Рэм молчал, понимая, что Эверод не сделал ничего, что заслуживало бы его гнева. Кроме того, разве сам он не упрекал себя в этом?
– Наверное, ты прав. Нужно было привезти Мередит в город еще шесть лет назад, а не поддаваться слезным мольбам оставить ее в Свенкотте. В этом сезоне я постараюсь исправить свою ошибку. Я даже нанял для нее компаньонку.
Рэм мысленно выругался, заметив, как заблестели глаза виконта при упоминании о компаньонке. Соблазняя женщину, Эверод не признавал никаких ограничений – ему было все равно, герцогиня это или безродная доярка.
– Компаньонку? – Виконт осклабился на все тридцать два зуба. Его янтарные глаза одобрительно сверкнули. – А ты умный сукин сын! Только ты мог додуматься держать в доме незамужнюю девицу под таким благопристойным предлогом. Скажи, а она хорошенькая?
Рэму пришлось бы избегать Эверода весь сезон, чтобы помешать его встрече с Пэйшенс. Но эта девушка находилась под его опекой, поэтому небольшое предостережение не будет истолковано неверно.
– Значит так, слушай меня. Мисс Винлоу приставлена к моей сестре, чтобы заботиться о ее потребностях, а не о твоих, – отчеканил граф, не скрывая металлических ноток в голосе. От одной только мысли о том, что Пэйшенс может оказаться в постели Эверода, Рэму хотелось заехать кулаком в его самонадеянную физиономию. – Не создавай себе лишних проблем – не распускай руки и выбирай выражения.
– О, значит, она милашка, – шутливо поддел его виконт, довольный, что удалось вытащить из приятеля правду. – Жду не дождусь увидеть красотку, из-за которой ты так и сыплешь угрозами.
Вернулась официантка с двумя бутылками вина и бокалами. Эверод улыбнулся ей и игриво шлепнул пониже спины. Миловидная девица кокетливо толкнула его бедром. Рэм не обращал внимания на сигналы, которыми обменивались между собой эти двое. Он слишком хорошо знал Эверода. Этот человек уже думал о том, как бы уговорить девушку на полчасика оставить свои обязанности и быстренько доставить ему удовольствие. Рэм протянул официантке несколько лишних монет в благодарность за то, что она отвлекла Эверода от мыслей о Пэйшенс Винлоу.
– Спасибо, милорд, – поблагодарила она Рэма, не сводя глаз с виконта. – Если вам еще что-нибудь понадобится, просто спросите Марджори.
Можно было не сомневаться, что позже, вечером в укромном уголке игорного дома Эверод не преминет воспользоваться услугами Марджори и удовлетворит свои естественные потребности.
Рэм взял одну из бутылок и разлил вино по бокалам. Сегодня вечером он хотел просто напиться и на время забыть о своих проблемах.
– Итак, расскажи мне, как поживают Кэдд и Солити? Что у них нового?
Было уже за полночь, когда Рэм услышал робкий стук в дверь. Он знал, что Пэйшенс придет и будет защищать Мередит. Однако он полагал, что она не решится затевать с ним беседу в столь позднее время.
– Лорд Рэмскар, вы не спите?
При звуке ее низкого, хрипловатого голоса Рэм зажмурился, заставляя себя не отвечать. Он был утомлен, раздражен и немного пьян. Сейчас ему меньше всего хотелось обсуждать сестру или собственное недостойное поведение. Мередит так и не простила его за учиненный произвол.
– Рэм, пожалуйста.
После такого он уже не мог притворяться. Поднявшись с постели, он подошел к двери. Ради приличия можно было бы накинуть валявшуюся в кресле рубашку, но он не стал этого делать. Девушка, рискнувшая после полуночи переступить порог спальни джентльмена, заслуживала того, чтобы увидеть ненасытного зверя, которого она разбудила.
Рэм открыл дверь.
– Доброй ночи, Пэйшенс.
Он облокотился о дверной косяк, с удовольствием разглядывая молодую женщину. С такой Пэйшенс Винлоу он еще не был знаком. Ее длинные светлые волосы, обычно собранные и поднятые кверху, были заплетены в аккуратную косу. Она была в простенькой ночной сорочке и крохотных комнатных туфлях на босу ногу. На плечи она накинула легкую зеленую шаль, которая прикрывала грудь.
– Сколько времени вы просидели у окна, дожидаясь моего возвращения? – поинтересовался граф с ухмылкой, больше похожей на волчий оскал. – Если бы я знал, что подобное взбредет вам в голову, то обязательно предупредил бы, что это пустая затея.
Пэйшенс не была готова увидеть его практически обнаженным. Но вместо того чтобы стыдливо отвести взгляд, она уставилась на него, буквально пожирая выразительными голубыми глазами его оголенную грудь и ноги. Одетый в одни только бриджи, он выглядел так, словно впереди его ждала ночь кутежа.
Мысль об этом ее шокировала.
– Простите меня! – пробормотала она еле слышно. – Я слышала, как вы вернулись, но не думала, что вы уже легли. Извините, что помешала.
Она развернулась, собираясь уйти.
Нет, так не пойдет!
Они оба делали вид, что того поцелуя в Свенкотте не было. А теперь она стояла на пороге его берлоги. Поистине, такая храбрость заслуживает вознаграждения.
– Вы наверняка замерзли. Умоляю, входите. – Он отступил назад и жестом пригласил ее к огню. – Нам обеим не спится, да и вы, судя по всему, хотели поговорить со мной с глазу на глаз.
Рэм наткнулся взглядом на лежащую в кресле рубашку и убрал ее. Его полуобнаженный вид будоражил чувства Пэйшенс, но головы она не теряла. Рэм присел на корточки у камина и принялся ворошить дрова.
– Присаживайтесь, – бросил он через плечо.
Она осторожно опустилась на дальний край маленькой кушетки из ореха, справа от него. Длинный валик и подушки были обиты темно-синим вельветом, а позолоченный подголовник покрыт резьбой, имитирующей распущенный веером павлиний хвост. Несмотря на экстравагантный вид, кушетка была очень удобной. Граф часто засыпал на ней у огня с раскрытой книгой на груди.
– Думаю, вы пришли прочитать мне мораль по поводу жестокого обращения с сестрой, – сказал он, откладывая кочергу в сторону. Девушка примостилась на самом краешке кушетки, а поскольку большая ее часть пустовала, Рэм не видел причин не воспользоваться этим, и прилег на кушетку, вытянув ноги у Пэйшенс за спиной. Она отстранилась, но не пересела.
– Вы скажете, что я злоупотребляю своим положением, милорд?
– Будьте добры, называйте меня Рэм или Рэмскар, – мягко попросил он, с легкой досадой отмечая, что она специально употребляет титул, чтобы подчеркнуть пропасть между ними. – Не забывайте, я должен воспринимать вас как равную.
Она победно усмехнулась в ответ.
– Тогда вы должны будете спросить мое мнение относительно Мередит.
Он улыбнулся ее смелости.
– Нет. Я имею дело с Мередит дольше, чем вы. И хотя я восхищен вашей преданностью, иногда наши методы по преодолению ее страхов будут отличаться.
