пощадят в случае поражения, и решительно отвергли предложение о сдаче. «Новгородское государство» тщетно убеждало псковичей последовать его собственному примеру и отдаться под покровительство Швеции.
Шведские наемники помнили о «новгородском взятии» и предвкушали легкую победу. Но псковичи отбили приступ.
Вскоре псковская земля подверглась нападению войск Ходкевича, прибывших из Ливонии. Гетман не забыл о поражении короля Батория у стен Пскова и не отважился атаковать город. Зато его войска в течение полутора месяцев осаждали Псково-Печорский монастырь. Не добившись успеха, гетман отступил.
Псков давно заявил о поддержке земского освободительного движения. В помощь псковичам «Совет всея земли» послал воеводу с отрядом казаков.
Смерть Ляпунова развязала руки сторонникам самозванцев в подмосковном ополчении. Однако среди них не было единодушия. Шведы получили достоверные сведения о том, что Заруцкий старался убедить казаков избрать в цари Ивана Дмитриевича. Но царевич был грудным младенцем, и все понимали, что править за него будет его мать Мнишек. Вдова двух самозванцев, однако, не пользовалась никакой популярностью в народе.
Весть о появлении Дмитрия в новгородских пределах вызвала возбуждение среди казаков. Легковерные люди все больше свыкались с мыслью о спасении сына Грозного. Новообращенные большой толпой присоединились к отряду, направленному в Псков вождями ополчения.
Прибытие в Псков сторонников Лжедмитрия изменило ситуацию в городе. Под влиянием их агитации псковская «чернь» пригласила в город нового «вора».
4 декабря 1611 года «царь» прибыл в Псков. Жители устроили ему радушную встречу. Воеводы не имели сил противиться общему порыву. Матюшка тотчас вознаградил их за покорность. Воеводы князь Иван Хованский и Никита Вельяминов сподобились боярского чина и заняли почетное место подле самозванца. Обосновавшись в Псковском детинце, Матюшка сразу же отправил в подмосковные таборы атамана Герасима Попова с воззванием к тушинским ветеранам.
Казаки созвали круг и внимательно выслушали речи государева посланца атамана Попова. Некоторые из участников круга открыто выражали сомнения в чудесном спасении Дмитрия. Наконец было решено отправить в Псков особую делегацию для опознания царя.
Лжедмитрий III устроил посланцам ополчения торжественную встречу. Допущенные к руке, старые казаки убедились, что перед ними самозванец, нисколько не похожий на их прежнего «царика». Но вооруженная стража Матюшки окружала трон толпой, и казакам поневоле пришлось прикусить язык. Никто из них не решился обличить «вора». Под нажимом псковичей послы направили ополчению грамоту с подтверждением истинности «Дмитрия».
Грамота полномочных послов всей земли вызвала в ополчении бурю. Простой народ и казаки охотно верили тому, чему хотелось верить. Их добрый царь в который раз вновь спасся от злых бояр.
Последующие события развивались под действием неудержимых стихийных сил. 2 марта 1612 года казачий круг, на котором присутствовало также много «черных» людей — москвичей, провозгласил государем псковского самозванца. Вожди ополчения Заруцкий, Трубецкой и другие, помня о судьбе Ляпунова, подчинились кругу. Они вместе с казаками принесли присягу на имя Лжедмитрия III и вернулись в свою ставку в сопровождении торжественной процессии под грохот артиллерийского салюта. Народ приневолил целовать крест дворян из полка Трубецкого, попавшихся под руку.
В земских отрядах, стоявших поодаль от таборов, присяга не удалась. Воеводы, занимавшие позиции подле Тверских ворот, бежали из ополчения прочь, опасаясь за свою жизнь.
Некогда Ляпунову удалось сплотить разнородные силы и повести их на освобождение Москвы. Присяга Лжедмитрию III разрушила хрупкое единство. Раскол, которого так боялся Ляпунов, стал свершившимся фактом. Переворот в Москве был осуществлен «черным» людом Москвы и казаками.
С помощью наемников боярское правительство с трудом предотвратило выступление этих сил в пользу калужского самозванца в конце 1610 года. С тех пор прошло полтора года. Столичные жители пережили неслыханную трагедию. Их город превратился в груду развалин. С помощью вновь воскресшего «Дмитрия» низы надеялись рассчитаться наконец с лихими боярами.
Вождь ополчения Заруцкий оказался бессильным перед лицом стихии. Он подчинился восставшему народу, но попытался дать свое толкование акту присяги. Тотчас после переворота воеводы «холопы Митка (Трубецкой) и Ивашко Заруцкий» били челом государыне Марине Юрьевне и государю царевичу всея Руси Ивану Дмитриевичу. Заруцкий ориентировался не на Псков, а на Коломну, где находилась Марина Мнишек с сыном. Он исподволь готовил почву к тому, чтобы усадить на трон «воренка».
Переворот получил поддержку в южных и северских городах, прежде примыкавших к калужскому лагерю. Там находилось немало атаманов и казаков, некогда сражавшихся в армии Болотникова. На востоке власть псковского самозванца поспешили признать небольшие города Арзамас и Алатырь. Зато города Казань, Нижний Новгород, Владимир, Ярославль, Кострома встретили избрание Лжедмитрия III как незаконный акт, противоречащий воле земли. Земское ополчение пережило трагедию. Сначала казаки убили Ляпунова, а затем признали царем нового самозванца. Известия о событиях в таборе наполнили тревогой сердца осажденных в Кремле людей. В числе последних был и Михаил Романов с дядей.
Власти сочинили легенду, будто поляки теснили старицу Марфу и ее сына Михаила — «во всякой крепости и за приставы крепкими держали». Окружать их стражей не было никакой нужды. Романовым попросту некуда было бежать.
Появление на арене Лжедмитрия III укрепило намерение кремлевских сидельцев любой ценой посадить на московский трон царя Владислава.
ВТОРОЕ ЗЕМСКОЕ ОПОЛЧЕНИЕ
Еще в августе 1611 г. посадские люди Казани и Нижнего Новгорода выработали соглашение и предупредили подмосковные власти, что отвергнут любого государя, посаженного на трон казаками без согласия на то земли. Недоверие к земскому руководству оказалось столь сильным, что посадские миры постановили не пускать к себе казачьи отряды из таборов.
Соглашение между двумя городами послужило прологом к организации второго ополчения.
Нижний Новгород не имел своего епископа и находился в непосредственном ведении патриаршего дома. По этой причине нижегородцы решили обратиться за духовным советом к своему покровителю Гермогену. Они снарядили в Кремль посланца Мосеева с «советной челобитной». Посланец проник в осажденный Кремль к опальному Гермогену, заточенному в Чудов монастырь.
Гермоген внимательно выслушал Мосеева и заявил о поддержке нижегородского почина. Обращение низложенного владыки к Нижнему Новгороду стало его политическим завещанием. Гермоген просил нижегородцев связаться с казанским митрополитом, рязанским владыкой и иерархами других городов. Когда князья церкви сочинят «учительные грамоты» к земским боярам, тогда их надо собрать воедино. Гермоген заклинал бесстрашного человека Мосеева доставить грамоты под Москву и огласить их, даже если казаки будут угрожать ему смертью. Таким путем глава церкви пытался повлиять на выборы царя и помешать Заруцкому и казакам посадить на трон одного из самозванцев. «Проклятый сын паньи Маринки, — писал в сердцах Гермоген, — на царство не надобен: проклят от святого собору и от нас».
Мосеев благополучно доставил патриаршую грамоту по адресу.
Нижний Новгород был одним из крупных центров
