чем! Я не могу просто смотреть, как животное умирает прямо на моих глазах!
— Да, так и есть… — Сергей проницательно посмотрел Лизе в глаза, — Ты делаешь это не для коровы, ты делаешь это для себя… Ты не хочешь видеть страданий и смерти, чтобы не мучиться самой. Но ты так не спасаешь животное от страданий, ты пытаешься избежать страданий сама…
Ничего не ответив, Лиза взяла колодезное ведерко и осторожно опустила в колодец, пытаясь набрать воду. Но как она ни раскачивала веревку, дергая ей из стороны в сторону, ведро продолжало плавать на поверхности и не погружалось в воду. Лиза кряхтела, шумно сопела, ее движения становились раздраженными и резкими, однако у нее все равно не получалось зачерпнуть больше литра воды.
— Страдания и смерть теперь повсюду, и ты не сможешь больше от этого прятаться… — продолжал Сергей, наблюдая за бесполезными усилиями жены, — Если ты не можешь реально помочь, то тебе необходимо, смирившись, принять неизбежное, а не успокаивать себя обманчивыми надеждами. Потому что через эту боль, через смерть, тоже говорит Бог, указывая на то, что в этом мире временно, а что — вечно…
Закончив свои слова, Сергей взял из рук Лизы веревку, достал ведро и, перевернув вверх дном, резким движением бросил его обратно в колодец. Со звуком упавшего в воду большого камня ведро ударилось ребром о водную гладь и стало быстро погружаться под воду. Наполнив принесенную емкость, Сергей потащил воду в сарай. Лиза тем временем осталась одна у колодца, она грустно сидела, размышляя над тем, что сказал ей муж.
— Ну что, ты идешь? — прервал ее раздумья голос Сергея, когда он вернулся из сарая, — Корова пошла кушать сено… А нам нужно двигаться дальше.
Когда они вышли на центральную дорогу, Сергей стал вглядываться в пустую улицу, пытаясь восстановить в памяти образы, которые видел здесь при свете факела ночью. Однако дневная картина настолько отличалась от ночной, что он ничего не узнавал. Тем не менее, один образ все же нашел отклик в его воспоминаниях. Это был богатый дом с высокими железными воротами, который красовался посреди унылого деревенского пейзажа. Его ухоженный и респектабельный вид навеивал воспоминания о прошлой беспечной жизни и манил к себе обманчивым чувством надежды. Лиза тоже обратила на него внимание, и в ее голову закрались опасные мысли.
— Сереж, давай зайдем туда… Может быть там найдется подходящая одежда для меня… — начала осторожно Лиза.
— Что значит — зайдем? Это же не магазин, это чужой дом… — возразил Сергей, — Мы не можем вламываться в дома, когда только захотим.
— Но это же необходимость… — настаивала Лиза.
— Какая в этом необходимость? Ты хочешь, чтобы мы проникли в дом, чтобы найти тебе другие трусы? — сказал Сергей с иронией, и это выглядело, как будто он над ней смеется.
— Мне неудобно! — обиженно произнесла Лиза, — И к тому же я не уверена в чистоте этого белья.
— Ты уверена, что это вопрос жизни и смерти? — вопросительно поднял бровь Сергей.
— Значит, жизни и смерти?! — глаза Лизы загорелись гневом. — Ты так позаботился о своем рюкзаке, чтобы тебе было удобно… Почему тогда ты не можешь сделать то же самое и для меня?
— Ну, ты сравнила — рюкзак, в котором мне приходится таскать все наше барахло, с бельем… — Сергей закатил глаза, отводя взгляд в сторону.
— А ты считаешь, что не имеет никакого значения, удобно ли мне в этом белье? Я не могу чувствовать себя комфортно и уверенно, пока на мне это! — просунув руку под гамаши, она вытянула за резинку край панталон. — В них я, как в шортах под лосинами — постоянно сбиваются и впиваются мне в каждую складку!
Сергей ничего не ответил. Ему тоже было неудобно в чужом белье, но он не считал это большой проблемой, чтобы ради этого лезть в чужой дом. И самое главное, он не видел в этом Божьего провидения… Однако Лиза не успокаивалась, и когда они проходили мимо литых ворот, она сильнее сжала руку Сергея и, заглянув ему в глаза, вполголоса умоляюще произнесла:
— Сергей, ну пожалуйста…
В ответ на ее просьбу Сергей лишь ухмыльнулся. Он не видел не только веских причин, но и возможности, чтобы попасть в хорошо защищенное здание. Однако когда он заметил в заборе брешь, отходящий с одного края лист металла, в его сердце постучалось сомнение — может быть, действительно, стоит попробовать помочь Лизе найти другую одежду, чтобы устранить мешающий ей дискомфорт, и это усматривает Бог? Тем более что из-за их утренней задержки день был уже потерян, и Сергей потерял надежду, что они засветло дойдут до следующего села.
— Хорошо, — выдохнув, произнес Сергей, — но только при одном условии… если мы столкнемся с какими-либо трудностями, мы тут же вернемся обратно.
— Да, конечно! — радостно сказала Лиза, и нежно прижалась к его плечу, — Спасибо…
Сергей подошел к щели в заборе и, просунув в нее топорище колуна, стал отгибать сильнее лист металла, чтобы иметь возможность пролезть внутрь. Металлический лист был прикреплен к железным стойкам обычными кровельными саморезами, которые по мере отгибания один за другим стали выскакивать из истлевших от ржавчины отверстий, открывая свободный проход.
Сергей просунул голову в дыру, чтобы осмотреться, а потом залез во двор. Убедившись, что можно двигаться дальше, он протянул руку Лизе, помогая ей пролезть внутрь. Затем, не закрепляя приставил металлический лист на свое место, скрывая следы проникновения. После этого они направились через засаженный карликовыми деревьями палисадник к дому, который вблизи оказался куда больше, чем выглядел с улицы. Рядом с домом и садом с цветочными клумбами находились различные надворные постройки, том числе большая баня, просторная летняя кухня, цивильно отделанный уличный туалет, а также большой гараж и хозблок.
Побродив вокруг здания, напоминающего стилизованный под дворец двухэтажный детский сад, они не нашли ни одной лазейки, через которую они смогли бы попасть внутрь. Каждое окно первого этажа было надежно защищено железными решетками, стальные двери имели хорошие замки, и даже пожарные выходы и водоотводы были оборудованы защитой. На каждом из шести углов дома висела камера наблюдения, и аналогичные видеокамеры были установлены перед гаражом и на летней кухне. Однако от них вряд ли мог быть какой-то толк в отсутствии электричества.
Осознав, что они зашли в тупик, Сергей оставил Лизу в беседке, к которой вела вымощенная дорожка от дома, а сам решил проверить на всякий случай хозблок. Обитая жестью дверь с врезным замком не имела особой защиты от взлома, и в то же время не обещала
