не смог пройти мимо.
– Пожалел, как котенка бездомного?
Он прищурился:
– И кто из нас хирург?
Илья давно ушел, а Василиса все сидела и думала. Что еще оставалось? Только сейчас осознала, что слукавила: кое-какие номера она все-таки помнила…
* * *
Почему люди разные? Вроде бы все к одному биологическому виду относятся, а будто из параллельных миров. Не скажешь, что одни хуже, а другие лучше – хотя многие делят именно так, глядя со своей колокольни, разумеется. Просто некоторые чужие, словно инопланетяне.
Один живет для окружающих. Боится ненароком обидеть, оказаться неудобным. Задеть легко: неосторожным жестом, словом, взглядом, даже не имея никакой задней мысли. И не объяснишь, что это произошло ненамеренно.
Второй, наоборот, показательно не обращает ни на кого внимания.
Каждый оправдывает себя. Сам положительный персонаж, а вокруг – как повезет. Неплохо, если окажешься среди единомышленников, представителей своего отряда. А если совсем в чуждой среде? Как тогда выживать?
Иногда миры пересекаются, и ничем хорошим это не заканчивается. Невозможно понять друг друга и уж тем более кого-то переубедить. Происходит отторжение буквально на физиологическом уровне. Так и появляются люди нашего и не нашего круга, и один стремится поглотить другой. Подавить морально, а когда это не получается, то и буквально…
Ничего с этим не поделать, противостояние тянется десятилетиями и даже веками. Или все-таки стоит попробовать? Надо же когда-то начинать… Вернее, заканчивать.
Проблема одних людей в том, что они не могут поставить себя на место ближнего. И лишь некоторые, наоборот, смотрят на себя чужими глазами. Кажется, это называется эмпатия. Плохо, когда некто начисто ее лишен, но еще хуже, если эмпатии избыток. В первом случае можно замкнуться на своем «я», во втором есть опасность потерять себя. Достичь гармонии нереально…
Попадаешь из одной категории в другую, и в сознании случается болезненный перелом. Замечаешь, как меняешься, но наблюдаешь словно со стороны, не в силах ничего изменить. Страшно, но невероятно увлекательно – видеть, как постепенно становишься иным. А те, кто раньше был близок, превращаются почти во врагов.
Нет, слишком сильно сказано. Теми, кто недостоин внимания. Больше не достоин…
Глава 14
Вторник
Следующим утром ей дали поспать, вчерашняя докторша явилась только после завтрака.
– Пришли ваши результаты анализа крови, – озабоченно проговорила она. – У вас недостаток железа, назначу вам специальный препарат. Скоро медсестра принесет.
– Но я ничего не чувствую, – удивилась Василиса.
Опасалась, что врач скажет про следы снотворного, но, видимо, специальный анализ проводить не стали.
– И хорошо, значит, вовремя определили. Такое часто случается, поэтому надо регулярно делать анализ крови.
– Всегда нормально с гемоглобином было.
– Но сейчас не «всегда», – мягко возразила врач. – Если ничего не предпринять, появится слабость, головокружение, упадок сил, вплоть до потери сознания. Вы же не хотите где-нибудь свалиться и подвергнуть себя и ребенка большому риску? Не буду вас пугать, но угроза прерывания тоже усиливается.
Сразу ожили все подозрения. Она и так уже подверглась серьезному риску…
– Не буду пить никаких таблеток без Ильи… Николаевича, – твердо заявила Василиса, вспомнив, как медработницы называли его по имени-отчеству.
Врач не стала ее уговаривать, просто заметила:
– Он на приеме, не знаю, когда освободится.
– Я подожду.
– Неужели вы думаете, что заведующий отделением будет лично приносить вам лекарства?
Василиса упрямо покачала головой. Лебедев еще и заведующий? Как интересно. Но ей плевать на их иерархию.
– Тогда придется подождать.
Врач вышла, и она засомневалась, правильно ли поступила. Может, не стоило спорить? Подумаешь, витамины. Не обязательно пить – не станут же здесь проверять, как в психушке. А теперь она дала понять, что никому не доверяет. Уяснив это, они могут начать действовать иначе – добавить что-то в еду, например…
Кажется, она сходит с ума. А кто бы на ее месте остался в здравом рассудке?
Лебедев снова явился только вечером. На этот раз он был в медицинском костюме и держал в руке шприц.
– Говорят, от препаратов отказываешься? – с порога спросил он.
Василиса пожала плечами:
– Откуда мне знать, что это за препараты.
– Обычный ферритин, многим назначают. Не хочешь пить таблетки, можно в уколах. Даже лучше – быстрее подействует. Могу сам сделать, если остальным не доверяешь.
Ему она тоже до конца не доверяла, но деваться было некуда. Стала послушно поднимать рукав, но Илья остановил:
– Внутримышечно. Ложись на бок.
Опять раздеваться? Сколько можно, это уже становится невыносимо. А ведь еще только начало… Надо было соглашаться на медсестру с таблетками.
– Не больно? – заботливо поинтересовался Лебедев.
– Нет, – поморщилась она, поправляя одежду.
– Говорят, что у меня рука легкая.
– Часто приходится уколы делать?
– Нет, – усмехнулся Илья. – Но из тех, кому делал, никто не жаловался… Кстати, – он спохватился и полез в карман, – я тебе телефон принес, как обещал.
Он подал ей смартфон.
– Старый, но вполне рабочий. Сим-карту купить не успел, но она пока и не нужна – на территории клиники вайфай действует, я к нему подключился. Пароль на вход снял, так что пользуйся.
– Спасибо, – с трудом произнесла Василиса.
– Пойду, а то мне надо сына из секции забрать.
Ну правильно – он же не может сидеть с ней постоянно. У мужика наверняка личная жизнь имеется, недаром он в разводе. Но прямо сообщить, что собирается на свидание, неловко, вот и придумал встречу с сыном. Сам же говорил: видится с ним только по выходным… «Воскресный папа» же означает именно это?
Да ей-то какое дело? О себе надо заботиться. Василиса выспалась, в голове прояснилось, и безрадостное положение открылось перед ней с ужасающей откровенностью. Родной город не очень далеко, реально добраться на машине даже без документов, через сервис поиска попутчиков – деньги на карте остались… А почему, собственно, она поверила, что это именно так? Лебедев сказал?
Внезапно ее осенило – у нее же теперь есть телефон с выходом в интернет, можно проверить! Василиса зашла в онлайн-карты и убедилась, что доктор не соврал насчет городов и расстояния между ними. Да и зачем, если легко проверить…
Ну и что это ей дает? Ехать на попутке рискованно, притом без документов. Вдруг их на трассе остановят? Инспекторы ДПС не могут требовать паспорта, особенно у пассажиров, но если им попадется пост полиции или они нарвутся на какую-нибудь проверку…
Допустим, она благополучно вернется домой – и что дальше? Заблокирует потерянные карты, восстановит документы, переведет Лебедеву все, что задолжала, и продолжит привычную жизнь? Насколько это позволят изменившиеся обстоятельства, конечно. Долго скрывать не получится, хотя бы маме придется рассказать…
Мама! Ее номер
