ответил Коля.
Максимов подошел к столу и снял трубку телефона.
— Дежурный, с начальником АХО[6] меня соедини, — произнес Максимов и после паузы добавил: — Никифоров, зайди ко мне в кабинет, срочно.
Через несколько минут появился начальник административно-хозяйственного отдела.
— Никифоров, ты что, мне саботаж устраиваешь?! — с ходу накинулся на вошедшего Максимов.
— В каком это смысле? — не понял тот.
— В прямом! Почему не следишь за вверенным тебе имуществом?! — указав на разломанную мебель, произнес следователь. — Ты мне личный состав решил угробить?!
— Да я… — попытался оправдаться Никифоров.
— Никаких «я»! — перебил его Максимов. — Чтобы через десять минут в кабинете стояла новая мебель!
— Да где ж я ее вам найду, Семен Евгеньевич? У меня что, тут склад мебельный?
— Ничего не знаю! Через пятнадцать минут я вернусь в кабинет, и чтоб здесь стояла исправная мебель. Свободен.
Ошеломленный Никифоров вышел в коридор.
— Так, — обратился Максимов к присутствующим, — совещание переносится на… — следователь взглянул на свои часы, — на 9:30. Идите пока занимайтесь текущими делами, ровно в 9:30 у меня. Все.
Гришка, Мишка и Пузановский молча покинули кабинет следователя.
Максимов сложил бумаги в портфель. Он хотел было взять кепку с вешалки, но, вспомнив, что последней уже не существует, принялся оглядываться по сторонам в поисках головного убора. Обнаружив его у себя под столом, Максимов присел на корточки. В этот момент дверь кабинета открылась, и вошел Кривицкий.
— Максимов?
— Здесь я, — подал голос из-под стола следователь. Поднявшись, он показал Кривицкому кепку. — Вот, закатилась, — оправдываясь, произнес он.
— А ты кепку всегда там хранишь? — удивленно, тоном доктора, обнаружившего душевнобольного пациента, произнес Кривицкий.
— Да нет, это так получилось, — вновь попытался оправдаться Максимов.
— Нет? Ну, тогда ладно, — произнес начальник отдела и, оглядевшись по сторонам, спросил: — А что у тебя здесь случилось?
— Да Коля-Карлсон неудачно приземлился, — попытался пошутить Максимов, но сразу понял, что юмор сейчас не пройдет. Кривицкий вряд ли это оценит. Он внутренне сжался и приготовился к буре.
— Коля-Карлсон приземлился? — удивленно произнес Кривицкий. Его глаза в этот момент округлились, а лицо еще больше покраснело. Он сдвинул фуражку набок. — Слушай, Максимов, чем ты здесь занимаешься? Ты вообще помнишь, где работаешь? — зловеще процедил сквозь зубы начальник отдела. Следователь автоматически стал складывать бумаги со стола в свой портфель. — Максимов, ты смотри, никому не говори, что у тебя в кабинете Коля-Карлсон приземлился. Поднимут же на смех весь отдел! А тебя в психушку заберут. Коля-Карлсон у него приземлился, — повторил Кривицкий. — Ну просто сюжет из мультфильма! — Начальник вышел за дверь. И, через секунду вернувшись, рявкнул так, что задрожали стекла в кабинете: — В пять часов жду тебя с результатами расследования по убийству!
Кривицкий с такой силой захлопнул дверь, что с потолка посыпалась штукатурка.
Глава 21
СССР, Восточная Сибирь, тайга.
Наступившая ночь уже властвовала в тайге, а ребята так и сидели возле пылающего костра, который своими огромными огненными языками лакал прохладный таежный воздух. Бушевавшая в группе буря страстей постепенно утихла, и на ее месте воцарилось уныние. Сейчас каждый из них мысленно анализировал ситуацию, предшествовавшую аварии. И чем больше они над этим раздумывали, тем подозрительнее им казались действия других членов группы. Озвучивать свои мысли пока не решался никто. Но подозрения нудно истязали мозг каждого, невидимой иглой пронизывая его насквозь.
— Думаю, сейчас не время искать виноватых, — со своего места произнес Борис. — Сейчас нам нужно понять, какие есть варианты, и определиться, что нам делать дальше.
Внимание ребят было приковано к Борису.
— Но сначала нужно понять, с чем же мы здесь остались. Давайте каждый проведет ревизию имеющегося у него в наличии имущества. С кого начнем?
— У меня вот только «Огонек», — достав из кармана зажигалку и продемонстрировав ее ребятам, произнес Костя.
— «Только», — передразнил Костю Борис. — На данный момент зажигалка — это едва ли не самое ценное, что у нас может быть.
— А у меня вот, — подняв руку, произнесла Катя, — наручный компас. Больше ничего нет, — мрачно добавила она.
— У меня нож складной. Случайно в кармане оказался, — сказал Виталий. — Обычно в рюкзаке носил, но утром вот в куртку сунул. Как знал.
— А у меня фляжка вот здесь и нож. — Борис приподнял полы куртки, продемонстрировав поясной ремень, на котором с одной стороны висела армейская металлическая фляжка, а с другой были пристегнуты ножны, из которых торчала рукоятка охотничьего ножа. — И вот еще часы на руке. Водонепроницаемые, кстати. Больше ничего нет.
— У меня тоже фляжка на ремне, — произнес Юрий. — И вот еще, — он показал на рюкзак, лежащий возле ног. — Я, когда выпрыгивал из вездехода, схватил попавшийся под руку. И представляете, мой оказался, — как бы оправдываясь, произнес он. — У меня тут особо ничего нет, так, одежда кое-какая, шахматы походные да вот бинокль. — Он вынул из рюкзака армейский бинокль Б-7. — Еще банка тушенки осталась от комплекта сухпая. Да, еще у меня привычка, куда бы ни отправлялся, всегда брать с собой некоторые лекарства, антибиотики и еще кое-что. Вот, Вика, посмотри сама, может, что-то еще Володе потребуется, — обратился он к врачу.
— Давай я гляну, — произнесла Катя и взяла у Юрия небольшой целлофановый пакет с несколькими упаковками таблеток.
— И еще вот у меня, — после некоторой паузы очень неохотно произнес Юрий, — нож здесь имеется.
Он достал из рюкзака ножны, из которых торчала рукоятка боевого клинка. Взявшись за нее, он вытянул лезвие. В руке Юрия блеснул нож, заиграв бликами от костра.
— Он мне от отца достался, немецкий, трофейный, он с войны его привез. Вот в этот раз я решил захватить с собой в тайгу.
Борис бросил внимательный взгляд на нож. «Ничего себе! — он хорошо разбирался в холодном оружии, и вид этого клинка его поразил. — Сказки, Юра, все сказки! Рассказывай их Косте или вот Вике, возможно, они тебе и поверят, — с иронией подумал Борис. — Очень серьезный нож, вполне возможно, и немецкий, но не с войны, это точно. Это современное боевое оружие. Ширина лезвия, похоже, девять сантиметров… Такой клинок обладает невероятной проникающей способностью. Вполне может состоять на вооружении каких-нибудь иностранных подразделений спецназа. Такой в магазине не купишь. Возможно, конечно, что это подарок, но тогда вопрос: от кого и за что? Уж не за игру в шахматы, это точно. Этой штукой можно шутя перерезать ночью взвод солдат, никто и пикнуть не успеет. Посерьезнее пистолета будет. Вот тебе и шахматист Юра! Точнее, сказочник… Интересно, кто он такой, черт его возьми?!»
— А у меня, кроме планшета с картами, часы наручные, — подал негромкий голос
