Очевидно, последний довод оказался не в пользу Ченса.
— Поздравляю вас, Кайлин, — наконец произнес Патерсон, — ко, пожалуй, тут больше подошли бы соболезнования. Очевидно, вы еще не знаете, как тяжело работать на Соломона Ли или вместе с ним.
— Я и не собираюсь этого делать, — возразил Ченс, которому явно надоела враждебность обоих мужчин. — Я работаю с мисс Ли. А теперь, если не возражаете, перейдем к делу.
Все четверо обступили стол. Ченс ясно дал понять, что обсудить его назначение будет лучше в другой раз. Он встал рядом с Дженной, Айвс и Патерсон расположились напротив. Подробно и вдумчиво Ченс рассмотрел чертежи Патерсона, проверил его пояснения насчет рельефа и уклонов местности, поворотов и подъемов трассы, выемок и насыпей, посмотрел, где предстоит строить мосты и туннели, — словом, углубился в работу.
Айвс ткнул пальцем в карту.
— Съемка местности, проведенная этой зимой, показала, что трасса, проложенная Уэстбруком, будет не только длиннее, но и обойдется дороже, поскольку вдоль реки потребуется возводить большую насыпь. Проложив дорогу вот здесь, — он показал пальцем, — мы могли бы сократить ее на четверть мили и сберечь несколько недель работы.
Ченс знал место, о котором говорил Айвс, и немедленно понял, что здесь возникают иные проблемы.
— Пожалуй, здесь действительно можно сократить время земляных работ, но это ущелье постоянно заполнено снегом. Чтобы расчищать трассу зимой, потребуется построить заслоны вдоль рельсов, а поскольку здесь часто случаются обвалы, то ремонт дороги потребуется ре через год. Нет, так нам не удастся сберечь ни время, ни деньги.
— Самый легкий путь через горы не всегда бывает лучшим местом для железной дороги, Кайлин, — надменно возразил Айвс. — Мы с Генри уже не первый год занимаемся этим делом. Пусть Соломон думает что угодно, но мы способны справиться с постройкой без вас.
Ченс выпрямился во весь рост, на добрых шесть дюймов возвысившись над Айвсом.
— Может быть, но эта работа доверена мне, и я буду делать ее так, как считаю нужным, а не так, как предлагаете вы, Патерсон или Уэстбрук. Эти горы мне известны настолько хорошо, что я могу проложить дорогу по каждому ущелью и вывести ее напрямик.
Айвс всеми силами пытался сдержаться. Патерсон шагнул вперед.
— Пусть поступает как захочет, Айвс. Некоторые люди учатся только на собственных ошибках. Нам так или иначе придется прокладывать дорогу здесь, если мы не получим разрешения от старика Уитмена.
Ченс пропустил колкость Патерсона мимо ушей.
— Я слышал об Уитмене, — произнес он. — Он живет здесь с восемьдесят третьего года. Земли действительно принадлежат ему?
— Нет, — ответил Генри. — Мы проверили все бумаги и попытались поспорить с ним, но он заявляет, что это чья-то ошибка, что его купчая на землю потеряна. Он не уступит.
— Хорошо, я сам поговорю с ним.
Ченс вышел из палатки. Дженна последовала за ним.
— Мне жаль, что вас встретили вот так, — произнесла она. — Уверена, все изменится, едва они привыкнут к вам.
— Вы не отвечаете за них, Дженна. Я не ждал от вас извинений за их грубость. Они просто испытывали меня, как я и предполагал.
— Испытывали?
— Да, проверяли не только мои знания, но и мое умение руководить. Айвсу прекрасно известно, что вести дорогу по тому ущелью нельзя. — Он вскочил в седло. — Спасибо за заботу, но обо мне незачем беспокоиться. Лучше уговорите кого-нибудь уступить вам палатку.
Дженна внезапно прикоснулась к ноге Ченса, останавливая его.
— Куда вы едете? — с тревогой спросила она. — Осматривать дорогу уже поздно…
Мускулистая нога напряглась под ее пальцами, и Дженна отшатнулась, удивляясь, почему при движении этих мускулов ее словно пронзила молния.
— Я еду за реку, поговорить с Дерфи. Это второе из неотложных дел.
— О чем вы хотите поговорить с ним?
— Так, ни о чем. Просто познакомиться. Поздороваться и дать понять, кто его новый соперник.
— Вас могут убить, — пробормотала Дженна, не скрывая, что не одобряет его решения.
Ченс сложил руки на луке седла и усмехнулся.
— Вас волнует моя жизнь, Дженна? Или вы просто боитесь, что если меня убьют, то вы останетесь одна с этими парнями в палатке?
Мисс Ли выпрямилась.
— А вы, полагаю, хотите, чтобы ваш труп поскорее увезли в Байярд?
Ченс рассмеялся.
— Да, если только он не утонет в реке.
— Отлично. Мы устроим вам пышные похороны и закажем заупокойную мессу. Кстати, передайте Дерфи привет от меня.
Она круто повернулась и пошла прочь. Кобура с револьвером подпрыгивала на ее бедре. Несмотря на то что Кайлин ненавидел ее деда, Дженна унаследовала от него немало достоинств. Ченс надеялся, что она и впредь сохранит присутствие духа — меньше всего ему сейчас был нужен впавший в уныние партнер.
Лили Кайлин помедлила в вестибюле гостиницы. Где-то наверху в одной из комнат находился Соломон. Может, ей было бы лучше совсем не приезжать сюда? Забыть о прошлом и не пытаться вернуть его в настоящее? Или прошлое и без того забыто? Сможет ли она вновь справиться с этой болью?
По иронии судьбы ее сын стал работать на Соломона, но отчаянные люди совершают отчаянные поступки, а Ченс не мог позволить себе потерять Вапити и начать новое дело. Он всегда заботился о матери, и ее приезд сюда был вызван желанием освободить Ченса от этой ответственности. Лили считала, что сможет уберечь сына от неверного шага.
Мысль о собственном руднике пришла в голову именно ей, едва разнеслись слухи о том, что в Кердалене найдено золото, — она предложила последовать примеру остальных и «попытать удачу». Золотая лихорадка была заразной болезнью, особенно для двух людей, которых не связывало ничего, кроме преданности друг другу. Теперь, когда два других сына Лили женились и разъехались в разные концы страны, у нее остался только Ченс.
Казалось, новая и полная надежд жизнь поможет забыть или хотя бы приглушить воспоминания о прошлом, о временах после смерти Дьюка. Но удар оказался слишком сильным, урок — слишком жестоким, и даже бегство не спасло Лили от преследования призраков прошлого.
Теперь ей следовало позаботиться о том, чтобы будущее Ченса не разрушилось так, как будущее Дьюка, — и благодаря тому же человеку.
На стук Лили дверь открыла горничная в строгом черном платье и крахмальной наколке. С сильным английским акцентом она поприветствовала Лили и пригласила ее в маленькую гостиную, а сама вышла в соседнюю комнату и тихо заговорила с Соломоном. У Лили бешено билось сердце, она не знала, какой будет встреча. Не прошло и минуты, как горничная позвала ее.
