отсеке, а не в кабине, ты бы не задавал этот идиотский вопрос, — оборвала его Вика. — Там и без винтовок было не повернуться.
— Вика, в таком случае позволь мне задать
