дело жене, тем более она явно не за рулем…
Стоп, что-то тут не сходится. Какая-то неправильность царапала, не давая покоя. Наконец она сообразила, в чем дело, и повернулась к Арине:
– А кто, говоришь, тебе позвонил?
Та настороженно покосилась на нее:
– Сказала же – дядя Валера.
– А по телефону говорила, что он сам…
– Не цепляйся к словам, – отозвалась Арина, глядя прямо перед собой. – Какая разница?
Видимо, вконец ее новости деморализовали, если сразу расклеилась. Забыла, что ли, как эта девица недавно с тобой обошлась? И это она еще про маленького человека не знает… Откуда показная доброта и дружелюбие взялись, решила отыграть назад, будто ничего и не было? Очень подозрительно выглядит – никакой любовью к младшему братику и тревогой за него не объясняется…
Ее словно обожгло. А вдруг это вранье? Арина придумала подходящий предлог, чтобы выманить ее из дома, завезти куда-нибудь и… Просто бросить или что похуже? Минуту назад было жарко, а сейчас она почувствовала, как дрожит от холода. Или не от холода?
Позвонить Протасову? Сразу многое прояснится. А вдруг он не ответит? Зря спалится перед Ариной, и та захочет избавиться от нее еще быстрее… Написать ему сообщение? Тоже не вариант – вряд ли он их за рулем читает. Особенно если сам все это и организовал…
Нет, не может быть. Ребенок двоюродного брата – одно, а собственного сына – совсем другое. Этого не скроешь. Такое не прощается… Впрочем, Протасов долгое время не считал Елисея родным. Вдруг он до сих пор не воспринимает его своим сыном? Много ли значит кровное родство, если нет настоящей привязанности?
– Да не парься ты, – лениво заметила Арина.
Она поймала ее взгляд в зеркале, опасаясь смотреть прямо, и пробормотала:
– Я и не парюсь…
– У тебя же на лице все написано. Думаешь, завезут сейчас и закопают в лесочке?
Она вздрогнула. Настолько далеко даже ее буйная фантазия не распространялась.
– Извини, глупая шутка.
– Да уж, – с усилием выдавила она.
– Думаешь, я вру? – без труда догадалась Арина. – Ну хочешь, позвони дяде Валере и у него спроси. У тебя же есть номер?
– Номер-то у меня есть, – протянула она. – А почему вообще именно тебя попросили?
– Сами не успевали, – пояснила Арина. – Ну или не захотели, не знаю. Я и решила не по телефону, а лично сообщить. Тебя же типа сильно волновать нельзя…
Она вздрогнула и повернулась к сидевшей за рулем сестре Елисея. О чем речь?
Та хмыкнула:
– Да знаю я. Сколько уже, месяца три?
– Два с небольшим, – машинально ответила она и спохватилась: – Откуда?
Арина чуть помедлила, но все же ответила:
– Из твоего теста.
– Ты ко мне в сумку залезла? – возмутилась она, почувствовав, что лицо горит.
Попросить убавить печку? Почему ее бросает то в жар, то в холод?
– Вот еще! – фыркнула та. – Ты сама его выронила, а я на полу в прихожей нашла. Там столько барахла валялось, ты и не заметила, как потеряла. Сначала я подумала, что Маринкин – они с мужем давно третьего хотели. Потом дядю с тетей заподозрила. Возраст, конечно, уже не тот, но в наше время всякое бывает. Медицина не стоит на месте, разные там звезды далеко за сорок рожают… Про тебя в последнюю очередь подумала.
Она криво усмехнулась:
– И решила провести со мной разъяснительную беседу? Чтобы я… от ребенка избавилась?
Арина поморщилась:
– Ну ты монстра из меня не делай. Я тест позже нашла, после вашего отъезда, когда своих спиногрызов собирала.
– И… всем рассказала?
Ей стало и холодно, и жарко одновременно, она почувствовала, как взмокли и моментально заледенели корни волос.
– Да никому я не рассказала!
– Даже сестре?
– Ни сестре, ни дяде с тетей.
– А… брату?
– Я что, по-твоему, совсем дура? На фига мне такое счастье сдалось? Нет уж, даже не надейся, придется как-то самой…
– Столько времени знала и молчала?
– А надо было по радио объявить?
– Сейчас радио не слушают, – машинально заметила она.
– Это вы, безлошадные, не слушаете, а те, кто на машине, постоянно. Короче, Василис! Не собираюсь я никому ничего говорить, сама с Леськой разбирайся. Ну и с его предками до кучи…
– Ты же хотела, чтобы он меня бросил? – припомнила она.
Арина поморщилась:
– Да мне-то что? Может спать с кем хочет.
– А как же наследство?
– Ой, ну все! Пусть дядя Валера живет долго и счастливо, внуков воспитывает…
– Я своего ребенка сама воспитаю.
– Да пожалуйста, кто против-то?
– Зачем же ты мне кофе предлагала? – спросила Василиса, глядя на стаканчик, который до сих пор сжимала в руке.
– Подумаешь, кофе! Я пила во время беременности, и все ок. А еще волосы красила и маникюр делала.
Арина помолчала, а потом покосилась на нее и неуверенно поинтересовалась:
– Ты как себя чувствуешь-то? Если укачивает, лучше заранее скажи, я остановлю…
– Все в порядке со мной, – успокоила она. – За машину не бойся.
– Да я и не боюсь. И это… поздравляю, типа, – неловко бросила та.
– Ну спасибо, – усмехнулась она.
– Только прямо сейчас, наверно, не стоит все вываливать. Неизвестно, в каком Леська состоянии, а от таких новостей кому угодно поплохеет…
– Ты же сказала, с ним ничего страшного?
Арина слегка смутилась и преувеличенно сосредоточенно уставилась на дорогу.
– Ну это я не хотела сразу сильно волновать, – наконец проговорила она. – На самом деле там, кажется, все серьезно…
Глава 16
Вечер воскресенья
До Владимира добрались без особых задержек – нигде не наткнулись ни на ремонт моста, ни на внеплановую проверку, ни на беспричинную пробку.
Арина словно взяла над ней шефство. Когда остановились на заправке, даже кофе выпить не позволила, несмотря на свои собственные слова, пришлось давиться противным зеленым чаем. Только на хот-дог со скрипом согласилась – другой еды там не предлагалось. Неужели все настолько плохо, что любые разногласия перестали иметь значение и отошли на второй план?
Она будто впала в анабиоз. Просто не пропускала в сознание мысли о Елисее и о том, что с ним случилось. Арина больше ничего не рассказала, а она и не спрашивала, боясь того, что может услышать.
Когда въехали в больничный двор, проскочив по улицам незнакомого города, до нее наконец дошло, что это происходит на самом деле! Сейчас она увидит его, и неизвестно, в каком состоянии… Если увидит вообще.
Протасова они нашли в холле, но по его лицу невозможно было ничего прочитать.
– Зря приехали, – бросил он, даже не поздоровавшись. – К нему все равно не пускают.
Она молчала, поэтому Арина спросила первой:
– А что случилось-то?
– Пожар в казарме, – коротко
