— Расскажи-ка мне лучше все-все! — Оливия тотчас выложила ей все, как было, за исключением того, что проделывал с ней в детстве Брайан… то есть что она позволяла ему проделывать с ней. Такой позор… нет, она никогда не откроет эту тайну!
— Захватив корабль, он пристал к берегу и отправил меня домой, — закончила она, пожимая плечами.
Фиби нахмурилась, не в силах прийти в себя от изумления. Оливия всегда громогласно и решительно заявляла, что никогда не поддастся на уловки мужчин. И вот, похоже, поддалась страсти без какого-либо сопротивления.
— Может, лекарство так на тебя повлияло? — предположила Фиби. — Это бывает с сильнодействующими средствами. Ты знаешь, чем он тебя поил?
Оливия покачала головой. Оказалось, что ей все равно, как Фиби объясняет ее состояние. Оно не соответствовало ее истинным чувствам, и Оливия упрямо отвергала его. Но несмотря на все попытки забыть о нем, несмотря на то что ее коробило от одолевших воспоминаний, ей, судя по всему, все же хотелось сохранить в памяти восторг той чудесной атмосферы, коей било окутано все ее приключение.
Раздался стук в дверь, и вошла миссис Биссет с поссетом. Поставив напиток на стол, она сурово взглянула на Оливию.
— Может, послать за доктором, леди Гренвилл? Леди Оливия выглядит сильно похудевшей.
— Нет, спасибо. У нее была шишка на голове, но я в состоянии справиться сама, — ответила Фиби.
Экономка застыла в нерешительности. Умение леди Гренвилл разбираться в травах ей было хорошо известно. Ее светлость, конечно, не сильна в управлении домашним хозяйством, но нельзя же отрицать другие ее таланты.
— Хорошо, миледи.
— Тогда вы свободны, миссис Биссет, — напомнила Фиби, видя, что экономка медлит, явно сгорая от любопытства.
— Да, мадам. — Миссис Биссет присела в реверансе и удалилась.
— Год назад ты не смогла бы так выпроводить миссис Биссет. Она даже не замечала тебя, — улыбнулась Оливия.
— Да уж, — согласилась Фиби. — И теперь она называет меня леди Гренвилл, а не леди Фиби. Думаю, после рождения мальчиков я приобрела определенный вес в ее глазах. Последнее заявление заставило Оливию рассмеяться грусть на мгновение исчезла. Но лишь на мгновение. А за тем она посерьезнела и сказала:
— Фиби, отец ничего не должен об этом знать.
— Бог мой, конечно! — воскликнула Фиби. — Ему это совершенно ни к чему! — Она в упор посмотрела на Оливию. — Ты хочешь снова увидеть его?
— Нет! — с жаром воскликнула Оливия, покачав головой. — Это была… это была почти что мечта, сон. Все прошло, Фиби, теперь главное — сохранить происшествие в тайне от отца.
Фиби заколебалась. Ей не верилось, что Оливия всё забудет. Но дальнейшая настойчивость ни к чему хорошему не приведет. Фиби подала Оливии поссет.
— Тебе нужно поспать, дорогая. Поговорим завтра утром.
— Да! — Оливия порывисто обняла Фиби. Хорошо бы все стало так, как прежде! Сейчас ей казалось, что это возможно.
Фиби вышла, а Оливия пригубила поссет. Приятное тепло разлилось по ее телу. Наконец чашка опустела и девушка стала раздеваться. Снимая испорченное платье, она нащупала в кармане косынку пирата и машинально сунула ее под подушку. Спустя мгновение Оливия погрузилась в сон.
Годфри, лорд Ченнинг, явился в трактир «Якорь», что в маленькой деревушке Нитон, расположенной на берегу бухты Пакастер, и сквозь клубы табачного дыма стал вглядываться в лица посетителей. Странно, вокруг лишь местные жители, они потягивают эль и курят трубки. В помещении царила тишина, которую можно было бы назвать гнетущей, если не знать, что островитяне в большинстве своем не отличались общительностью и просто так рта не открывали. Этим вечером, похоже, никто не мог предложить достойной темы для разговора.
Годфри подошел к стойке, беззаботно навалился на нее и вновь окинул комнату взглядом. Неужели кто-то из этих неразговорчивых крестьян и впрямь намерен купить у него награбленное добро? Судя по всему, среди посетителей не было человека со средствами, который мог бы заинтересоваться добытыми нечестным путем товарами.
— Слушаю, сэр? — произнес за его спиной хозяин, и Годфри, вздрогнув, повернулся.
— Что желаете? — злобно сверкнул глазами Джордж.
— Кто этот человек, который назначил мне встречу?
— Еще не знаю, — ответил хозяин. — Что подать?
— Портер. — Похоже, у него нет выбора.
Хозяин наклонился к кожаной фляге и наполнил кружку.
— Три пенса.
— С каких это пор? — поинтересовался Годфри. — Всегда был пенни и три фартинга.
— Цены растут, сэр. Поставки сокращаются, — многозначительно ответил хозяин.
— Портер ты получаешь не от меня, — возмутился Годфри.
— Поставки коньяка сократились еще больше, — пожал плечами хозяин.
Годфри с трудом сдержал свой гнев. Наглость Джорджа возмутительна, но, к сожалению, ему нечего ответить.
— Я ожидаю прибытия судна, — сказал он, опустив глаза.
— Немного запаздывает, а?
— Ты сам прекрасно знаешь, черт побери! — взорвался Годфри. Хозяин «Якоря» знал, что он находится в отчаянном положении, и без зазрения совести этим пользовался. Правда, теперь Годфри знает способ раз и навсегда решить свои финансовые проблемы. И тогда Джордж и ему подобные быстро вспомнят о хороших манерах.
— Так, может, мне поискать других поставщиков? — спросил хозяин. — Только я хочу вернуть потраченные деньги.
Годфри ничего не ответил. Он демонстративно отвернулся и снова оглядел посетителей. Будь он проклят, если еще раз обратится за помощью к Джорджу!
— Тот, кто вам нужен, сидит в углу, у камина, — наконец сообщил Джордж. — Ждет вас уже, кажется, около часа.
Годфри с деланным безразличием пожал плечами. Он знал, что должен заплатить за информацию. Что ж, если сегодняшняя встреча пройдет успешно, с деньгами проблем не будет. Годфри пристально взглянул на человека, поджидавшего его, и испытал глубокое разочарование. Неприглядного вида посетитель в рыбацкой одежде, с обвисшими сальными усами и красным лицом.
— Вон там? — удивился Годфри, не зная, как отреагировать. У рыбака, похоже, нет денег даже на выпивку.
— Угу.
— Как его имя? Я заплачу за эту информацию.
— Он не из тех, кто называет свое имя первому встречному, — ответил хозяин.
— Годфри отодвинулся от стойки, взял в руки кружку, и подошел к предполагаемому покупателю.
— Вы позволите вас угостить?
Посетитель поднял голову. Его глаза были налиты кровью, улыбка обнажила сильно почерневшие зубы.
— Да благословит вас Господь, сэр. Вы так добры. Я не отказался бы от глоточка бренди. Только скажите Джорджу, чтобы налил из особой фляги. Нечего поить нас разбавленной бурдой, что он предлагает тем, кто в этом не разбирается. Мы-то с вами совсем другое дело. — Он ухмыльнулся и заговорщически подмигнул.
