невинными.
Или лишь казавшимися таковыми? Только небо знало ответ, ведь лишь оно было свидетелем бесчеловечного поступка, свершаемого тем, кто возомнил себя богом. Лишь оно удостаивалось взгляда, полного непомерной жестокости и удовлетворения. Лишь оно могло наказать его.
Однако небо молчало.
Осторожные капли маленькими бусинками покрывали неприкрытую голову. Темная куртка впитывала капли утренней мороси, как ранее человек впитывал удовольствие и силу, в то время как срывающиеся с губ последние жалобные всхлипы, словно капли дождевой воды, ниспадали на землю.
Но, в отличие от дождя, жизнь, ушедшая в небытие в то пасмурное утро, больше не появится вновь и отныне не коснётся земли в своём прежнем обличии. Жизнь, покинувшая тело прекрасной девушки, больше не вернётся в него никогда.
Глава 7
I
Проникающий через открытое окно автомобиля теплый осенний воздух нежно гладил лицо Александра Белого, сидящего на переднем сидении. За рулем был его напарник Вячеслав Невзоров. Они всего час назад снова общались с родителями Светланы Мчеславской.
На душе у Белого было гадко. Он не мог выбросить из головы заплаканное лицо матери Светланы, которая ждала результатов расследования, и плотно сжатые губы отца девушки, который пытался держаться, насколько это было вообще возможно в их ситуации. И пролежавшее несколько дней незамеченным тело самой Светланы.
От раздумий его отвлёк голос напарника:
— Заедем за кофе?
Несколько раз моргнув, Александр выпрямился и кинул быстрый взгляд на Невзорова.
— Давай, если хочешь, — вяло ответил он.
— Тебе тоже не помешает взбодриться, — произнёс Вячеслав и взглянул на напарника, — вижу, совсем раскис.
— Да я все никак не могу выбросить из головы… Это всё, — признался Белый, пытаясь подавить вздох.
— Это нормально, — попытался приободрить его Невзоров, нажал кнопку на панели и повернул руль влево. — Я в твоем возрасте тоже каждое новое дело принимал близко к сердцу. Опыт в нашей профессии решает если не все, то многое.
В ответ Александр лишь промычал что-то нечленораздельное и снова упёр взгляд в открытое на половину окно. Его чувство справедливости не давало так просто воспринимать очередное дело, упавшее в их с напарником руки. Возможно, Слава был прав и с годами он начнет воспринимать смерти иначе. Но сейчас Белый вновь и вновь вспоминал тело молодой девушки, пролежавшей на открытом воздухе с разбитой головой по меньшей мере трое суток.
«Она ведь могла не умереть сразу и страдать от боли, — пронеслось в голове Александра, отчего он поморщился. — Какая ужасная смерть. Неужели она сама выбрала уйти так?»
Машина остановилась. Белый вновь вернулся в реальность, поворачивая голову в сторону напарника, который доставал ключ из замка зажигания. Они встретились взглядом и Невзоров вопросительно поднял бровь, словно спрашивая, пойдет ли Александр с ним. Молча кивнув, Белый отстегнул ремень безопасности и вышел из машины. Они оба подошли к небольшому окну, который находился со внешней стороны здания и заказали кофе.
— Ты правда думаешь, что это было самоубийство? — решился задать вопрос Белый.
— А других вариантов я не вижу, — мягко ответил ему Невзоров. — Или ты хочешь сказать, что её убил какой-то маньяк? Звучит еще менее правдоподобно, чем самоубийство.
— Но ведь мотива нет! — воскликнул Александр и голос его стал выше и громче. — Мы оба говорили с её родителями. Она успешно поступила в университет, в который так мечтала попасть. И готовилась подавать документы на программу обмена. Училась и работала. Копила деньги, чтобы переехать в Израиль. Какой может быть повод у такого человека?
— Жизнь — штука непредсказуемая, — покачав головой, произнёс Вячеслав. — Сегодня ты отличница в лучшем ВУЗе города, а завтра — девушка с разбитым сердцем. Парни ещё не проверяли социальные сети Мчеславской, возможно, ответ как раз прячется там.
— Американо и капучино, пожалуйста, — послышался мягкий женский голос, и на небольшом подоконнике появились два бумажных стаканчика.
— Спасибо, — сказал Невзоров с улыбкой, беря оба напитка и протягивая один из них напарнику, — твой капучино.
Смущенно поблагодарив мужчину, Белый принял стаканчик из его рук. Они стояли у здания на небольшой улочке, параллельной центральной и молча пили кофе, думая каждый о своём. Облака над их головами разошлись, открывая взгляду голубое небо и скромно выглядывающий диск Солнца.
— Мне кажется, Светлана не убивала себя.
— Один умный человек однажды сказал: «Если дело выглядит, как самоубийство, значит это и есть самоубийство». И я вынужден согласиться с ним.
После этих слов Невзоров сделал большой глоток кофе и встретился взглядом с Белым.
— И кто же это сказал? — в голосе Александра послышалась насмешка. — Рудской?
— По-твоему я бы стал называть его умным? — говоря это, Вячеслав не смог скрыть улыбку.
— Ты прав, — рассмеялся Белый, невольно зажмуриваясь, как он это делал всякий раз, когда ему было смешно.
— Рад, что ты оценил, — с кивком сказал Невзоров, сделал последний глоток кофе, выбросил в мусорную корзину бумажный стаканчик. — Как я уже сказал, если есть подозрения на доведение или основания полагать, что это самоубийство, то судмеды не будут молчать. И мы получим от них заключение. Со всеми возможными данными на руках будет легче разобраться и понять куда копать.
— Кстати, а почему нас вообще сразу привлекли к делу? — говоря это, Белый приподнял бровь и тоже выбросил в мусорную корзину стаканчик из-под кофе.
— Белый, не смей задавать этот вопрос Рудскому, — округлив глаза шикнул на него Невзоров.
Молодой следователь наклонил голову набок и нахмурился, не понимая, что он сказал не так. Махнув рукой напарнику, Вячеслав открыл дверь машины с водительской стороны и сел за руль. Белый устроился на пассажирском сидении рядом.
— Почему?
— Это элементарно, Ватсон, — не скрывая улыбки, ответил Невзоров и завёл машину. — Наша задача состоит в том, чтобы собрать как можно больше данных и понять, есть ли тут криминал. Если же нет, то, — он повел рукой в воздухе, — дело придётся закрыть.
— Прости, — пробормотал Белый, на щеках которого появились розовые пятна от смущения, — я должен был и так это знать…
— Ты ещё зелёный, — со смехом заметил Слава, выезжая с парковочного места на дорогу, — это нормально, не накручивай себя.
— Слушай, ты сейчас свободен? В смысле, у тебя нет срочных дел на ближайший час?
— А что? — спросил Невзоров и бросил быстрый взгляд на своего напарника.
— Я хочу ещё раз осмотреть
