Выстрелы становились все слышнее, что говорило о приближении сражавшихся.
Роберто хотел было немедленно двинуться навстречу Карлосу, но, вспомнив, что будет очень трудно тащить с собой раненого матроса, трех женщин и ребенка, решился лучше остаться в капище, которое все-таки было защитой, и выжидать, что будет дальше.
Послав двух самых осторожных и умелых солдат в разные стороны на разведку и поставив часовых у входа, он возвратился в святилище, где все время шла оживленная дружеская беседа.
У каждого из солдат был небольшой запас провизии. Роберто приказал тем из них, которые остались в капище, достать ее, есть самим и поделиться с бывшими пленниками, Мариусом и собакой. Он и сам подал им пример.
Усевшись в кружок, все с аппетитом принялись за незатейливый ужин, несмотря на только что пережитые страшные минуты, на груды трупов и лужи крови.
Вскоре возвратились разведчики и донесли, что возле самого капища они не заметили ничего подозрительного, а слышали только приближающуюся перестрелку, и пришли спросить, не прикажет ли капитан разведать, где и кто стреляет.
— Идите и немедленно возвращайтесь, как только что-нибудь узнаете,
— приказал Роберто.
Через четверть часа оба солдата возвратились одновременно, хотя и с разных сторон. На них не было лица, и они едва могли перевести дух от быстрого бега.
— В чем дело? — спросил встревоженный капитан.
— Мы окружены испанскими солдатами!.. Их целый полк!.. Через десять минут они будут здесь, — донесли разведчики.
ГЛАВА XXII
Поставщики мятежников. — Кей-Вест. — «Крушители». — «Пеннилес». — Что это за судно и кто его хозяин? — Страхи лоцмана. — Испанский крейсер. — Визит. — Сделка.
Куба, этот действительно «пылающий остров», добывал средства для своего освобождения исключительно извне, то есть из Соединенных Штатов, снабжавших мятежников всем, что давало им возможность так долго поддерживать тяжелую борьбу: оружием, амуницией, одеждой, провизией и даже волонтерами.
Из архипелага скалистых островков, расположенных на крайней оконечности Флориды и называемых ее ключами (kyes), к Кубе то и дело подходили американские суда.
Кто не знает этой замечательной и в высшей степени странной серии утесов, образующих на протяжении трехсот пятидесяти километров совершенно правильную, точно выведенную с помощью циркуля дугу?
Островки эти состоят из нескольких групп, из которых главная называется «Pines-Islands» («Сосновые острова»), в которой находится остров Кей-Вест, получивший особенную известность благодаря событиям на Кубе.
Кей-Вест — самый западный из обитаемых островков этой группы; длина его девять километров, ширина — три. На этом крохотном клочке земли, играющем теперь такую большую роль, стоит город с десятью тысячами жителей, называемый по имени островка.
Городок Кей-Вест портовый. Порт его представляет собой довольно важный военный пункт: в нем могут помещаться глубоко сидящие суда, а защищающий его форт Тайлор снабжен двумястами береговых пушек. Кей-Вест служит посредником постоянного транзита, стоянкой для множества судов и сборным пунктом для американского военного флота.
Местное производство главным образом сосредоточивается на изготовлении сигар и папирос. Этим производством занято пятнадцать больших фабрик, на которых работает масса людей, преимущественно кубинцев. Поэтому не удивительно, что в Кей-Вест говорят по-испански и по-английски. Кроме того, там добывают соль и занимаются ловлей зеленых черепах, из которых приготовляется знаменитый черепаший суп, считающийся, как известно, особенным лакомством.
Наконец, Кей-Вест славится и своими смелыми моряками, так называемыми «wreckers», то есть «крушителями», почти исключительно посвятившими себя опасному делу спасания погибающих от кораблекрушений, довольно частых в этих местах. Около Кей-Веста ежегодно погибает несколько десятков судов, и потому тамошние wrecker'ы являются истинными благодетелями; они спасают, что можно, и странное название «крушителей» им вовсе не подходит, их скорее можно было бы назвать «спасателями».
Моряки эти нанимаются и на суда, совершающие опасные экспедиции. Их очень ценят за мужество, честность, ловкость, редкую предприимчивость и выносливость.
Так как Кей-Вест стоит от Гаваны всего в 135 километрах, то не удивительно, что американские спекуляторы и кубинские патриоты избрали его своим операционным пунктом.
Для судна, делающего по 15 — 16 узлов в час, — а таких много в американском купеческом флоте — это расстояние пустячное и проходится самое большее в пять-шесть часов.
Можно себе представить, сколько нужно было судам проявлять ловкости и отваги, чтобы обмануть бдительность испанских крейсеров. Выйдя из порта, они принуждены были возвращаться при первой опасности, затем выступать снова и лавировать между крейсерами, подводными камнями и мелями. Все это необходимо было проделывать ночью, идя на всех парах.
Однако несмотря на все эти затруднения ловким морякам почти всегда удавалось обмануть испанцев и счастливо добраться до Кубы.
Некоторые американские пароходы, как, например, «Президент Грант» и в особенности «Неустрашимый», заслужили этими подвигами настоящую славу.
И каким только опасностям не подвергались эти суда! Очутившись в кубинских водах, в полном мраке, с погашенными из предосторожности огнями, они мчались на всех парах, как говорится, сломя голову, ежеминутно рискуя быть захваченными или пущенными ко дну. Эти суда, известные под названием «блокадных бегунов» или «блокадных шнырял», никогда не сопротивляются, они употребляют только хитрость и быстроту, подстерегающие же их крейсеры располагают дальнобойной артиллерией.
Если такое судно попадет в плен, само оно конфискуется, а экипаж тут же, на месте, попадает на виселицу. Но ничто не в состоянии остановить отважных моряков и ярых охотников за наживой, которая у янки всегда на первом плане. Американцы отлично понимают, что без риска не обходится ни одно выгодное предприятие, и убеждены, что торговля, так же как и война, требует жертв.
Масео, как мы уже знаем, получил уведомление о приближении американского парохода, носившего странное название «Пеннилес» (то есть без гроша), совершенно им не оправдываемое, так как он вез, кроме обычного для блокадных шнырял груза, кругленькую сумму в десять миллионов долларов золотом.
Эти миллионы были подарком инсургентам собственника и вместе с тем капитана «Пеннилеса», носившего не менее странное прозвище «Бессребреника».
Этот человек был коренной француз, приключения которого наделали когда-то много шума по всему светуnote 6.
