«Нет», — прозвучало резкое в моей голове. Я даже скривилась. А вот мужики побледнели. Не ожидали, что сама Богиня снизойдёт до них? Так и хотелось сказать: «Сюрприз!» Сдержалась.
Опа! А она, получается, разговаривает с нами одновременно?
— Все мы пришли к вам с желанием расторгнуть этот брак. Простите, но в дальнейшем сохранении этого недосоюза нет смысла, — решилась я на речь.
«Не все. Один из мужчин точно не желает расторжения брака. Другой сомневается. А ты просто обижена».
После этих слов я могла лишь сжать зубы.
— Я не желаю сохранять этот союз.
«Ты должна быть Королевой! И это не обсуждается. Если ты так не желаешь их в качестве мужей, я могу сделать тебя вдовой».
— Я и так скоро буду вдовой. По одному мужу уж точно. Вы устроили целую эпидемию.
«Это естественный способ обучить смертных подчиняться законам Бога. Они давали клятвы, они их нарушили, за что и наказаны».
— То есть все короли заразились этой гадостью?
И почему сама возможность такого исхода ужаснула меня? Будущую смерть Бабена я приняла спокойно. Его болезнь и состояние нисколько не взволновали меня. А другие двое?
«Нет. Оставшиеся двое здоровы. И чтобы успокоить твою обиду, скажу: старший мужчина не был с женщиной чуть больше года. Младший четыре месяца».
— И вот зачем мне эта информация? — возмутилась я, хотя глупое женское сердечко где-то внутри рвано ударилось о рёбра и почти вспорхнуло.
«Чтобы успокоиться и начать диалог. Пока вы не можете выяснить отношения, страна рушится. Две армии обступают вас. А вы, смертные, верности никак не научитесь. А Елена вообще не была с мужчиной в этом мире ни разу. И нет, эти мужчины к покушениям на твою жизнь не причастны, как и ты».
— Вот именно. Наш брак даже не консуммирован. Можно же вообще признать его недействительным, — попыталась я всё-таки ухватиться за соломинку.
— В смысле не консуммирован? А с кем же я тогда был? — донеслось удивлённое от Бабена, который тут же закашлялся.
— Не со мной. Ты был с Элен, на которой и женились вы когда-то, — рыкнула я, а потом спросила: — Не причастны? Точно?
«Нет. Не причастны. Брак действителен. Ты забываешь, что в её теле теперь живёшь. И приняла от неё всё. И мужей тоже».
В последнем высказывании мне показалась усмешка. Да она над нами прикалывается. Весело ей, да?
Но не успела я возмущённо открыть рот, как Богиня заговорила вновь. Только в этот раз от мощи голоса колени подгибались.
«Ты избрана мною править этой страной. Ты королева. Твои мужья меня не интересуют. Поэтому выбирай: я могу их убить прямо сейчас, ты скажешь, что они прогневили меня, и выйдешь снова замуж, или вы ВСЕ пытаетесь построить отношения».
— А… — подал голос Милон.
«Молчать! — рявкнула Богиня. — Выбор за ней. Я жду».
Я же растерянно посмотрела на мужчин. Я была на них зла? Да. Обижена и унижена ими? Да. Но готова ли я ради этого убить? Ведь фактически Богиня предложила мне их сейчас убить, точнее для меня.
Фрост стоял с каменным лицом. И только нервные движения кадыка выдавали его волнение. И он не смотрел на меня. Какой-то странный отсутствующий взгляд был направлен в никуда.
Милон же тоже был растерян. Он кусал нижнюю губу, но ничего не говорил. Грудь ходила ходуном, будто он кросс пробежал и вдруг остановился. Но во взгляде не было мольбы или ещё чего-либо подобного. Да я вообще не могла понять ничего по его взгляду, там эмоции сменялись мгновенно.
Только Бабен криво улыбался, а во взгляде грусть. Только вот он-то меня не трогал совсем.
Готова ли я убить их? Нет. Я просто не смогу с этим жить. Как говорят, на чужом несчастье счастья не построишь. Вот и я после такого никогда не смогу не только стать счастливой, спать спокойно не смогу.
«Да будет так».
Я же ничего не ответила? Но, видимо, Богине и не нужен был мой ответ. Зато Фрост и Милон напряглись и зажмурились. Только Бабен запрокинул голову. Но ничего не происходило. Тогда я спокойно вытащила руку из воды, тут же натягивая перчатку.
— Увы, господа, — тяжело вздохнула я, разводя руками, — развода не будет. Зато у меня для вас пренеприятнейшая новость, — растянула я губы в предвкушающей улыбке. К слову сказать, на всех четверых министров, здесь присутствующих, у меня уже была достаточная информация. — Ифор.
Короткий взгляд, и вот уже в храме не только он, но и моя личная охрана.
16
— Богиня очень желает видеть именно меня королевой данной страны. Поэтому вам придётся немного погостить во дворце под бдительным присмотром.
— Что? Вы…
— Да как…
— Не может…
Вот тебе и министры. Слова в предложения уже не складываются.
— Прошу добровольно сдать все артефакты и пройти в отведённые для вас помещения.
И хотя в данный момент мои действия в большей степени были экспромтом, мы с Ифором уже обсуждали действия по аресту высокопоставленных аристократов, поэтому и вопросов у него не возникло.
Почему я вдруг это начала сейчас? Всё просто. Эти личности слышали наши ответы Богине, а её слова нам нет. Какие выводы они сделают, я не знаю, поэтому отпускать их, давая шанс улизнуть, не собираюсь.
Сама Богиня хочет видеть меня королевой! Что ж, они получат королеву…
Только когда к ним подошли охранники, министры отмерли. Вот теперь растерянность исчезла, вернулись надменность и спесь.
— Да что вы себе позволяете⁈
— На каком основании?
— В такое трудное время вы…
— Да, время не из лучших. Но если ждать удобного случая, можно прождать всю жизнь, — ответила я. — Повторяю, сдайте все артефакты и оружие. Чуть позже я с каждым из вас побеседую отдельно, не здесь. И как раз расскажу об основаниях, — улыбнулась я.
— Вы не имеете права. Ваши Величества… — вскинул голову граф Цулако.
— Именно я и имею основания. Вы настолько распоясались, что позабыли собственные законы. Так я освежу вашу память. Согласно статье 8 Закона о правлении странами, именно Королева является верховной властью в каждой отдельной стране. Только после неё идут короли, советники, а уже потом министры. Так что я как раз имею все права и основания не только для вашего задержания или ареста, но и для вынесения приговора, вплоть до казни. Хотите оспорить моё право?
— Но…
— В данный момент у вас есть такой шанс. Прошу, — сделала я шаг в сторону, приглашая их к чаше, — здесь и сейчас выше меня только Богиня. Если вы ни в чём не виноваты, Богиня оправдает вас прямо здесь, нет — и покарает тут же. Есть желающие?
Двое не сдвинулись с места, а двое даже отступили на шаг назад, но напоролись на охрану. Возникла напряжённая тишина. Я давала министрам время на добровольную сдачу, а охрана вместе с Ифором ждали моего приказа. Каждый охранник был наготове. А мне просто стало любопытно, насколько далеко они зайдут. Вот такое мазохистское желание — посмотреть, попытаются ли они напасть на меня открыто.
— Помочь? — спросил Милон, оказывая близко ко мне. А я почти и забыла об их присутствии…
— Так что, лорды, решили? — усмехнулась я.
Трусы или продуманы, но ни один из них не оказал сопротивления. В меня метали испепеляющие взгляды, но сдавали перстни, обереги, цепи, браслеты. У одного оказалась серьга.
— Всё сдаём, — спокойно проговорил Ифор ледяным тоном.
— Да у меня ничего больше нет. И вы, кстати, не записываете, что чьё. Как потом возвращать будете?
— У меня идеальная память. Разберёмся. И вы сдали не всё.
— Я сдал все артефакты, — пыжился министр. Только я верила Ифору, у которого к этому времени, как и у всех руководителей подразделений графства Монтеро, был артефакт, определяющий собратьев. Панок сам дал мне такой артефакт на случай атаки. Он может предупредить. Вот мы и решили, что такая полезная вещь в будущей войне очень пригодится. Мы хотя бы сможем заранее узнавать самое опасное направление.
И вот в такой относительно мирной ситуации этот милый перстенёк пригодился.
