Рик, конечно хорошо дерёшься, это я видела… — Белла смотрела на наш диалог без всякой радости и сочувствия. — Но с одним ножиком ты против них точно ничё не сделаешь!
— Ножи нужен не против них. — Я кивнул в сторону копейщиков. — К тому времени, как я с ним закончу, от старичка, скорее всего, мало что останется…
Рикардо опасливо отдёрнул нож, когда я протянул к нему руку:
— В смысле⁈
— Слушай… Тут или он или мы. — Я продолжал держать руку вытянутой. — Обещаю: если я когда-нибудь найду такой же — схороню для тебя.
— Да уж коне-е-ечно… — Недовольно протянул юный музыкант. Но всё-таки протянул мне короткий клинок рукояткой вперёд. — Вы уж всё-таки постарайтесь…
— Как раз потому, что я постараюсь, мы его и потеряем. — Я принял нож и, взвесив его в руке убедился в том, что оружие настоящее. — Но он уйдёт достойно. Это могу гарантировать.
— Ты чего это задумал? — Белла поспешила следом за мной, когда я, перекинув ноги через подоконник, оказался внутри радиорубки. — Говори сразу, чего помочь?
— Тащите сюда все провода типа такого по толщине. — Подхватив на ходу один из выдранных вчера кабелей, я принялся обматывать его вокруг своей левой ладони.
— Да они тебе руки просто оторвут… — Раздалось за моей спиной скептическое замечание. — Как ни обматывайся…
— Тащите, говорю!
— Да ладно, ладно… Ишь, раскомандовался…
После того, как я с помощью своих юных соратников торопливо соорудил на одной руке что-то вроде плетёной рукавицы из резины и металла, Белла глянула на результат всё с тем же скепсисом:
— Ну и чего дальше?
— А дальше — отойдите подальше! — Я шагнул к одному из смердящих неподалёку трупов. И, перевернув его на бок пинком ноги, одним быстрым движением вспорол зашевелившийся вдруг жёлтый мешок на брюхе дохлой твари.
— Фу-у-у!!! — В один голос прокомментировали дети это событие. И точно так же синхронно юркнули прочь от разбитого окна, в которое я немедленно принялся швырять извивающихся в моей левой руке «головастиков». Отплёвываясь какой-то едкой дрянью, вонючие отродья начинали пронзительно верещать, едва оказавшись на улице. И вслед за их быстро опускающимся вниз верещанием, с улицы, наконец-то, послышались первые тревожные нотки. Дикари начали что-то подозревать.
Швырнув в окно очередного «головастика», я быстро нагнулся за следующим, пока импровизированная рукавица только начала плавиться. И, поднявшись с зажатоё в ладони извивающейся тварью, я встретил тревожный взгляд Беллы.
Список киноцитат, топ-100, цитата № 4–11…
— Они думают, это меня заперли тут с ними… — Размахиваясь, я подмигнул отважной девчонке. — Нет… Это их заперли тут со мной!
И когда после броска я оглянулся на неё обратно, Белла кровожадно улыбалась.
А когда я мельком глянул на Рикардо, то, наверное, впервые в жизни увидел, как бледнеют от ужаса чернокожие парни. Ведь, в отличие от девчонки, он сразу отвернулся от процесса вскрытия дохлого «краба». Но теперь, видимо, увидел то, что головастики делают с теми, на кого имели несчастье упасть…
Глава 11
Кушайте, не обляпайтесь
Кидать вдаль опасные предметы я, очевидно, одинаково хорошо умел обеими руками. И поэтому спешно завёрнутая в обрывки проводов левая без проблем дошвыривала вонючих головастиков с нашей верхотуры прямо до рядов воинственных оборванцев. Даже с учётом того, что мои руки были явно слабее обычного из-за общего истощения. Преимущество по высоте, всё-таки, тоже давало себя знать.
Конечно, на таком расстоянии полёт большинства верещащих тварей заканчивался безобидным падением куда-то в ломкий сухостой на границе пустыря и леса или в слякоть натоптанную здесь сотнями жор. Да ещё несколько продолговатых живых снарядов шлёпнулось на плечи сонных пациентов, бесцельно слонявшихся вдоль ограды. Но небольшие химические ожоги не доставили несчастным взрослым особого дискомфорта. Бессмысленные доходяги лишь озадаченно озирались по сторонам, словно зачем-то пытаясь определить источник этих прилётов. А склизкие личинки просто падали с них куда-то в грязь, продолжая при этом яростно визжать.
Но даже мои промахи вызвали в рядах противников если не сумятицу, то, как минимум замешательство. Инкубатор, который вдруг начал сам раскидывать своих питомцев вокруг, словно перезревший бешеный огурец, явно выделялся из общей картины даже такого сумасшедшего мира, как их собственный. И, должно быть, немного ломал планы на утро. Как я и ожидал, решительность, скорее всего, подогретая алкоголем или хорошим ужином, быстро сходила на нет даже при малейшем сопротивлении. Гневные вопли и ругательства, долетавшие до нашего укрытия, быстро сменились обескураженными и вопросительными выкриками.
А те, в свою очередь, сменились паническими воплями уже после первых точных попаданий.
Свалившись на голову или плечи какого-нибудь юного уголовника, личинка «краба» реагировала совсем не так лениво, как в случае с жорой. Продолжая безостановочно верещать, мелкая тварь тут же выпускала в стороны прижатые к скользкому телу членистые лапки. И, цепко хватаясь ими за одежду, волосы, уши и носы, скользкий головастик немедленно проникал прямо в распахнутый рот паникующего ублюдка — как бы отчаянно он не пытался спихнуть с себя скользкую гадость.
— Кушайте, уроды… — Белла спокойно прокомментировала увиденное вслух, пока чернокожий паренёк всё ещё отворачивался. — Да смотрите — не обляпайтесь…
Но злобному пожеланию девчонки было не суждено сбыться. Скорее, наоборот…
Как только хвост скользкой мерзости скрылся внутри глотки несчастного пацана, тот мелко задрожал, упав в траву на колени. И, схватившись за горло, вдруг выдал вперёд себя тугую струю жёлто-розовой блевотины:
— У-э-э-э-э!!!
Несколько человек, на которых попала эта дрянь, тут же попытались на ходу стереть её с собственных лиц. Но в итоге лишь продолжили испуганно мычать, ошарашенно уставившись на то, как мощная кислота теперь быстро разъедает ещё и кожу на их ладонях. А «сожравший» личинку гопник быстро затерялся где-то в высокой траве, побившись в тошнотворной агонии всего пару секунд.
И теперь, даже если личинка падала на землю, но достаточно близко от кого-нибудь из подростков, уровень паники в этом районе немедленно взлетал до небес. И чумазые бойцы тут же с воем разбегались в разные стороны, побросав свои кривые пики. Ни о каком строе больше речи не шло.
Хотя ветер иногда доносил до нас отчаянные попытки командира восстановить порядки:
— Куда, бля!!! Чё?.. Суки!.. Смысь… — Сейчас я даже смог без труда угадать того подонка, что руководил этим похотливым штурмом.
Швырнув ещё парочку головастиков под ноги паникёрам, я успел заметить,
