- Не видела. У меня окна на улицу. Куда я поеду, у меня никого нет.
- В каком смысле нет? - удивленно спросил Соловей.
- В прямом смысле, - ответила Светлана, в ее голосе промелькнули пренебрежительные нотки.
Ну, стерва! Как была, так и осталась, - подумал Ромка, - зачем я только полез?
Неожиданно она обхватила Соловья за пояс, прижалась к нему и опять заплакала. Роман опешил и осторожно обнял ее левой рукой, державшей фонарик.
- И что, ты и дальше собираешься тут оставаться? Вот так, чтобы трястись тут и с голоду пухнуть? - спросил он.
- Нет, - сказала Светлана, перестав скулить, - но я боюсь выходить из дома, понимаешь ты или нет?
- Так, слушай сюда, собирайся, только быстро, пойдешь со мной, и не бойся, все будет хорошо, слышишь?
- Куда? - перестав плакать, спросила Света.
- В Прибрежное поедем, у меня там дом, собирайся быстро, двадцать минут у тебя есть. Ну? Что стоишь?
Девушка на секунду снова крепко прижалась к Соловью.
- Я быстро, ты... спасибо, я чуть не умерла от страха. Я сейчас, - и девушка забегала по квартире, - у меня все собрано, я быстро!
Вытащив тела на лестницу, и заперев дверь Светкиной квартиры, они прошли к Соловью, забрали рюкзак и, стараясь не шуметь, выбрались во двор.
- Где твоя машина стоит? - спросил Роман шепотом, взяв Светлану за руку и выглядывая на улицу.
- В гараже, а твоя?
- Тоже в гараже. Я туда не очень-то хочу идти, черт! но придется.
- А почему не хочешь? - поинтересовалась Светлана.
- Почему, почему, не знаю почему, боюсь потому что.
- Рома, может, пешком, тут ведь километров пятнадцать всего?
- Да? А если драпать придется? Нам еще из города выбраться надо. Ты чем думаешь? А?
* * *
В городе в ту ночь стояла кромешная тьма. Оставшиеся жители, затаившись, боялись даже свечу зажечь. Первым шел Соловей, постоянно останавливаясь и прислушиваясь, за ним Светка, тащившая высокий, выше головы, рюкзак. Ей казалось, что все злодеи собрались сейчас тут, следят за ними из темных провалов подворотен и дверей, готовятся выскочить из-за каждого угла. Воображение рисовало ей кровожадных бандитов, жаждущих схватить ее, и страшных чудовищ, скалящих слюнявые пасти в предвкушении добычи. Несколько раз в отдалении проходили люди, группами и по одному, чего-то тащили, приглушенно ругались, некоторые шарахались в сторону, один даже побежал от Соловья, выйдя из двери и случайно натолкнувшись на него. Таким манером они добрались до гаражного комплекса, где у Ромки был в собственности небольшой бокс. Поднявшись на второй этаж, Роман услышал возню и приглушенную брань, как он и предполагал, тут тоже орудовали мародеры.
Сколько же вас, сволочей, нарожали, - подумалось ему, - ведь они раньше ходили рядом, здоровались с кем-то, веселились. Может быть, кого-то из этих подонков он и узнал бы при свете, не селятся же они компактно в резервациях.
- Уроды, - Роман взял Светлану за руку и потащил дальше, на третий этаж.
Его гараж был недалеко от лестницы. Открыв дверь, он завел туда девушку и заперся. Посветив фонарем, Соловей отыскал на стеллаже палатку и бросил ее в кузов пикапа. Закинув еще пару пластиковых емкостей для воды, он натянул тент и посадил девушку в салон. По дороге к выезду фары пикапа выхватывали шарахающихся в темноту и просто жавшихся к стенам людей, несколько шаек одновременно вскрывали и грабили гаражи.
- Ублюдки, - процедил Соловей, выезжая из гаража в проулок, - сколько же их!
Соловей, поскольку путь морем был отрезан, для себя решил, что в случае чего, эвакуироваться будет через перевал, горами. А там - к Витьке Храмову, у которого, несомненно, можно было найти убежище, и переждать до лучших времен.
До выезда из города они добрались относительно быстро, несколько раз замечали в свете фар разбегающихся в стороны и старающихся скрыться в темноте людей. После развязки дорога оказалась перегорожена огромной пробкой, видно там произошла авария, а может и несколько сразу, и растащить машины никто так и не удосужился.
В объезд, с трассы сворачивали следы, видно многие успели объехать пробку и намесили непролазную колею, в которой застрял грузовик. С трудом объезжая всю эту свалку, Соловей тоже чуть не застрял, сунувшись в грязь передними колесами. На полпути к Прибрежному их пытались остановить и обстреляли какие-то люди. Стрелять они не умели, и пикап, рыская фарами, резво умчался в темноту.
* * *
Над дорогой, прямой линией рассекавшей лес, кое-где смыкались ветви высоченных сосен, кустарник и молодые деревца подобрались вплотную, а местами даже пробивались прямо из обочины. Сама дорога изобиловала выбоинами, ямами и вымытыми дождем провалами. Свою роль сыграли хозяйственные ребята, которым обязательно должно было пригодиться все, что бросили, уезжая навсегда, местные жители. Здесь, на высоте, дорогу укрывал слой снега. Лишь слегка заметными волнами отмечались наиболее крупные ямы.
Первым шел Виктор Храмов, за ним Марина, замыкал колонну сильно прихрамывающий Палыч. Так много он не ходил уже давно, и ему было тяжеловато. На первом же километре пути он сел в снег и сказал, что дальше не пойдет. До самого вечера они мастерили снегоступы, а затем готовили место для ночевки. Из-за глубокого снега продвигались путешественники медленно, и Палыч время от времени сетовал, как хорошо было бы идти на лыжах. Пару раз из леса выбегали косули, а однажды в стороне заметили лося.
- Ничего, - сказал Палыч, провожая зверя взглядом, - вот дойдем до дома, там у меня ружьишко припасено, побалуемся мясцом.
До поселка было уже недалеко, но надо было спешить, чтобы успеть дотемна. До Борового они добрались когда солнце уже село, Палыч завел их прямо на территорию предприятия, занимавшегося до реформ и ликвидации поселка чем-то оборонным, то ли детали какие делало к ракетам, то ли сами ракеты. По территории бывшего завода они шли довольно долго, огромные облупленные, с выбитыми стеклами цеха и полуразрушенные, теперь убогие, производственные помещения сменялись тянувшимся вдоль дороги лесом и полянами. Вся территория постепенно зарастала, лес наступал и поглощал в себе огромные и неказистые коробки зданий.
- Видите вон там, слева, - Палыч показал на видневшееся вдали заснеженное поле, - там аэродром.
Отсутствие каких-либо следов говорило о том, что здесь никто в последнее время не появлялся. В глубине небольшого сквера, полого поднимавшегося на холм, виднелась стена одного из цехов. Пройдя по дороге вверх, мимо елей, нижние ветви которых были придавлены снегом до самой земли, путешественники зашли в открытые ворота. В дальнем углу цеха начинался извилистый коридор, в конце которого Палыч остановился и, загадочно улыбнувшись, отодвинул облезлый шкаф, открыл ключом прятавшуюся за ним неприметную деревянную дверь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
