— Ох, — выдохнула Зоэ. — Это дом Робина? Федра покачала головой.
— Дом купил ее покойный муж. Он был военным. Ох, Зоэ, не надо было мне это тебе говорить.
— Но будь ты на моем месте, ты бы захотела знать, — возразила Зоэ. — Согласись.
Федра снова опустила взгляд на колени.
— Да, — прошептала она, и ее руки замерли. — Да. Хотела бы.
— И я тебе благодарна. — Зоэ изобразила теплую улыбку. — Что мне до этого? Большинство мужчин содержит любовниц. По крайней мере, она не ведьма с ледяным сердцем, как виконтесса Мерсера. И, как ты говоришь, Робин поступит правильно, прежде чем мы поженимся.
— Да, — улыбнулась Федра. — Я знаю, он это сделает. — Она поднялась и протянула руку Зоэ. — Встань и умойся. Мы поможем Труди разбирать твои платья.
Зоэ, наконец, отбросила одеяло.
— Леди Роберт Роуленд, — вздохнула она. — Вроде звучит.
На следующий день после визита леди Хокстон лорд Рэннок со свитой отправился в Суссекс. Путешествие оказалось долгим, поскольку в десяти милях к югу от Эпсома с пролива налетел проливной дождь. Погода была под стать настроению Зоэ, смотревшей сквозь залитое дождем окно кареты на мелькавший пейзаж. Ее слабый энтузиазм в отношении предстоящего брака едва дотянул до отъезда Федры.
Семейство путешествовало в трех каретах, Рэннок и конюх ехали верхом. Карета покачивалась на ухабах; Зоэ приглядывалась к мужчинам, от непогоды закутавшимся в плащи и надвинувшим на лоб шляпы. Отец, должно быть, насквозь промок, думала она, прижавшись носом к стеклу.
В Танбридж-Уэллс путешествие на день прервалось, и семейство расположилось в «Зайце и гончих», заняв большую часть комнат. Следующее утро было ярким и удивительно теплым, но дороги еще не просохли. В десяти милях от Лоуэр-Торпа карета с багажом и слугами потеряла в грязи колесо. Рэнноку пришлось наблюдать за ремонтом, его плечи поникли от усталости.
Зоэ поняла, что отец крайне измучен, и главным образом по ее вине. Она разбила ему сердце.
— Папа, похоже, позавчера простудился, — встревожились она, глядя ему вслед. — И в этом виновата я.
— Чепуха! — живо ответила Эванджелина. — Твой отец крепок, как дубленая сапожная кожа. Он будет в полном порядке. — Но, судя по тону, ей самой хотелось в это верить.
— Дубленая сапожная кожа, — пробормотала тринадцатилетняя леди Валерия. — Как ты нехорошо про папу говоришь, мама, он такой красивый. — Глаза девочки закрылись прежде, чем кто-нибудь успел ей ответить.
Несколько миль они ехали в тишине, Валерия спала, Эванджелина читала или с тоской поглядывала в окно, словно ее муж мог, как по волшебству появиться рядом. У следующего указателя они свернули с главной дороги и поехали по узкой дорожке, с одной стороны которой простиралось пастбище, а с другой тянулась живая изгородь. Видимо, неподалеку деревня.
Опасаясь окончания поездки и в то же время стремясь выбраться из кареты, Зоэ разгладила шелковое кроваво-красное платье и поправила красные перышки на шляпке. Она надела свой самый элегантный дорожный костюм. Если уж придется чахнуть в провинции, она желала появиться там стильной. Карета вдруг покачнулась на крутом повороте, зазвенела упряжь.
— Тпру! Тпру! — закричал кто-то. Послышались отдаленные крики. Карета остановилась.
— Господи, что теперь? — пробормотала Зоэ, одной рукой все еще придерживая шляпку, а другой, упираясь в стенку кареты.
Сидевшая рядом Эванджелина высунула голову в окно.
— Впереди в канаве повозка. Похоже, она завязла.
Спавшая Валерия едва шевельнулась. С досадой, вздохнув, Эванджелина распахнула дверцу и опустила подножку кареты.
— Пошли Дункана вперед, — велела она Зоэ. — Я проверю детей. Далеко идти не придется.
Зоэ с любопытством последовала за мачехой и, приподняв юбки, осторожно ступила на залитую грязью мощеную дорогу. Пахло мокрой землей, прелыми листьями, с пролива доносился слабый запах моря. Кучер Дункан спрыгнул с козел и направился к мужчине в заляпанной грязью кожаной безрукавке, который сдерживал крупных лошадей.
— Раз-два-три!
Трое мужчин пытались вытащить повозку из канавы, но она завязла так глубоко и так накренилась, что Зоэ задавалась вопросом, как удалось отцепить лошадей. В одних тонких рубашках, пропитанных потом и грязью, мужчины не бросали тяжелого дела.
— По моей команде! — рявкнул кто-то. — Раз-два-три!
Стоявшие спиной к Зоэ мужчины напрягли плечи. Телега скрипнула, проехала вперед несколько дюймов, потом снова качнулась назад, расплескивая воду и грязь.
— Проклятие!
Мужчина, державший лошадей, жестом указал подошедшему Дункану на обочину. Проследив взглядом, Зоэ увидела груду коробок и корзин, свалившихся с телеги.
— Раз-два-три! — раздалось снова, когда Зоэ подошла ближе.
Телега двинулась вперед, потом откатилась назад, на сей раз, сильнее разбрызгивая грязную воду.
— Ой! — пискнула Зоэ, отскочив в сторону. — Мои юбки!
Ближайший к Зоэ мужчина с прилипшими ко лбу светлыми волосами удивленно повернулся к ней.
— Извините, мисс, — неодобрительно глянул на нее, — но вы стоите слишком близко.
— Черт побери! — Стоявший справа стукнул кулаком по повозке. — Ничего не поделаешь, Сэм. Надо разгружать.
Он ступил назад в грязь, потом обернулся.
— Уэр, нам лучше послать… — Лорд Мерсер замолчал и почти изумленно уставился на Зоэ. Потом его взгляд странно дрогнул, и ореховые глаза вспыхнули раздражением. — Зоэ Армстронг! — бросил он сквозь зубы. — Можно было догадаться.
Зоэ чуть выпрямилась.
— Не пронзайте меня взглядом, — ответила она. — Я не виновата, что ваша повозка оказалась в канаве. Я просто хочу пройти.
Мерсер бросил на нее мрачный взгляд, красноречиво говоривший, что он с удовольствием бы переложил вину на нее, потом выбрался из канавы на дорогу. С распахнутым воротом рубашки и закатанными до локтей рукавами он выглядел очень большим, очень раздраженным… от него исходило невероятное мужское начало. Он изобразил насмешливый поклон.
— Извините, Зоэ, — сказал он. — Я и не сообразил, что разлучаю двух пылко влюбленных. Я моментально уберу свою повозку с вашего пути.
Зоэ вскинула руку в красной лайковой перчатке.
— Умоляю, не торопитесь! — Она многозначительно глянула на полосы грязи у него на лбу. — Это невероятно интересно!
Зоэ не могла не заметить, как дорогая рубашка лепилась к его мускулистой груди, струйки пота сбегали по вискам и шее. Темно-каштановые волосы растрепаны, будто он грубо взъерошил их рукой.
— Рад развлечь вас, Зоэ. — Золотисто-ореховые глаза Мерсера прошлись по ее наряду, и его раздражение превратилось в нечто иное. — Тем не менее, я не могу удержаться от вопроса, подходит ли ваш гардероб для провинции. Надеюсь, вы прихватили какую-нибудь нормальную одежду?
