class="p1">– И? – все так же не понимал он.
Тяжело вздохнув, устало ответила:
– И если на меня Знак Ходоков наложить, она примет удар на себя, и распределит так, чтобы всем терновым кустам досталось по капле – она чаща, она действует инстинктивно, а если на каждый охранный куст по капле яда, это ведь мелочь по ее мнению. Так что она распределит…
Договаривать я не стала, ему и не требовалось. Архимаг не зря был архимагом, он все понял:
– И они получат неуязвимую армию из подчиненных, способных меняться, передвигаться на корнях и атаковать терновых кустов?
– Да, – прошептала я, – и плюсом – эти кусты будут невосприимчивы к магическим атакам и даже пламени. Чаща, при необходимости, сумеет защититься и от первого, и от второго.
Зря я со Славастеной связалась. А пуще того, зря с Ингеборгом, чтоб его. И ведь знала, что добром это дело не кончится, но чтобы все так обернулось… о том и не подумала даже, а теперь вот она, расплата страшная.
Охраняб долго смотрел на меня, а затем глухо спросил:
– Но для того, чтобы управлять чащей, им сначала нужна ты, так?
Я кивнула.
Собственно скрывать смысла не было – ловушку они на меня очень наглядно расставили.
– Так, – маг поднялся, постоял, нехорошо глядя в сторону ловушки, после чего выдал: – раздевайся.
Я как сидела… да так и осталась сидеть.
– Да раздевайся, говорю, – потребовал мужик, который еще недавно на ладан вообще дышал.
А теперь вот взял и… натянул мою маску на себя. Неожиданно так. Молча сняла перчатки, потом встала, помогла охранябушке с плащом. Плащ был ему короток, пришлось порезать его край на живописные лахмотья, а сапоги мужские маскировать мхом, но в целом, когда закончили, чудище лесное, в смысле ведунья леса, стало на голову выше, в плечах поширше, шагом поувереннее.
– Клюки мне не надо, палку похожую подыщи, – потребовал он… она. Хотя он, а что бывали ведь и лесные ведуны, очень даже хозяйственные.
Вот и этот хозяйственно приказал:
– Следи за руками, как только махну – спускай на них зверье мелкое, можно птиц, только живых.
– Да я мертвыми управлять и не умею, – пробормотала растерянно.
Жуткая зеленая маска с хищным крючковатым носом по идее не могла передавать эмоции, но на охранябушке передала, да еще как – я себя просто полным неучем почувствовала.
А «лесная ведунья», окинув меня насмешливым взглядом, двинулась на моих захватчиков.
Глядя ему в спину, я подумала, что надо бы, во-первых, поправить один из мухоморов, он почти отваливался уже, пришить бы покрепче, а во-вторых, какой рукой махать будет? Как махать будет? Не условились же конкретно!
Но и спрашивать было неловко.
Опустившись на пень обратно, я тихонечко позвала для начала лешего, спокойнее мне с ним, затем кота Ученого, просто если не позову, он мне не простит, а вот Мудрый ворон прилетел сам, он всегда заварушки чувствовал.
– Ой, что сейчас будет, – грызя ногти, простонала я.
Моя бравая команда тоже не знала, что сейчас будет, так что интересно было всем, но смотреть послали ворона – у него зрение получше, так что ему и смотреть. А нам видеть, потому как повязаны все единою силою лесною.
И тут леший выдал:
– Там, в подлеске, под оврагом, еще два мага торчат и артефакт-поглотитель.
Мы бы переглянулись, но уже следили за происходящим глазами ворона. А Мудрый ворон, нагло не оправдывая свое звание мудрого, вместо того чтобы свысока, поодаль смотреть за всем, ну чтобы у нас полная картина происходящего имелась, взял да и, слетев вниз, устроился на плече хмыкнувшего охранябушки.
– Ты, друг, случаем, не ошибся? – мужским низким голосом поинтересовался маг у ворона.
– Вороны не ошибаются, – важно ответила ему не самая умная птица в мире, предоставляя нам теперь не четкое изображение с высоты птичьего полета, а подергивающуюся при каждом шаге охраняба картинку.
Леший вздохнул и спросил у меня:
– Может, курицу заместо ворона заведем? Все полезнее будет.
– Точно, – неожиданно согласился с извечным соперником кот, – по крайней мере, яйца нести станет.
Мудрый ворон нас слышал и мстительно сузил глаза – вороны вообще существа мстительные, особенно мудрые. Чувствую, хана теперь и коту, и лешему.
Но хана пришла не к нам!
Хана наступила ворогам!
Первое, что сделал маг, едва к нему, вышедшему на поляну, кинулось пятеро «загонщиков», с ног до головы обвешанных защитными амулетами, – причем буду откровенна, даже я бы с такой экипировкой не справилась, – лишь лениво крутанул клюкой, словно бы разминаясь, и…
И у нас у всех отвисли челюсти, пасти, рты, а у ворона, который перелетел на ближайшее дерево, даже клюв!
Магия?
Да какая ко всем чертям магия?! Охранябушка расшвырял загонщиков как котят, причем троих аккурат в заготовленную ловушку, а двоим попросту переломал ноги, после чего остановился в окружении стонущих и посыпающих проклятиями и с каким-то даже высокомерием оглядел ближайшие кусты.
Как выяснилось, остановился не зря.
Секундная задержка, всего лишь секундная, и из-за кустов, которые давно подпилили и держали исключительно для маскировки, выступил отряд! Отряд! Человек в сорок, которых я вообще не видела и не увидела. Да и в целом едва ли что-то смогла бы сделать с ними сама, без призывания Заповедной чащи, что тоже было бы не слишком умным поступком ввиду имеющейся тут ловушки.
У меня даже слов не осталось! Заявились неведомо как на территорию МОЕГО леса! Пусть на полверсты всего продвинулись, но это МОЙ Заповедный лес, я бы знала, сколько тут находится посторонних, я бы…
И тут охранябушка сделал пасс рукой.
Мы все застыли, глядя на него. И почему-то показалось, что мужчина под маской вдруг скривился, явно чем-то недовольный.
Полсекунды, и он вновь махнул.
Мы сидим.
Охраняб щелкнул пальцами…
Мы нахмурились, особенно я, потому как – ну вообще нереально щелкнуть пальцами при условии, что они в перчатке, к которой еще и когти приделаны.
Архимаг повернулся и выразительно посмотрел на ворона.
– Слушай, мне кажется или он сейчас знак подает? – спросил вдруг кот Ученый.
Точно! Вспомнила! Сказал же языком человеческим: «Следи за руками, как только махну – спускай на них зверье мелкое, можно птиц, только живых». И как только позабыть умудрилась?!
И я, раскинув ладони, нараспев произнесла слова призыва:
«Как роса поутру,
Как звезды по ночи,
Как ручьи в реку,
Так, зверье лесное, ко мне мчи!»
И затрещали мелкие ветки под сотней ног, зашелестели листья на деревьях и кустах, пропуская зверье лесное да птиц свободных, а после стихло все!
И вот сижу я на пне, леший тишком рядом стоит, кот давно ко мне на руки забрался и… мы на зверье лесное смотрим, оно на нас, мы на них.
– Не туда позвала, – уведомил кот.
Ну, в чем-то он был прав.
Я снова раскинула руки да и запела:
«Как роса поутру,
Как звезды в ночи,
Как ручьи в реку,
Так, зверье лесное, к охранябушке мчи!»
Олени смерили меня презрительными взглядами, волки посмотрели так, что с ходу стало ясно – мы еще встретимся, где-нить зимой темной, но точно встретимся, а птицы решили нас с лешим и котом сильно удобрить, видимо заботясь о нашем росте, но им не повезло – леший всех нас прикрыл стремительно увеличившимся в размерах лопухом, и этим срулям в полете пришлось ретироваться несолоно хлебавши, в смысле на нас не нагадивши.
Но в любом случае все помчали куда было сказано.
Не так споро, как в первый раз, но очень вовремя прибыли – охранябушка танцевал с шестом как даже не знаю кто, но я лично точно так не умела. И клюка в его руках становилась орудием, причем крайне опасным орудием, я бы даже сказала многофункциональным. Он одной этой клюкой отбивался от стрел прямо в полете, от копий, от мечей что обычных, что кривых по восточному типу, да даже некоторые щиты проламывал на раз!
В целом я не уверена, что в данном случае зверье лесное спасло охранябушку. Мне, напротив, показалось, что прибыли они аккурат во спасение нападавших. Ну и слегка были шокированы кратким приказом архимага:
– Гнать прочь! Не убивать.
И самое что интересное – вот
