— Он до сих пор это делает, — фыркнула Валерия.
Но Зоэ едва слышала ответ сводной сестры. Она оцепенело, смотрела на величественное здание, ощущая себя мученицей, которую везут на гильотину. Дом — и ее судьба — все приближался, скоро они свернут на круглую подъездную аллею. Зоэ уже различала две фигурки у каменной балюстрады. Ей сделалось невыразимо плохо.
Но, слава Богу, там будет Робин. Сообразив это, Зоэ вздохнула с облегчением. Робин не подведет ее. Вместе с ним она сможет смело взглянуть в лицо всему и всем, включая даже его строгого недовольного брата. Робин, как всегда, возьмет ее за руку, наговорит каких-нибудь очаровательных глупостей, и все сразу почувствуют себя непринужденно.
— Смотрите! — воскликнула Валерия. — Арабелла! Давиния! И Фиона!
— Не забывай про Фрею, — напомнила ей мать, когда они остановились у ступеней, — даже если она и намного моложе тебя.
Заметив молчание Зоэ, Эванджелина повернулась к ней с ободряющей улыбкой.
— Встряхнись, милая, — шепнула она, похлопав Зоэ по колену. — Все будет хорошо. Обещаю.
Они вышли из кареты. Лорда Роберта не было видно. Леди Килдермор и ее муж, преподобный Амхерст, под руку спустились по лестнице. Позади Джонет стоял ее огромный дворецкий Доналдсон, который почти никогда не оставлял ее. Следом за ним — череда слуг и четыре дочери Амхерста в возрасте от девяти до шестнадцати, подходящие подружки для Валерии.
Зоэ в самом изящном реверансе присела перед Джонет и ее мужем, потом поцеловала девочек. Вскоре Валерия, радостно взвизгнув, кружилась среди них, пока няня высаживала мальчиков. Эванджелина рассказывала о несчастье с колесом и об увязшей телеге.
— Да, Стюарт сейчас наверху, одевается, — сказала леди Килдермор. — Он просит извинить за задержку.
— Мисс Адлер, наша гувернантка, устроила чай для детей в классной комнате, — живо вступил в разговор Амхерст. — Когда вы немного отдохнете, почему бы нам тоже не собраться в гостиной?
— Спасибо, сэр, — сказала Зоэ. — С удовольствием. Джонет взяла Эванджелину под руку.
— Я разместила всех девочек в восточном крыле, — предупредила она. — Как вы думаете, это подойдет? Или мы напрашиваемся на озорство?
Эванджелина рассмеялась и пошла за хозяйкой по ступеням крыльца.
Мистер Амхерст с изящным полупоклоном подал руку Зоэ.
— Надеюсь, вы привезли с собой Харлана Стокли, Зоэ? — тепло улыбнулся он. — Я должен убедить его сыграть в шахматы.
Зоэ рассмеялась.
— Как я понимаю, вы не возражаете против порки? — пошутила она. — Предупреждаю, у старины Стокли тяжелая рука.
— Да, мне от вашего наставника перепадало, — согласился мистер Амхерст, все еще улыбаясь. — А как ты, Зоэ? Ты тоже, как я припоминаю, битый игрок, которого Стюарт однажды научил на свою беду.
— Да, Мерсер начал отказываться играть со мной, когда мне было двенадцать, — сказала Зоэ.
Амхерст рассмеялся.
— Да, и еще он прозвал тебя мисс Порох.
— Ужасное прозвище! Робин до сих пор меня так называет, — закатила глаза Зоэ. Потом, понизив голос, спросила: — Можно поинтересоваться, мистер Амхерст, где Робин?
Даже на ее слух вопрос прозвучал тоскливо. Амхерст странно взглянул на нее, потом похлопал по руке:
— Роберт немного приболел, — наконец сказал он. — Он обещал присоединиться к нам за обедом.
За обедом? До него еще долгие часы!
— Что ж… — Зоэ старалась скрыть смущение. — Надеюсь, ничего серьезного?
— Нет-нет, — успокоил Амхерст. — Думаю, что нет. Вместе они пересекли темные глубины портика и вошли в дом. Если портик был внушителен, то большой холл за ним роскошен и в пропорциях, и в художественном оформлении. Потолок, поднятый почти на высоту портика, играл опенками лазурной синевы с золотом. Его поддерживали четыре массивные коринфские колонны с позолоченными капителями. Пара лестниц шириной с комнату, переплетаясь, как две змеи, поднималась наверх, к уходящим на запад и восток крыльям.
— О Господи! — тихо выдохнула Зоэ. — Это…
— Претенциозно? — подсказала Джонет, когда они вошли в комнату. — Да, боюсь, Роуленды были склонны к чрезмерной пышности. И бедному Стюарту приходится с этим мириться. Никто не может снести эти колонны или покрасить потолок в бежевый цвет. А вот и мисс Адлер. Пожалуйста, юные леди, следуйте за ней.
Багаж еще не прибыл, Зоэ и ее мачеху проводили в предназначенные для них комнаты — отдохнуть после путешествия.
Спальня Зоэ была в восточном крыле, окно выходило в парк и лес. Комната была не слишком большая, но тонкие переливы сиреневых и розовых оттенков на стенах и постельных принадлежностях были чудесны, а белая мраморная каминная полка и изящная французская мебель отличались не показной элегантностью. Здесь кто-то явно проявил сдержанность в декоре, наверняка Джонет, пока она была леди Мерсер.
Да, внешне все обстояло лучше, чем Зоэ смела, надеяться, если бы не отсутствие Робина. Ей отчаянно хотелось увидеть его. Подойдя к окну, она невидящим взглядом смотрела на сияние дня. Робин как-нибудь все уладит. Он всегда понимал ее и никогда не смотрел на нее сверху вниз. Почему именно так было, она не знала.
Возможно, потому, что у Робина доброе сердце. А может, из-за слухов о его происхождении. Хотя Зоэ не смела даже, думать об этом, некоторые считали, что он вовсе не сын покойного лорда Мерсера, а отпрыск лорда Делакорта, некогда закоренелого повесы, на которого Робин очень походил внешностью и нравом. Делакорт все еще оставался другом семьи, одинаково близким и Джонет, и мистеру Амхерсту, что было несколько странно.
Но люди иногда незлопамятны, а для Зоэ эта история не имела значения. Робин есть Робин, и она любила его. Так или иначе, они устроили эту брачную кутерьму. И все же до обеда оставалось три часа, и сейчас Зоэ чувствовала себя немного подавленной и одинокой. Кроме того, она не учла, что ее багаж задержится и ей придется пить чай с будущими родственниками, одетой как невоспитанная неряха.
Умывшись и поправив прическу, Зоэ глянула на грязный подол и вздохнула. В очередной раз она действовала импульсивно, выпрыгнув из кареты и забравшись на повозку Мерсера. К счастью, на полке в гардеробной нашлась щетка, и когда появившаяся горничная леди Киддермор спросила, не нужна ли помощь, Зоэ улыбнулась и вручила ей щетку. Вместе они почистили юбки, но замаскировать грязные разводы не смогли.
По бесконечным коридорам и лестницам Зоэ проводили в так называемую Маленькую гостиную, хотя комната была вдвое больше обычных гостиных. Длинная комната с высоким потолком сияла в полуденном солнце, лившимся сквозь полдюжины французских окон, распахнутых на террасу. У камина сидели мачеха с Джонет и Амхерстом.
