— Добрый день, миссис Данрейвен, — сказал он с легким поклоном. — Вот мы и снова встретились. Надеюсь, вы здоровы и хорошо себя чувствуете?
— Спасибо, все в порядке.
— Нарота сказал мне, что вы все это время жили в Девоншире?
Не желая лгать, Лилит не стала отвечать на этот вопрос и вместо этого сказала:
— Примите мои самые глубокие соболезнования в связи со смертью вашего отца, Адам.
Данрейвен чуть склонил голову и тихо ответил:
— Спасибо, Лилит. Надеюсь, мой отец наконец-то обрел успокоение.
Что он скажет дальше? Может быть, прямо попросит дать ему развод и признается, что любит другую женщину? Или же начнет ходить вокруг да около?
— А вот я так и не обрел его, — вырвалось у Адама.
Брови Лилит удивленно поползли вверх.
— Простите, я не поняла? Чего вы так и не обрели?
— Успокоения. На смертном одре мой отец выразил пожелание, чтобы у меня появился наследник. Вы понимаете, какое бремя он возложил на мои плечи подобным заявлением. Ибо я не смогу выполнить его волю по причине данного мною обета. Вы об этом прекрасно знаете. — Лилит продолжала молча, сквозь вуаль, смотреть на него широко раскрытыми глазами. Видя, что она никак не реагирует на его слова, Адам заговорил вновь: — Я долго думал надо всем этим. Поверьте, Лилит, что мое уважение к вам очень велико. И каково бы ни было желание отца, я никогда не позволю себе использовать вас в качестве самки для воспроизводства потомства. Мы оба знаем, что наш брак был заключен отнюдь не по взаимному чувству. Поэтому я, как, видимо, и вы, не желал бы появления на свет младенца, рожденного без любви. В подобной ситуации я вижу только один выход.
Все, что Данрейвен скажет дальше, Лилит уже знала. Но все же спросила:
— И какой же это выход? — Данрейвен медлил. — Я жду, — сказала Лилит.
Это придало Адаму решимости. Глубоко вздохнув, он одним духом выпалил:
— Единственным разумным выходом может стать наш развод. И я прошу вас дать согласие на это.
Лилит опустилась в стоящее рядом кресло.
— Мое согласие или несогласие будут при этом играть какую-нибудь роль?
— Несомненно!
— Тогда мой ответ — нет, — твердо отрезала Лилит. — Я не дам согласия на развод.
— Не дадите согласия?! — вскричал Данрейвен, никак не предполагавший такого исхода.
— Не дам.
Адам повернулся к ней спиной, уперся руками себе в бока и долго смотрел на тлеющее в камине полено. А Лилит думала о том, как же велико сейчас желание Данрейвена отделаться от нее, разорвать наконец этот несчастный и ненужный ему брачный союз. Она знала, что может облегчить его страдания, но не хотела делать этого. И решила идти до конца, чтобы либо выиграть все, либо — окончательно и бесповоротно проиграть.
Между тем Данрейвен опомнился от первоначального потрясения и перешел в наступление:
— Но я не вижу никакого смысла в вашем отказе, Лилит! У меня вполне приличное состояние, а потому вы не останетесь ни с чем. Я обеспечу вас. Вы ни в чем не будете нуждаться.
— Вы предлагаете мне деньги, как проститутке.
— Простите, я не хотел вас оскорбить.
— Хотели или нет, но оскорбили. И очень глубоко!
— Вы же сами отлично понимаете, что не имеете никакого отношения даже к понятию «проститутка»!
— Я не говорю, что ощущаю себя проституткой. Просто, предлагая деньги, вы ставите меня в положение уличной шлюхи.
Адам заложил руки за спину и принялся вышагивать взад-вперед по библиотеке. Потом резко повернулся к Лилит:
— Я же с самого начала честно сказал вам, что наш брак — фиктивный!
— Вы считаете честным жениться на женщине, не имея намерений с ней спать?
Он зло рассмеялся.
— Ха! Большинство невест в Англии упали бы в обморок, услышав такое!
— Как видите, я не падаю!
— У вас очень наивное представление о браке!
— Уверена, что три четверти мужчин, принадлежащих к высшему свету, спят со своими женами.
Глаза Адама налились бешенством. На лице появилась ехидная улыбка:
— Простите меня, Лилит! Я совсем забыл: женщина жаждет материнства — это биологический закон. Как хранительница домашнего очага, она должна заботиться и о продолжении рода. Вы хотите просто иметь детей. Не правда ли?
— О боже мой! — пробормотала сквозь зубы Лилит. Она встала и подошла к окну. На улице все еще шел дождь. По небу ползли грязные рваные облака. — Единственное, на чем я настаиваю, так это на брачной ночи. На одной-единственной брачной ночи. Я не могу согласиться на развод, ни на мгновение не ощутив себя вашей настоящей женой!
Данрейвен задумался. Она ждала продолжения разговора. Но инициатором должен был стать Адам.
— Предположим, вы получите брачную ночь… — начал он.
— Предположим… — эхом откликнулась Лилит.
— После этого вы дадите мне развод?
Конечно, такое предложение в значительной мере облегчало задачу Лилит. И одновременно приводило ее в ярость. Как он может предлагать ей все это после того, как спал с туземкой Лили?! Да, она и есть та самая Лили. Но Адам-то этого не знает!
— Я думала, что вы все это время соблюдали данный вами обет, — с презрением бросила она через плечо.
— Соблюдал!
— Вы говорите в прошедшем времени. А сейчас?
— Сейчас уже нет.
— Могу я узнать, что послужило причиной подобной смены умонастроения?
— Можете. Но в другой раз. Сейчас не время для такого разговора.
Тон Данрейвена был уже вполне корректным. Но что-то в его поведении настораживало Лилит.
— Что, если после этой нашей единственной брачной ночи я все же забеременею? — спросила она.
— Этого не случится. Я приму меры предосторожности.
— Но в таком случае вы действительно не сможете выполнить волю своего отца!
— Я уже сказал вам, что не собираюсь ее выполнять! Сколько можно повторять?!
Она решила прекратить этот разговор и спросила напрямую:
— Итак, когда же состоится наша брачная ночь?
— Сегодня.
Откровенно говоря, Лилит не думала, что Данрейвен так скоро назначит их встречу. Это еще раз доказывало, как он хочет от нее отделаться!
— Где? — спросила она совершенно деловым тоном.
— Здесь, в «Иден Корте».
— Но вы сами должны прийти. Хоть в чем-то пощадите мое достоинство.
— Я приду.
— В котором часу?
— В полночь.
— Хорошо. Благодарю за оказываемую мне честь.
Говорить больше было не о чем. Лилит повернулась и направилась к двери. Адам предупредительно распахнул ее. Но когда Лилит перешагнула порог, он тихо сказал:
— Если передумаете, то пришлите записку с Наротой.
— Я не передумаю, мистер Адам Данрейвен, — сказала она, не оборачиваясь, и пошла вниз по лестнице.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
