— Да, я могу, и вы очень удивитесь. Но лучше вы узнайте это сами. Но я могу вам сказать, и я клянусь, что это не Кон. А у нее вы спросили, кто это?
— Спросил ли я ее! Да я пытался выбить это из нее.
— И она говорит, что это... Кон?
— Она не говорит ни да ни нет.
— Нет, она не скажет, она не посмеет назвать его!
— Их видели вместе около фермы Бэмфорда. Он поглаживал ее.
— Ее видели во многих местах помимо фермы Бэмфорда.
— Какого черта, что вы имеете в виду?
— Только то, что говорю. Она маленькая шлюшка. И вы не протолкнете ее в мой дом из-за ее брюха, даже не думайте. И... и оставьте это, вы меня не запугаете, Гудир.
Эмили, затаив дыхание, почти поднялась с сиденья и смотрела, как кузнец медленно опускает молот. Мистер Берч повернулся и пошел к выходу. Там он снова остановился и, оглянувшись на кузнеца, выкрикнул:
— Вы завидуете мне и моему везению, все вы. Вам неприятно видеть, как хорошо живут другие. Но могу вам поклясться в одном: вы никогда не разделите это со мной через вашу Беллу!
Последовало короткое молчание, в течение которого оба мужчины с ненавистью смотрели друг на друга. Эмили медленно опустилась на сиденье, увидев, что ее хозяин направляется к коляске. И они снова поехали.
В течение некоторого времени она старалась не смотреть на мистера Берча, но когда снова подняла глаза, то увидела на его лице выражение гнева. Из возбужденного разговора мужчин она поняла, что дочь кузнеца ждет ребенка, а кого-то по имени Кон, имеющего отношение к ее хозяину, все считали его отцом.
Девушке пришла в голову мысль, что совсем скоро она познакомится с этим Коном... И если он начнет приставать и к ней, она постоит за себя...
Эмили увидела дом в последних лучах заходящего солнца. Ничего подобного девушка никогда не видела.
В свое время она видела два или три фермерских дома: один в Марсдене, один в Саймондсайде и еще один в тот день, когда они были на школьной экскурсии, но они совсем не были похожи на это здание. Это был большой дом, сложенный из крупных каменных блоков, немного похожих на камни, которые использовались для строительства домов в деревне, но они выглядели более желтыми в последних лучах заката. Передняя часть здания была выполнена в простом стиле, а с каждой стороны парадной двери было по три огромных окна; окна второго этажа были меньше, чем окна первого, но даже и они казались слишком большими. Окна третьего этажа были еще меньше, чем окна первого, и она поняла, что это окна мансарды. Крыша была покрыта шифером, и из нее торчали, подобно башням, четыре изысканно украшенные трубы.
Хозяин провез их мимо фасада и повернул за угол. Боковая часть дома была почти такой же широкой, как фасад, и примыкала к большому двору со стеной, огораживающей его с двух сторон. В одной из стен был арочный проем.
Эмили сразу же заметила, что камни, которыми был вымощен двор, чистые, а территория совсем не походила на двор фермы. Проехав под аркой, они въехали в следующий двор. Эмили сразу же заметила, что и он не походил на фермерские дворы, которые она видела, поскольку был чистым и ухоженным. С одной стороны двора находились коровники, с другой - два больших открытых хлева и стойла с небольшими жилыми помещениями над ними; всего четыре.
Когда ее хозяин остановил экипаж, он повернулся в сторону одного из стойл и крикнул:
— Эбби!
Эмили и Люси уже соскочили с коляски, когда дверь одного из стойл открылась, и они увидели стоящего в дверях старика с бородой, закрывавшей подбородок и щеки. Девушка слегка улыбнулась про себя, подумав, что он больше похож на матроса, а не на работника фермы.
Он медленно подошел к голове лошади, не спуская глаз с Эмили и Люси. Наконец хозяин обратился к нему:
— Ну и как? Опять скажешь: «Иголка в стоге сена». Что я ответил тебе? «Ищите и обрящете». Сказал и нашел.
Эмили наблюдала за мужчинами, смотрящими друг на друга. Они могли бы быть отцом и сыном, но совсем не были похожи. И они цитировали Библию. Чудно - она почему-то всегда оказывалась среди людей, цитирующих Библию... Сеп не цитировал Библию. О, Сеп. Бедный Сеп. Если бы только она сейчас была с Сепом...
— Пойдемте, вот сюда...
При этой резкой команде Эмили подняла корзину и плетеную сумку, кивком головы позвала с собой Люси и пошла за мистером Берчем через фермерский двор, арку, еще один вымощенный двор к двери, находившейся почти напротив арочного проема, а сквозь нее - в кухню дома.
Первое, что произвело на Эмили впечатление, это размер кухни. Она была как весь нижний этаж дома на Пайлот-Плейс. Девушка быстро оглядела комнату и увидела печь для выпечки хлеба сбоку от большого открытого очага, но ей показалось странным отсутствие возле очага каминной решетки. Перед ним была только высокая длинная каменная плита. Весь пол также был сделан из каменных плит. Стены были каменными, но не состояли из плит, а были сделаны из грубого камня, как и наружная сторона дома.
— Поставьте свои вещи. — Мистер Берч указал на корзину, которую она все еще держала обеими руками. Он снял шляпу и длинный пиджак, который перебросил через руку, и со словами: «я скоро вернусь, садитесь» направился к двери в дальнем конце кухни. Но, прежде чем он добрался до нее, дверь открылась и в комнату вошел высокий юноша. Или это был мальчик?
В полумраке дальнего конца кухни Эмили никак не могла определить его возраст. Но теперь они оба приближались к ней, и ее хозяин сказал:
— Познакомьтесь, это мой шурин, мистер Конрад Фаллуэлл. Вы будете часто видеться. — Он слегка улыбнулся, а потом, посмотрев на молодого человека, добавил: — Кон работает и в доме и на ферме. Он очень ловкий юноша, наш Кон. Правда, Кон?
— Да... да, Лэрри, я... я умею делать почти все.
И Люси, и Эмили уставились на мальчика, потому что именно так Кон выглядел, несмотря на его высокий рост. Его лицо было длинным и бледным, глаза - огромными, нос - прямым. Но его рот казался слишком маленьким по сравнению с остальными чертами лица, а говорил он так, как говорил бы маленький ребенок. Однако его слова звучали вполне разумно.
— Привет... как... вас зовут?
— Эмили, сэр. А это моя сестра Люси.
Молодой человек засмеялся, и его лицо осветилось, как будто он получал большое удовольствие от чего-то, а потом повернулся к Лэрри.
— Она назвала меня... сэром. Как смешно, Лэрри... правда? Она назвала... меня сэром. Крисси никогда не называла... меня Сэром. Просто Коном. — Он снова повернулся к Эмили и закончил:
— Все... зовут меня Кон.
Эмили чуть не улыбнулась в ответ, но напомнила себе, что должна быть более сдержанной. В любом случае это был тот молодой человек, о котором говорил кузнец и который всех лапал руками. Ну-ну, она назовет его почище, чем Кон, если он распустит руки с ней... или с Люси.
