пришлось выплатить огромную сумму, которую он взял под залог нашего нового дома. И все это произошло по моей вине. Если бы только я послушала тебя и не ходила в тюрьму…
Изабель накрыла ладонями руки Каролины, нервно теребящие легкую ткань ее домашнего платья, и сочувственно сжала их в молчаливой поддержке.
- Былого не воротишь, - напомнила молодая женщина своей подопечной, - в тот раз ты меня не послушала, так прислушайся сейчас. Ты ни в чем не виновата. Плохой человек воспользовался твоим милосердием и похитил тебя, поэтому вина лежит целиком на нем, и я уверена, твой отец и майор Коутс обязательно призовут его к ответу за содеянное! – С горячностью произнесла она, снова сжав тонкие кисти Каролины.
Но девушка не разделяла воинственный настрой своей компаньонки, приняв отстраненный задумчивый вид.
- Мистер Райт, безусловно, не очень хороший человек, но в его банде есть люди намного хуже, - посчитала нужным сказать она в защиту похитившего ее бандита.
- Бедная моя девочка, - с жалостью глядя на нее произнесла Изабель, - я даже представить себе не могу, каково тебе пришлось среди этих разбойников и убийц.
- Это было довольно жутко и мерзко, - призналась Каролина и поежилась, вспоминая все те сальные взгляды и пошлые комментарии, которыми члены шайки награждали заложницу. – Но, например, мистер Харрис был со мной вполне учтив и даже спас мне жизнь.
После этих слов Изабель настояла на том, чтобы Каролина рассказала ей о всех своих злоключениях, и та уступила, поведав о том, что произошло с ней, начиная с того рокового утра, когда она переступила порог тюрьмы Сан-Квентин и угодила в плен к Райту.
- Индейцы?! – Ахнула Изабель и порывисто обняла Каролину, услышав от нее о перестрелке, которая случилась во время вынужденных странствий девушки вместе с членами банды.
Глаза молодой женщины увлажнились, стоило ей представить, как легко могла оборваться жизнь еще совсем юной девушки от случайно угодившей в ее тело пули. Невольно она испытала благодарность к Адаму Харрису, о котором говорила Каролина, не побоявшегося заслонить ее во время перестрелки и получить ранение. Невероятно, но и среди преступного сброда, оказывается, встречалось благородство, была вынуждена признать Изабель.
В отличие от Каролины, она сумела догадаться в какого рода заведение отвез девушку Райт, и ее любящее сердце тревожно сжалось, опасаясь самого худшего. Изабель нисколько не сомневалась в том, что главарем банды двигали самые бесчестные намерения, когда он затащил порядочную девушку в столь дурное и злачное место. Застыв на своем месте, она со все возрастающим ужасом слушала, как, понизив голос и с опаской бросая взгляды на закрытую дверь спальни, Каролина тихо делилась с ней подробностями своего пребывания в «гостинице». От Изабель не укрылось смущение и растерянность подопечной, мало смыслящей в том, что происходит между мужчиной и женщиной, когда они остаются наедине, но даже будучи более просвещенной в этом вопросе, она тоже с недоумением отнеслась к рассказу Каролины.
- Значит, когда ты проснулась, он спал в кресле? – Недоверчиво переспросила у девушки Изабель.
- Да, - подтвердила та.
- И он не пытался поцеловать тебя? Раздеть? Лечь к тебе в постель? – Выпытывала у нее Изабель, внимательно наблюдая за Каролиной.
- Нет, нет! - Испуганно затрясла головой Каролина, глубоко потрясенная вопросами своей наставницы. Она помнила, как сильно нервничала от одного только присутствия Райта в комнате, и боялась даже представить, что бы с ней сделалось, вздумай он поцеловать или, упаси Бог, раздеть.
Неподдельная реакция Каролины немного успокоила Изабель, но тут ей в голову пришла крамольная мысль, заставившая ее возобновить свой допрос:
- Перед тем, как заснуть, ты что-то пила или ела в том доме?
- Я отказалась от ужина и выпила немного воды. А, еще я съела одно из тех яблок, которые мистер Райт нашел в мешочке, снятом с украденного им коня Дэвида, - припомнила Каролина детали того вечера, хоть и не понимала, чем был вызван столь странный вопрос.
Поразмыслив, Изабель пришла к выводу, что в обычную воду вряд ли бы удалось подсыпать какое-нибудь снотворное средство, иначе Каролина обязательно почувствовала бы у нее странный привкус. Делиться своими соображениями по этому поводу и с без того переволновавшейся девушкой она не стала.
- Возможно, ты права, и этот разбойник Райт не такой уж плохой человек, - заключила Изабель, от всей души желая успокоить Каролину, - раз у него хватило совести не лишать тебя чести. Однако, больше никто не должен знать того, что ты мне только что рассказала.
Каролина и сама понимала, что ее репутация висела на волоске, поэтому решила во всем довериться Изабель, полагаясь на ее более обширный жизненный опыт, ввиду отсутствия оного у нее самой. Лишний раз волновать отца ей и самой не хотелось, но был еще Дэвид, и Каролина интуитивно полагала, что ему будет крайне важно знать, какого рода взаимоотношения связывали ее и Райта.
- Разве майор Коутс не заслуживает того, чтобы знать правду? – Решилась озвучить Каролина свои сомнения. – Уверена, что он отнесся бы ко всему с не меньшим пониманием, чем ты.
- А вот я уверена в обратном, - с грустью вздохнула Изабель. – Милая, ты еще совсем не знаешь мужчин. Послушай моего совета: майор Коутс – последний человек, которому стоит знать подробности той ночи. В комнате ты ночевала одна и точка, - со значением подчеркнула она непререкаемым тоном.
Каролина поблагодарила Изабель за участие и пообещала впредь следовать всем ее наставлениям. Этот разговор оказал на нее благотворное воздействие, притупив снедавшее ее чувство вины. Памятуя о том, что утро вечера мудренее, и снова чувствуя навалившуюся усталость от бесконечных разъездов на лошадях, Каролина высказала пожелание отправиться ко сну. Изабель пожелала девушке добрых снов, по-матерински расцеловав ее в обе щеки, и, забрав поднос, вышла из спальни.
В гостиной уже давно убрали со стола остатки ужина, и Чарльз Клейтон, расположившись в обитом темно-коричневым атласом кресле, курил в одиночестве сигару, занятый собственными мыслями. Отнеся поднос с грязной посудой на кухню, Изабель вернулась в общую комнату и заняла соседнее от генерала кресло. Между креслами располагался небольшой столик из красного дерева с длинными тонкими ножками, которые оканчивались маленькими колесиками.
- Рюмку хереса на сон грядущий? – Предложил ей генерал Клейтон, указывая на хрустальный графинчик с янтарной жидкостью, стоявший на столике между ними.
- Не откажусь, благодарю вас, - вежливо приняла предложение Изабель,
