я потом тебе печеньку дам! — крикнула Любава и, подняв на меня взгляд, тихо спросила: — Не убьёшь же, Вить?
Копьё Света сорвалось с ладони и попало точно в грудь оборотня, отбросив того на несколько метров. Свалившись на землю, Дориан заскулил, но скорее не от боли, а из-за действия Света на сущность зверя. Энергии в атаку я вложил мизер, а потому рана его не страшнее ожога от кипятка. Больно, но терпимо.
Результат появился сразу. И он был ожидаем. Браслет раскалился, сапфиры вспыхнули, а цепочки рун засветились по контуру артефакта. И было отчего. Оборотень стал меняться сильнее. Увеличиваться в размерах, мышечной массе и объёмах. Резко встав на четвереньки, Дориан оскалил клыки и смотрел прямо на меня, утробно зарычав. Туман вокруг него стал плотнее и сконцентрирование, глаза запылали тёмно-фиолетовым светом, а с пасти на землю начала капать слюна.
— Брат? — перепугалась Любава, ни разу до этого не видевшая, чтобы её новый друг был вот таким.
— Не бойся, — невозмутимо ответил я, рассматривая изменения и подмечая, что артефакт действует, но сбой стал очевиден.
Рыкнув, потерявший контроль француз понёсся на меня. Мощным прыжком он оторвался от земли, раскинул лапы в стороны и собирался вонзить клыки в мою шею. Рабочая стратегия волков, действующих на инстинктах.
Я задвинул Любаву за спину, а морда оборотня напоролась на мой кулак. Без Касания Света или иного проявления силы Паладинов. Чистая физическая мощь, но этого хватило, чтобы тот свалился мешком прямо мне под ноги. Нижняя челюсть оборотня, засеменившего лапами на земле, с хрустом встала на место, а смятый нос возвращался в норму.
— Пришёл в себя? Или добавить? — наклонился я к нему и схватил за загривок. Оборотень он не настоящий, а вот уязвимости, как у тех, что мне встречались. В этом месте у них находится очень болючая точка, куда при удаче и нужно бить клинком в первую очередь.
— Пришёл, господин… Пришёл! — заскулил он, тяжело дыша. — О-отпустите, пожалуйста!
Я перестал давить на нерв и оборотень распластался на земле, приходя в себя.
— Знаешь, Витя, кинолог из тебя так себе! — засмеялась Любава, присела на корточки перед оборотнем и стала гладить его морду, успокаивая. — Ну всё-всё, Дориан, не будет брат тебя больше бить. Я ему не позволю!
— Спасибо, госпожа… — вывалил язык волк и прикрыл глаза от поглаживаний. То же мне, страх крестьян и ужас ночи. — Вы само олицетворение благородства и доброты… Господин, зачем всё это нужно было?
— Чтобы доработать артефакт, — пожал я плечами. — С вашим проклятьем обычный стандарт не подойдёт, сущность зверя слишком, как бы это… свободна. Ты потерял контроль практически сразу после атаки, хотя руны сдерживали тебя, как могли.
— Старику он не подойдёт, да? — юноша вновь обратился в человека, поправив одежду. Ещё одна особенность, которая мне до конца понятна. Обычно оборотни при обращении разрывали одежду на себе, превращая ту в тряпки, а в случае французов она сохранялась. Мелькала даже мысль о пространственном кармане, действующем вроде обмена человека на зверя и обратно, но пока эта теория шаткая.
— С Иоанном сложнее, — вынужденно признал я, что в случае со стариком таких артефактов нужно десяток, а то и больше. — Но что-нибудь придумаю. Разум вы в любом случае сохраняете, а вот с полным контролем решим.
На этой ноте мы пошли обратно в поместье, у ворот которого творилось какое-то оживление. Прибыли гости, которых я уж точно не ожидал. По крайней мере именно этих, а не каких-нибудь французских наёмников или убийц того, кто с ними сотрудничал. Целый кортеж из машин с гербами рода Долгоруковых припарковался у стен и ворот, а среди бойцов княжеского рода я узнал Ивана и его деда, которые сейчас о чём-то оживлённо спорили.
— Любава…
— Я всё сделаю, брат! — с готовностью ответила она и пихнула локтём оборотня. — Дориан, давай помогай! Надо Свету найти!
Тот принюхался и они с младшей быстром шагом направились в сторону поместья, а я держал курс к Долгоруким, которые заметили меня и ожидали. И вид у деда Ивана был ещё хуже, чем на приёме у Валевского. Похоже, старику осталось ещё меньше, чем мне казалось изначально. Что ж, в любом случае, скоро узнаю.
Глава 10
— Можешь одеваться, Михаил.
Дед Ивана довольно резво для своего возраста уселся на кушетке и принялся застёгивать рубашку. Эмоциональный фон у старика был абсолютно спокоен, но тот все равно хмурил кустистые брови.
— Дай угадаю, Виктор, — сухим тоном заговорил он. — Ты ошибся и помочь не сможешь?
— Все целители говорили тебе именно такие слова? — в лазарете никого кроме нас не было. Старому целителю и его помощнице я приказал удалиться на время, хотя Сергей Михайлович и горел желанием остаться.
— С разной формулировкой, но да, — не стал Долгоруков скрывать, что посетил со своей проблемой многих специалистов. — Поэтому я и посчитал затею внука лишней. Тащиться на Урал, чтобы услышать то, что слышал уже не раз?
Не торопясь отвечать, я подошёл к умывальнику и сполоснул руки. Пальцы слабо подрагивали, а кожа на ладонях раскраснелась из-за переизбытка энергии. Пришлось одним импульсом запустить Милосердие Света в старое тело Долгорукова, чтобы понять спектр проблемы.
— Но ты всё же приехал, — выдал я очевидный факт. — Раз ты уже смирились с тем, что тебе не помочь, а судя по словам это так, — он скривился, но промолчал. — Так почему ты здесь?
— Если я скажу, что свихнулся на старости лет и решил проверить, так ли хорош тот парень, про которого столько говорят в последнее время в столице, а внук все уши прожужжал, то ты поверишь?
— Прямолинейно, — коротко кивнул я. Этот человек мне определенно нравился. — И что же говорят в столице?
— Разное, — отмахнулся он, не желая вдаваться в подробности. — Но то, что ты исцелил человека от тёмной энергии чаще всего обсуждают. В среде высшей аристократками, разумеется. Простолюдины и почти что вымершие рода не входят в ряды тех, кто обладает этим знанием.
Прозвучали его слова, конечно, спесиво, но Долгоруков отнюдь не напыщенный павлин. Старик банально сказал то, как правильно и как есть на самом деле.
— Ну, пусть обсуждают, — меланхолично пожал я плечами и вытер руки
