Тео был поражен тем, что его план убедить Софи начать все сначала потерпел фиаско. А устроить сцену? И все из-за того, что он был великодушным, заботливым и убийственно благородным, когда думал, что их отношения подходят к концу! Он не только дал ей денег на покрытие всех ее долгов и даже сверх того, но к тому же сделал это анонимно! Разве это он виноват в том, что произошло с тем письмом, ведь это ее банковский менеджер был неосмотрителен? И за всю его доброту она отплатила тем, что швырнула ему в лицо это письмо!
Оплачивая принесенный официанткой счет, Тео неожиданно понял, что знает о противоположном поле намного меньше, чем думал.
Ярость и гнев переполняли его. Он окончательно осознал, какой удар она нанесла ему своим уходом. Что-то еще его беспокоило в этот момент, поэтому он снова сел и погрузился в раздумья.
Внезапная мысль о том, что он не сможет жить без нее, стала для него великим открытием.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Ночь поглотила ее. Она шла наудачу в поисках такси или какого-нибудь другого транспорта. Например, ближайшей станции метро. Тео не подозревал об этом. Он не ездил в метро уже много лет.
Он также не знал о том, где Софи проведет эту ночь, а тем более о том, что она может остановиться в Лондоне. Он думал только о том, что она постарается добраться до Корнуолла. Обратно к Роберту. Эта мысль проникла в его сознание и как кислота стала разъедать мозг. Как же еще Софи могла бы вернуть ему деньги, если не при помощи ее любезного дружка?
Частью плана послать Софи деньги являлась подсознательной попыткой разорвать ее отношения с Робертом. При финансовой независимости в его присутствии не будет необходимости. Для Тео это был самый простой способ удержать ее, так как он считал, что Софи не испытывает к Роберту ничего, кроме привязанности, основанной на ностальгии и благодарности.
Теперь Тео понял, что сильно ошибался. По причинам, понятным ей одной, он превратился в большого злого волка, а ее Роберт — в рыцаря в сверкающих доспехах.
Однако такой скачок настроения длился у него недолго. Тео сделал смелую попытку убедить себя в том, что неожиданная потеря самоконтроля произошла из-за непредвиденного крушения его планов. Софи ворвалась в его жизнь как гром среди ясного неба. Он понял, что он все еще желает ее, все еще хочет ощущать ее в своей постели. Но теперь она ушла, и отвратительное чувство паники проникло в его сердце.
Он сделал один телефонный звонок перед тем, как мчаться прочь из Лондона.
На другом конце Лондона Софи сидела в номере гостиницы. Если бы не ужасная усталость, она этой же ночью вернулась бы к себе домой и легла в свою постель. Но ей придется наслаждаться и тем, и другим лишь до поры до времени, потому что поиск денег, которые нужно отдать Тео, означает неизбежную продажу дома.
Тео…
Как она может оставить мысли о нем в прошлом, если все еще должна ему столько денег? Стоит ли ей снова встретиться с ним? Или лучше поговорить по телефону?
Сможет ли Софи через год заехать к нему и услышать его томный, бархатный голос? Отразится ли это на ее душевном состоянии? Потому что увидеть его вновь — это кошмар. Она представила, как будет стараться держать себя под контролем, ведь не поддаться его чарам — то же самое, что устоять на ногах во время шторма.
Когда он поцеловал Софи там, в баре, вся та ярость, которую она чувствовала из-за того, что он ушел из ее жизни, исчезла как дым. Она чувствовала себя беззащитной и все еще безнадежно влюбленной в него.
Софи не могла понять, отчего чувствует такую душевную боль. Почему она так легко бросила Роберта — порядочного, доброго Роберта, — и ради кого? Ради того, кто запутал всю ее жизнь и спокойно вернулся в свой мир? Как она могла попасться на удочку такому человеку?
На следующий день Софи ехала в Корнуолл со свежим решением. Она займется продажей дома и предоставлением бумаг адвокату, который от ее имени вернет Тео деньги. А она уедет. И не вернётся в Лондон, ведь этот город всегда будет для нее жестоким напоминанием о мужчине, в которого она влюбилась.
Нет, она отправится в Нью-Йорк и встретится со своей университетской подругой. Элли приютит ее бесплатно, хотя бы временно, пока она не встанет на ноги. Софи вернется на курсы подготовки учителей, после окончания которых начнет преподавать там, где найдет работу, благословляя судьбу за то, что избавила ее от всех напоминаний о Тео. Память об отце она будет хранить в сердце. Ей не нужен дом как ощутимое доказательство его присутствия.
Другими словами, она будет сильной и энергичной, а не жалкой и угнетенной.
Софи размышляла над этим, пока ехала в поезде, поэтому ей не досаждала плохая погода и беспричинные остановки.
Однако темнота дома, когда она наконец-то добралась до него, стала для нее застывшим напоминанием о потере отца, стрессе из-за непокрытых долгов и о Тео — ярком лучике света на ее горизонте, который превратился в черноту кошмара.
В нормальном состоянии Софи сразу прошла бы на кухню, налила кружечку чая, села бы и задумалась о событиях минувшего дня.
Сегодня же она направилась в гостиную. Внезапно раздавшийся шорох заставил ее осознать, что в доме есть еще кто-то. Софи почувствовала, как волосы у нее на затылке поднимаются дыбом. Не теряя времени на размышления, она сделала первое, что диктовал ей разум: резко повернулась, выставив вперед сумку с одеждой.
Сумка весила немало, а потому удар, поразивший Тео, был сделан с такой силой, какой он совсем не ожидал. Софи включила верхний свет именно в тот момент, когда Тео отлетел к стене.
Они оба на секунду закрыли глаза, и Софи взвизгнула от шока.
— Что ты здесь делаешь?!
— Подвергаюсь дикой яростной атаке, — ответил Тео, потирая щеку ладонью.
— Я не понимаю. Как ты сюда попал? Ведь я…
— У тебя есть пара таблеток парацетамола? По-моему, у меня разболелась голова.
Софи хотела сказать, что он, как захватчик, получил по заслугам, но тут же передумала, когда увидела, как синяк проявляется на его лице. Не сказав ни слова, она помчалась на кухню и вернулась с двумя таблетками и стаканом воды.
— Мне интересно, что ты будешь делать, если хочешь вернуть мне деньги, — произнес Тео, глотая таблетки.
— Что?
— Деньги. Ты же решила отдать их…
— Конечно!
— Можешь считать меня глупым, но я не понимаю, как ты можешь лететь в объятия Роберта, лишь бы вернуть мне долг!
— И ты приехал сюда, чтобы сказать мне это? Кстати, почему ты оказался здесь раньше меня?
— Я взял вертолёт, как же иначе?
Софи стояла возле двери, скрестив руки на груди:
