— Просто не ожидала тебя увидеть, — наконец, сказала она после долгой паузы. Голос звучал несколько хрипло и совсем не слушался.
— А если не врать? — он протянул руку, налил себе стакан сока. По его тону невозможно было понять — раздражен или не очень. Он просто сидел за столом и спокойно изучал ее взглядом с непроницаемым лицом и полностью закрытыми блоками.
— Тебе разве можно соврать? — сквозь зубы осведомилась Асхелека, присаживаясь на краешек стула — на максимально удаленном от него конце стола. Она старательно обходила его взглядом, изучая обстановку с таким интересом, словно впервые попала в эту столовую. Все ее силы были брошены на то, чтобы не закипать от злости — потому что он почувствует каждый оттенок ее эмоций.
— Нет, нельзя, пока ты не высшая, по крайней мере, — медленно согласился он, явно думая о чем-то постороннем.
Разговор не клеился. Тхорн больше не обращал внимания на ее эмоциональный фон, вопреки опасениям. Он вежливо осведомился о ее самочувствии, потом о школе — Асхелека отделалась общими фразами. Ее взгляд все же упал на его плечи, обнаженные руки с бугрящимися мускулами, и в животе что-то скрутилось. Какой же он все-таки неправдоподобно огромный, подумала она некстати. И тут же покраснела, когда Тхорн наклонил голову, насмешливо глянув на нее с приподнятой бровью — вне всяких сомнений, услышав ее мысль.
Но вслух он ничего не сказал, лишь переменил позу, провел ладонью по столу, и тут она заметила, что перед ним лежали какие-то бумаги.
— Надо поговорить, — сказал он и подвинул листок к ней, слегка привставая, чтобы дотянуться через стол. Асхелека задержала дыхание и похолодела, прочитав «шапку» документа: перед ней лежала повестка в суд.
— На следующей неделе суд над твоим отцом, — лаконично прокомментировал Тхорн. — Меня тоже вызвали свидетелем. Тебе надо пойти, но это может сделать из твоей психики руины.
— Отличная перспектива, — замороженным тоном отозвалась она, немного удивившись его прямоте, но не понимая, как на это реагировать.
— Да, невеселая. Поэтому тебе нужна помощь.
— Мой психолог…
— Не поможет, потому что не знает твоей психики, — нетерпеливо перебил он. — И не может просканировать тебя, потому что больше одного глубокого в год нельзя. Тем более, ты недолечена.
— И что ты предлагаешь? — осмелев, спросила она, подняв подбородок.
— Могу полечить сам, у меня такой же медицинский диплом. Тебе давно пора устроить второй сеанс лечения.
— Хорошо, после школы, — кивнула Асхелека без колебаний. Она с тревогой смотрела на повестку. Необходимость лечения не вызывала у нее сомнений, но суд над отцом… она вовсе не была уверена, что выдержит это, будучи здоровой или больной.
Выйдя в тот же день после занятий во двор школы, Асхелека не сразу поняла, почему на ней воцарилась такая необычная атмосфера. Все ее однокурсницы замирали, выходя наружу. А потом сбивались в стайки и шептались. Протиснувшись сквозь эти стайки, Асхелека разглядела, наконец, причину. Возле школьной ограды, нелепо стараясь казаться незаметным, стоял Тхорн эс-Зарка.
— Ну, наконец-то, — выдохнул он с облегчением, встретившись с ней глазами. — Я уж думал, не дождусь.
Асхелека ошеломленно уставилась на него, и тут же порозовела, оборачиваясь. На них смотрели все без исключения, и даже один учитель, остолбеневший на пороге. Было очевидно, что бедолага забыл, зачем вышел, во все глаза уставившись на Тхорна. Наверное, он не был бы больше поражен, если бы в школьном дворе появился сам Сезар.
— Я не хочу лечить тебя дома, родители будут нервничать, — пояснил Тхорн хмуро, подходя к ней, уже не пытаясь казаться незаметным. Он бросил взгляд на уставившихся на него девочек и раздраженно добавил: Мы можем улететь отсюда куда-нибудь?
— Да, — сказала Асхелека растерянно. Восхищенные взгляды ее хихикающих одноклассниц в сторону Тхорна внезапно придали ей храбрости и неожиданно даже успокоили. На их фоне она выглядела самой нормальной.
— Ладно, — Тхорн взял ее за руку и протиснулся мимо школьниц, а затем опустился на одно колено и наклонился, касаясь рукой земли. Асхелека без слов легла на его спину, и Тхорн вслепую пристегнул ремни. Это заняло у него ровно десять секунд, после чего он взлетел, коротко разбежавшись. На какие-то несколько мгновений дыхание замерло на губах.
Ее полеты обычно выглядели совершенно иначе. Сначала ее долго пристегивали, проверяли ремни. Потом переносчик осторожно раскрывал крылья и долго-долго бежал прежде, чем крылья сами поднимали вверх.
Тхорн почти не разбегался. Казалось, он сделал всего несколько шагов, после чего двумя-тремя сильными взмахами поднял их высоко в воздух. Его огромные темно-серые крылья казались настолько надежными, что Асхелека мгновенно перестала волноваться насчет безопасности, и осталось лишь немного смущения от неожиданной близости.
Она хотела попенять ему за спектакль, устроенный у школы, но не стала, потому что в глубине души это вызвало у нее восторг — вольно или невольно, появление Тхорна помогло утереть нос всем девчонкам, которые шептались о ней месяцами. Они все теперь будут до смерти завидовать и совсем иначе смотреть на нее, удовлетворенно поняла Асхелека.
Но тут же ее мысли полностью переключились на чудовищно огромное, пышущее жаром и энергией мужское тело, к которому она невольно оказалась прижата. Охваченная потребностью что-то сказать, чтобы только не думать о теплой сильной спине под своей щекой, а также о приятном запахе, исходившем от него, она повернула голову, посмотрела на жесткий ежих почти белых волос и заметила вслух:
— Ты отрастил волосы. Тебе идет.
— Долго они не проживут — скоро сбрею опять для турнира, — отозвался Тхорн и замолчал, взяв курс к небольшим скалам на юге от города. Прерывисто вздохнув, Асхелека закрыла глаза.
* * *
— Ух, ты. Первый раз вижу взрослого человека, заснувшего в полете. Не высыпаешься? — с улыбкой осведомился Тхорн. Асхелека моргнула, просыпаясь: его глаза были слишком близко, а земля качалась. Оказалось, он нес ее на руках, и она напряглась всем телом, вцепляясь в его рубашку:
— Что ты делаешь?
— Здесь трудно ходить, — сказал Тхорн, перешагивая через камни и железяки. — Погоди.
Наконец, он поставил ее на ровную поверхность, и девушка сначала сделала два шага назад, и лишь потом осмотрелась. Они находились внутри огромной скалы, явно когда-то служившей спортивным залом.
— Заброшенный спортивный центр, — подтвердил он ее догадку, старательно не замечая ее смущения. Его голос показался ей неестественно бодрым, но инстинкты подсказали Асхелеке не размышлять об этом дольше одного мгновения.
