И страх.
Он был столь ощутим, что Шут едва не забыл, как дышать. И, моргнув, поспешно вывалился в обычный мир.
— Леди Дана? — он отвесил ей изящный поклон. — Чем заслужил ваше внимание?
Фрейлина нервно мяла в руках кружевной платочек. Она коротко взглянула на Шута, потом снова отвела глаза.
— Мне нужно сказать вам нечто важное, граф.
Шут удивился. Новым титулом его мало кто величал. Слишком уж это было непривычно.
— Так давайте побеседуем, — он учтиво повел рукой в сторону кресел.
— Нет! — воскликнула леди. И добавила уже чуть тише: — Не здесь… Пойдемте в сад.
Ох уж этот сад! Сколько тайн, сколько важных разговоров и пустых сплетен знали его тропинки…
— Что ж… идем, — не стал спорить Шут. Ему уже и самому стало интересно.
В саду было слякотно. Ночью шел дождь и по краям от каменных дорожек все еще виднелись лужи. Впрочем, сквозь кружево голых ветвей проглядывало вполне даже голубое небо. Звонко щебетали птицы, радуясь весеннему теплу.
— Скажите, Патрик, — без лишних предисловий заговорила леди Дана, едва они отошли подальше от дворцовых стен, — это правда, что вы имеете отношение к отставке министра безопасности?
Ого! Быстро же разносятся слухи по Чертогу… Шут небрежно приподнял бровь.
— Отчего вы так решили, дорогая? — насмешливо спросил он.
Фрейлина покусала красивые губки, на собеседника своего она по-прежнему не глядела.
— Я стала свидетельницей одного разговора… Пожалуйста, не спрашивайте меня чьего! Я не могу вам сказать… да и неважно. Если в самом деле вы к этому причастны… будьте осторожны! Торья затаил на вас большую, очень большую злобу. Мне доподлинно известно, что он намерен с вами поквитаться. Лучше всего будет, если вы покинете двор. И как можно скорей!
Какая-то очень смелая пичуга слетела с ветки и запрыгала по садовой дорожке в двух шагах от людей.
Шут задумался. В его планы не входило оказаться жертвой мести. Впрочем… он ведь, так или иначе, все равно решил оставить Чертог. Вот только ему совсем не хотелось, чтобы Торья отнес это на свой счет. Шуту еще репутации труса не хватало для полного счастья.
— Спасибо, леди Дана, — искренне поблагодарил он фрейлину. — Я подумаю над вашим советом.
Молодая женщина натянуто улыбнулась. Хотелось бы Шуту знать, какая причина подтолкнула ее к этому разговору. Симпатия? Или снова интриги? Не исключено, что это один из способов отослать новоявленного графа подальше от столь любимого им короля…
Но спрашивать ничего Шут не стал. Любезно поцеловал фрейлине ручку и с поклоном распрощался.
Вот вам и хорошее начало дня с душевными посиделками среди книг…
'А чему я удивляюсь? — спросил себя Шут. — Как будто не знал, будто этим все и кончится… Теперь везде надо ходить с оглядкой'
Самая большая проблема заключалась в том, что упомянутый Даной министр попросту исчез… Еще прежде, чем король объявил о его, собственно, отставке. Когда Руальду об этом доложили, тот едва не пришиб гвардейца, пришедшего с дурной новостью. По крайней мере, кубком тяжелым в стену залепил. Вот только проку от того… Теперь господин Торья хоть на каждом углу мог кричать об истинном происхождении Руальдова наследника. Прохлопали…
Бывшего министра искали так, словно он уже был государственным преступником. Но искали тихо, Руальд не желал лишней огласки.
'Интересно… — думал Шут, возвращаясь в библиотеку, — как все-таки Торья узнает обо всем? Так виртуозно рассылает всюду слухачей? Или же правда наделен Силой? — почему-то ему казалось, что господин министр очень хотел бы создать себе репутацию человека нечуждого магии… Но едва ли это было так на самом деле. Скорее уж слухачи и соглядатаи… По приказу Руальда Дени лично исследовал королевские покои на наличие любых потайных дверей и слуховых отверстий. И казалось бы возможность следить за монархом в его комнатах теперь исключена… Но Шуту все равно допускал, что любые разговоры могут стать достоянием чьих-то ушей. А Руальд тогда очень громко прикладывал своего 'любимчика' об стены и другие твердые предметы…
И все-таки, как это ни странно, но Шуту стало легче…
Больше не было нужды лгать и скрывать правду. Теперь он мог лишь уповать на милость Руальда и пытаться хоть как-то искупить вину. Но более не громоздить новой лжи. Никогда…
Никогда.
Только бы королевские сыскари нашли Торью. Только бы по стране не поползли слухи об истинном происхождении Фарра. Что делать в этом случае, Шут даже не представлял.
А верней сказать — очень уж боялся представить…
Торья исчез в ту же ночь, как Руальд узнал правду о своем наследнике. Гвардейцы пришли за ним в личный особняк господина министра, но там обнаружили только растерянных слуг, которые и пару слов связать не могли. Куда уехал хозяин, зачем, когда — ничего этого они говорить не желали, пока не очутились в тех самых подвалах Чертога, которые были так любимы их господином. Но и там от них ничего не добились — слуги попросту не имели представления о планах Торьи… И если сразу после вечера с разгневанным королем Шуту еще казалось, что все как-нибудь наладится, решится само собой, то к утру величина собственной вины представлялась ему просто беспредельной.
2
— А вот кому гальянов, соленых гальянов! — голосистая торговка посмотрела на Шута с надеждой, но тот отрицательно качнул головой. Эту мелкую рыбу он всегда считал кошачьим кормом. А под пиво предпочитал соленые крендельки. Обогнув разносчицу, он продолжил свой путь по широкой булыжной улице, которая вела от Небесной стены и до самого причала. Куда он шел и зачем — вопрос тот еще… Шут и сам не знал. Наверное, хотел напоследок вкусить свободной жизни. Потому что монастырь, пусть даже и при королевском дворе — это вам не шутовская вольница… Узкая келья, скромная пища, молитвы да работа на благо монастыря — вот и все удовольствия.
Мимо прошли два рыбака в промасленных балахонах и огромных сапожищах, белых от морской соли. От мужиков нестерпимо разило лежалой рыбой, но сами они того, казалось, не замечали вовсе. Краем уха Шут услышал, что через пару шагов оба натолкнулись на торговку солеными гальянами и, хрипло смеясь, стали предлагать ей что-то невполне приличное.
Шут улыбнулся и в этот момент увидел впереди знакомую физиономию. Хозяин таверны 'Веселый гусь' стоял на крыльце своего заведения и задумчиво почесывал большое круглое брюхо, прикрытое сальным фартуком. Не иначе, как в этот день господин Альмер сам колдовал на кухне.
'Почему бы и нет? — подумал Шут. — Зайду. В 'Гусе' завсегда душевно. Опять же слухи там самые отборные' — он приветливо махнул рукой хозяину, за что тут же был награжден лучезарнейшей из улыбок. Да, Альмер очень любил визиты господина Патрика. Еще бы! Неизвестно, кому удавалось получить больше новой вкусной информации — любопытному трактирщику или его гостю из Солнечного Чертога.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
