из-за этого страдать не должен. Надеюсь, ты это понимаешь так же прекрасно, как я. И, если в следующий раз захочешь что-то изменить или договориться, советую звонить в мою приемную и обсуждать со мной, а не с моим замом.
– У него пятьдесят процентов акций, он твой партнер, а не зам.
– Нет, Карим, он именно зам. И мой один процент в любой момент может вырасти. Лучше сам скажи, зачем ему деньги понадобились.
– Сама у него спрашивай.
– И спрошу. Ты же знаешь, как я умею спрашивать деньги с должников. Лучше расскажи сам, не подводи его к плахе, – вкрадчиво говорила, давила ,чтоб сознался сам, и не требовалось вмешивать в эту кашу Саву.
– Он проигрался, – выдохнул ее собеседник недовольно, сдался, – Проиграл крупную сумму, а денег ему не хватало. Сказал, вернет через неделю.
– Кому проигрался?
– Я не знаю, Марина, честно.
– А еще что-то про сына мне говорил. Заруби себе на носу, он не маленький мальчик и сам должен справляться. Ни бизнес, ни люди не должны страдать от его ошибок. Мне зарплаты и премии чем отдавать прикажешь? Молчишь? Сам недавно из такой же ситуации выбирался, и как? Понравилось тебе?
– Я все понял, дай мне два дня, переведу оставшуюся сумму.
– У тебя день, – отрезала, не терпя возражений, – И, если он еще попросит, сразу звони мне.
– Понял, и спасибо, что поняла меня.
Не стала отвечать на его последний выпад, ни к чему хорошему подобные разговоры не приводят.
Снова вляпался в дерьмо, а она его вытаскивать будет? Нет, хватит.
– Что будешь делать? – Сава стоял, прислонившись к косяку двери. Уже собранный, одетый, готовый к любой ситуации. Маришка заметила его на середине своего разговора и не стала выгонять. Сава мог помочь.
– Сначала дождусь перевода, затем выплатим всем бонусы и премии за контракт.
– Я не об этом спросил! Я тебя предупреждал еще в самом начале, он игрок и всегда им будет, а ты его зачем-то в долю взяла.
– Взяла, потому что его нужно было спасать.
– Спасать? – презрительно переспросил, – А тебя кто спасать будет?
– Мне это не нужно, я сама справляюсь.
– Справляется она, как же! – он оттолкнулся от дверей и ближе подошел к ней, – Его гнать надо, слышишь, пока не наворотил дел. Еще вопрос кому и сколько он проиграл.
– Пусть Артем узнает, но тихо чтоб.
– Сама ему об этом скажи, я не против. Ты хотела поговорить.
– Потом, – отмахнулась рукой, мысли не тем заняты уже, – Я к тебе заеду на неделе, заодно и все документы будут под рукой. Хочу в один проект влезть и тебя с собой затащить.
– Лады, тогда я уехал, – мужчина уже собрался уходить, но остановился, – Скажи ему.
– Что? – удивленно вскинулась на него, – Кому?
– Косте. Скажи ему все про себя и про свое состояние. Он, конечно, не святой и помочь мало чем может, но имеет право знать. Иначе, сам начнет задавать вопросы и узнает,– тогда нормальной реакции от него не жди.
– С какого такого перепугу я должна ему что-то рассказывать?
– Он отец, и Илье он в первую очередь сможет помочь, успокоить. Но он тоже должен сам подготовиться, чтобы быть уверенным хотя бы на какую-то долю, что все закончится хорошо.
– Не лез бы ты не свое дело, Сава, – проговорила мягко, стараясь не злить тигра в клетке, в которой нет замка.
– Это мой тебе совет. А как поступать, решать только тебе.
– Я тебя услышала.
Он только кивнул и спокойно ушел. Но спокойствие это было напускным. Ему так же, как и ей не нужны были сюрпризы от Андрея. Разецкий много знал, слишком много, и если кому припечет начать копать под Шаха и всю его компанию, то поймать человека на его слабости, а потом давить и давить, пока не сломается, легче легкого. И Андрей свою слабость продемонстрировал в полной мере, так что проблему придется решать радикально.
Час от часу не легче. Что называется, картина маслом «приплыли».
Но еще она точно уяснила, если Андрею повезло, и он проигрался в одном из подпольных казино Шаха, они все избегут одной большой проблемы, но Сава, а скорей всего им займется Артём лично, спустит шкуру с Разецкого не только в переносном смысле. Ну, не дурак ли?
В остальном, день пролетел хорошо, даже слишком. Если не считать загвоздки с Таней, но туда уже умотал Артём, так что проблема будет решена в любом случае. Отец, может, будет упрямиться, но наступать на одни и те же грабли не станет, не настолько ему дорог «Меридиан». А если так… Таню ждет еще одно разочарование, и как бы Маришке не хотелось ей помочь, такие уроки жизни усваиваются в одиночку лучше всего. Ощутимей.
Они втроем прекрасно провели время, играя в «Монополию». Кто бы мог подумать, что их четверых взрослых,– а с ними еще и Вася взялся играть,– обставит какой-то шкет малолетний?
Но им было настолько весело, что никто даже возмутиться не успел. Илья был счастлив. Испуг прошел, хоть он опять держал ее за руку постоянно. И на отца своего смотрел, лукаво подмигивая.
Они медленно, но верно становились семьей. Одной. И это ее пугало.
ГЛАВА 7
Как-то в один миг понимаешь, что начинаешь терять контроль над своей жизнью. Появляются какие-то «чужие» люди и просто вламываются в твой, давно установленный порядок, в твой уютный мирок, и начинают там все внутри менять. Конечно, таких наглых людей Маришка не знала, но все равно.
И изменения…, их не увидишь сразу, ты живешь себе и живешь, каждый день ездишь на работу, находишься в привычном ритме и социуме, и даже не замечаешь, что на твоей личной территории появился оккупант,– у него добрые намерения, ничего опасного он не предпринимает, и даже приносит пользу,– но все равно. Вдруг оглянувшись, ты понимаешь, что жизнь стала другой.
Вот и Маришка так оглянулась и поняла в один момент, что кое-что, да что там, очень многое стало по-другому, а она даже не заметила. Более того, ей было комфортно жить так, после изменений, пока она не поняла, что что-то таки изменилось.
Уловила. Заметила. И пришла в ярость. В основном на саму себя. А еще испугалась. Сильно, страшно. До замершего на миг сердца, похолодевших пальцев на руках и разбитой любимой чашки на работе.
Находилась в своем кабинете тогда, утро встречала, смотря на людей внизу с высокого здания офиса, размышляла о встречах.
Вспоминала прошедшую неделю, а потом еще
