— Поверь, ты бы не хотела оказаться на моем месте тогда.
— Я смотрела турнир на коммуникаторе. Он просто фан-тас-ти-ческий, — закатив глаза, продолжила Иллея, все не успокаиваясь. — Не могу поверить, что ты с ним знакома. Величайший — свидетель, да тебя же задушить мало! Ты от меня такое скрывала три месяца!
— Его родители меня теперь опекают. Они живут здесь, в Амдине, — улыбаясь, добавила Асхелека.
— Да ладно! — взвизгнула Иллея, подпрыгивая на месте. — Хеле… это же… потрясающе!
— Они хорошие, — кивнула она.
— Подожди, так тебе понравился поцелуй?
— Да, ну тебя! Говорю же, я перепугана была.
— А почему ты тогда краснеешь?
— Илле, перестань!
— Тебе понравилось! Тебе не могло не понравиться.
— Ну, хорошо! — почти закричала Асхелека и смущенно обернулась на закрытую дверь в комнату подруги, словно боясь, что родители Иллеи их услышат. — Да, кажется… мне понравилось.
От этого признания ее сердце подпрыгнуло, и она вдруг почувствовала, что с ней происходит нечто новое. Она три месяца старалась не думать о том, что произошло в ту ночь. Но оказалось, ей нужно об этом поговорить.
— О, звезды, — простонала Иллея. — Тхорн эс-Зарка. С ума сойти!
— А потом он сканировал меня. Глубоко, за всю жизнь, — ровным голосом прибавила Асхелека.
Улыбка сошла с губ Иллеи вместе с немного дурацким влюбленным выражением. Ее рот приоткрылся:
— Я даже не представляла…
— На самом деле я чувствую себя просто отвратительно при каждой мысли о нем, — прерывисто вздохнув, призналась она. — Я чувствую… как будто это так грязно, то, что я сделала. То, что я всех обманывала и то, как я попала в его каюту. Если бы на его месте оказался другой офицер — он мог бы… ну, ты понимаешь. Могло бы не ограничиться поцелуем.
— Хеле, но ты же не виновата, — пробормотала Иллея, заметив слезы в ее глазах и касаясь руки.
— Я чувствую себя такой дурой, Илле, — продолжила Асхелека, покачав головой. — Я теперь понимаю, что должна была сразу все рассказать тому врачу или пойти в полицию. Вместо этого я решила, что должна оставаться в доме удовольствий. Кажется, Тхорн думает, что мне этого хотелось, как другим шаггитеррианкам. Или что я полная дура.
Иллея вздрогнула и широко раскрыла глаза:
— Хеле, прекрати. То, что ты сейчас несешь — это полная чушь, — сердито сказала она. — Ты понятия не имеешь, о чем он думает. А раз он привел тебя в дом своих родителей — уж точно он не считает тебя грязной и порочной.
— Ты так думаешь? — встрепенулась Асхелека.
— Конечно. И еще — насчет поцелуя — я тебя понимаю. Я тоже целовалась, — выпалила вдруг Иллея.
— Не может быть.
— Правда! С Шаттером, из одиннадцатого класса. И, кстати, я в выходные встречаюсь с ним и его друзьями. Там еще наши будут. Хочешь пойти?
— Конечно, хочу! Слушай, а твой отец знает… ну, про поцелуи? — понизила голос Асхелека.
— Не глупи, конечно же, нет, — Иллея состроила испуганные глаза. — Он меня не сканирует уже два года. Иногда грозится, когда прихожу поздно, но ты же знаешь — считается, что на нетелепатов это плохо действует, и все такое.
— Конечно, на тебя это плохо подействует, если ты получишь порку, — засмеялась Асхелека.
Иллея бросила в нее подушкой, но потом тоже повалилась на кровать и захохотала.
— Ох, надеюсь, не получу. В том, чтобы не быть телепатом, есть преимущества.
Глядя на раскрасневшуюся, очень довольную собой подругу, Асхелека невольно облизнула губы. Никогда прежде она не задумывалась о мальчиках с точки зрения поцелуев и всего прочего — то есть, она ожидала, что это случится, но не теперь, а намного позже, когда ей будет семнадцать или двадцать, или около того. Но поцелуй Тхорна все перевернул в ее сознании. Несмотря на то, что он здорово напугал, ей вдруг стало ясно, что не обязательно ждать совершеннолетия, что это можно делать и сейчас. И что ей ужасно хочется повторить — не с Тхорном, конечно, с кем-нибудь менее страшным.
— Ты можешь меня тоже… познакомить с кем-нибудь? — тихо спросила Асхелека у подруги, невольно краснея.
На следующее утро во время завтрака она смущенно спросила у Тмайла и Шеттаи, может ли прогуляться с друзьями в выходные. Ее пре-сезар сразу же кивнул с просветлевшим лицом:
— Конечно, можно.
— У тебя появились друзья? — просияла и Шеттая. — Это же прекрасно!
— Э-м. Это старые друзья, — уточнила Асхелека, не вдаваясь в подробности, чтобы не испытать невольного чувства вины, и не выдать этим себя. Она уже понимала, что уровень Тмайла далеко не такой, как у его сына, и даже не такой, как у ее отца — что-то в районе выше среднего. Он не мог улавливать ее слабые эмоции, типа смущения, за блоками.
— Конечно, маленькая, погуляй с ребятами, — повторил Тмайл. — Только не допоздна.
* * *
Ей казалось, что на уроках по телепатии в новой школе она все еще не достигла ни малейших результатов. Но в компании шести нетелепатов Асхелека быстро осознала, как сильно на самом деле все изменилось. Она чувствовала каждого из них, а когда кто-то из мальчиков смотрел на нее — эмоции выплескивались, как вода в лицо. Днем они немного погуляли в городе, купили все необходимое для пикника, а вечером устроились за школой, развели огонь и стали жарить орехи.
Когда один из ее бывших одноклассников по имени Бальт подсел поближе, Асхелека немного напряглась, но не отодвинулась, а Иллея подмигнула и ушла куда-то за руку со своим мальчиком. Когда вторая парочка скрылась, до нее дошло, что тут все по парам, и мальчик, сидящий рядом с ней, тоже чего-то ждет. Сначала ее сердце заколотилось с тревогой, но когда теплая рука легла на ее коленку, нежно поглаживая, она не почувствовала никакой опасности. Его эмоции отражали только тепло и легкое возбуждение. Это вызвало у нее любопытство.
Губы мальчика наощупь были сухими, жестковатыми, но нежными. Он явно делал это не впервые и действовал уверенно. Асхелека закрыла глаза, обняв его за шею. Бальта она почти не знала — только видела в школе иногда, но не обращала внимания. Теперь все изменилось — весь день он глаз не сводил с ее волос и груди, и она поняла, что его внимание ей приятно. Как и поцелуй.
Когда он провожал ее домой, Асхелека подумала, что теперь Тхорну есть, в чем ее обвинить, если он захочет: теперь она на самом деле повела себя как шаггитеррианка — или, по крайней мере, как нетелепат. Но она ни капли не чувствовала себя виноватой, даже понимая, что занималась запретными вещами, которые разочаруют в будущем ее жениха. Но когда еще наступит это будущее… а в настоящем так тепло и сладко идти по улице вместе с парнем, который держал ее за руку и смотрел с нежностью. Правда, немного остолбенел, когда они пришли к воротам сада перед ее новым домом — огромным, баснословно дорогим особняком, хозяев которого знал весь город. Потому что все знали их сына.
