преподавательница на пробу вызвала одно из студентов заполнить ту таблицу, что висела в виде иллюзии над доской, а потом, покивав, отпустила, пришёл черед следующей таблички, по способностям баньши и способам им противостоять, а потом следующей и ещё одной. Похоже, табличную форму нечистоведка любила не менее нежно, чем классификации.
Перед последней парой Ильда успела перекусить предусмотрительно прихваченной булочкой. Конечно, перед практикой по некромантии этого делать, вероятно, не стоило, но есть уже хотелось слишком сильно: на ужин благодаря задержавшей лекцию кураторше никто из них не успел. Иль и так всю вторую половину пары по нечистоведению только и могла думать о лежащей в сумке еде, а никак не об особенностях баньши и их способностях. Не съесть хоть что-то означало ещё два часа слушать бурчание пустого желудка.
Встреченные в коридоре алхимики, у которых практика по некромантии была предыдущей парой, на закономерные вопросы только мотали головой и отделывались отговорками типа «сами увидите» и спешили на следующее занятие. Так что в аудиторию менталисты входили с опаской. Проректор, задумчиво рассматривавший нечто в непрозрачной для студентов витрине, уже ждал их.
— Если я верно понимаю, все уже здесь? — спросил мужчина, оглядев группу. Ещё раз пробежался взглядом по рядам, кажется, пересчитывая, довольно кивнул и заявил: — Тогда давайте не будем ждать звонка. Раньше начнём, раньше закончим. С непривычки на наш режим не так-то просто перестроится. Сомневаюсь, что в школах вам давали некромантию на хоть сколько-нибудь достойном уровне, так что начну с основ.
Сомневался он, судя по реакции большинства на основы, не зря. Хотя кому-то вроде соседки Кос, кто изначально поступал на спиритизм или некромантию явно было скучно. Причём они не стеснялись это демонстрировать. Чем, видимо, раздражали не только группу, но и проректора:
— Студентка ир Крарт! Если вы так уверены в своих знаниях, встаньте и объясните однокурсникам основной принцип некромантии.
— Не забывать упокаивать нежить? — предположила соседка Кос по комнате.
— Ошибаетесь. С таким основным принципом вы наверняка стали бы обедом какого-нибудь упыря на первой же выездной практике. Садитесь. Студент ри Олим?
Парень, сидевший на одной из первых парт, вставая, таким уверенным уже не выглядел:
— Не расслабляться? Ну, во время рейда?
— А вы думаете, что в рейде можно расслабиться? Что ж, неудивительно, что вступительный вы провалили, — преподаватель усмехнулся. — Главный принцип некромантии, господа студенты, — не поднимать то, что не уверен, что сможешь упокоить. А вам, поскольку в некромантии вы новички, вообще ничего не поднимать. И следующие несколько пар мы будем изучать исключительно заклинания упокоения низшей нежити. Зарисуйте, — на доске проступила иллюзия схемы. На те, которые изображал менталист, она была абсолютно не похожа. Впрочем, классическую магию тоже напоминала мало.
Когда студенты перечертили рисунок, некромант расставил знаки приложения энергии.
— Для упрощения запоминания и правильного приложения силы, запишите заклинание, — на доске вспыхнула надпись. — Общие правила, надеюсь, все помнят? — Магистр оглядел группу. Видимо, энтузиазма и понимания на их лицах не обнаружил, а потому напомнил: — На вдохе энергию внутри собираем, на выдохе выпускаем, — над заклинанием возникли галочки, символизирующие вдохи. — Заклятье и схему к следующей паре заучить, но не применять: испортите наглядные пособия или домашние задания кого-то из некромантов, будете мне схемы для занятий весь семестр перерисовывать. Почерк у меня плохой, имейте в виду. Свободны!
Сонных студентов из аудитории как ветром сдуло. Иль глянула на часы: стрелки приближались к одиннадцати. А ведь до конца пары оставалось ещё не меньше получаса!
Добравшись до комнаты, девушка наскоро привела себя в порядок и легла спать: на сон и так оставалось часов шесть, не больше.
Следующий день начался обыденно и сонно — встать на занятия к восьми утра после того, как накануне они закончились в одиннадцать ночи, задачей оказалось нетривиальной. И не для неё одной: на первой паре, которой стояла общая с алхимиками и прикладными некромантами лекция по основам теории стихий, аудитория была полупустой. Преподавательницу такая картина явно не обрадовала, так что минут через десять после начала занятия она пустила по рядам зачарованный листок, в котором предложила записаться всем присутствовавшим. Читала она довольно нудно, много отвлекалась на факты, имеющие к предмету лишь косвенное отношение, в общем представляла собой полный антипод правоведки, как называли между собой студенты преподавательницу законодательства.
За лекцией последовала практика по этому же предмету. Как и по другим, где занятия стояли по подгруппам, на первой неделе пара была общей для всей группы, о чём их предупредили в конце лекции, так что часть проспавших нашлась только после звонка, за что и получила мини-выволочку. Проблем с материалом ни у кого не возникло: схемы были классические, известные ещё по школе, заклятья тоже большинству знакомые.
Основы безопасности магии читал мужчина, безумно похожий на стихийницу, но не манерой ведения занятий (хотя и она не сильно отличалась), а внешностью. Фамилия тоже была одинаковой, из чего студенты заключили, что магистры ир Олитте — брат с сестрой.
— Ну как общенекр? — шепотом спросила проспавшая первую пару и ничуть по этому поводу муками совести не терзаемая Кос: у некромантов пары накануне закончились около двух часов ночи. — Что проходили?
— Схему упокоения.
— Которую?
— Заклятье с «Исаʹте» начинается.
— Ааа, ну это самая простая из универсальных для низшей. Меня отец ей лет в пять научил. Мама потом говорила, что стоило подождать до более сознательного возраста: я тогда всю его нежить упокоила на радостях. Весело было, — Кос тоскливо вздохнула. По семье она, как и остальные, очень скучала.
— Меня так простейшему исцеляющему научили, — поделилась Иль. — Тоже папа, кстати, чтобы не бегала к нему с каждой царапиной. Всё бы ничего, но, сломав мамины розы, я пыталась на них его применить. Про ограничение для растений мне то ли не сказали, то ли я прослушала.
— И как?
— Как-как, — Ильда вздохнула. — Бабахнуло так, что от роз не осталось даже корней. Оказалось, что я не первая их ломаю, только папа был мудрее — использовал эликсир быстрого роста. Ну и среагировало.
Кос закусила губу, чтобы не засмеяться. Безопасник продолжал фоново вещать что-то о важности использования защитных контуров при применении прежде не опробованных заклинаний.
Помолчав и сделав вид, что конспектирует лекцию (вообще-то они всё это изучали ещё в школе), некромантка спросила:
— Кого упокаивали?
— Никого, — вздохнула Иль.
