Он фыркает, но больше ничего не говорит.
Я бросаю взгляд на Уильяма, который, прищурившись, наблюдает за нашим общением.
- А как насчёт твоей крови?
- Мы приберегаем её на тот случай, если ты будешь в отчаянии.
- Ну и ну, спасибо.
Кассиэль подходит ближе, его крылья теперь полностью расправлены за спиной, что отчасти выглядит как защита.
- Мы уже закончили?
Уильям бросает на него быстрый взгляд.
- Ещё один урок, и мы сможем прерваться. Самый важный урок.
Он закрывает глаза, и на его лице появляется выражение глубокой сосредоточенности. Воздух вокруг него сгущается, температура заметно падает.
- Что ты делаешь? - спрашиваю я, ставя пустую фляжку на стол.
- Чувствую, - отвечает он, не открывая глаз. - Каждый Сангвинарх оставляет в мире свою подпись, волшебный отпечаток пальца, который другие представители нашего вида могут обнаружить, если знают, как смотреть.
Он протягивает ко мне руку.
- Иди сюда.
Я колеблюсь, поглядывая на Си-Джея и Кассиэля. Выражение лица Си-Джея старательно нейтральное, но я вижу, как напряжены его плечи. Кассиэль слегка кивает мне, хотя его крылья по-прежнему широко расправлены.
Я подхожу к Уильяму и беру его протянутую руку. Между нами мгновенно возникает поток энергии, серебристый свет поднимается по моей руке и смешивается с тёмной силой, исходящей от него.
- Закрой глаза, - инструктирует он. - Не думай. Чувствуй.
Я подчиняюсь, позволяя своему сознанию погрузиться в связь между нами. Присутствие Уильяма ошеломляет, тёмная звезда притягивает меня на свою орбиту. Его сила отдаёт древними книгами, запёкшейся кровью и чем-то более холодным, чем металл, слишком долго пролежавший в снегу.
- А теперь, - бормочет он, его голос звучит как снаружи, так и внутри моей головы, - выйди за пределы меня. За пределы этого тренировочного зала. За пределы Серебряных Врат.
- Не могу, - шепчу я, внезапно испугавшись необъятности, которую он просит меня исследовать.
- Можешь, - настаивает он. - Твоя кровь связана со всей кровью. Твоя сила резонирует со всей силой. Тебе просто нужно послушать меня.
Я направляю своё сознание вовне, за пределы собственного тела, за пределы подавляющего присутствия Уильяма. Мир открывается передо мной в головокружительном потоке ощущений. Я чувствую сердцебиение каждого в тренировочном зале, затем каждого в соседних комнатах, затем ещё дальше.
- Хорошо, - подсказывает мне голос Уильяма. - Теперь найди подписи, похожие на мои. Как у нас.
Я разбираюсь в какофонии жизненных сил, окружающих Серебряные Врата, в поисках чего-нибудь, что перекликается с уникальной энергетикой, которую я узнаю в Уильяме и, всё чаще, в себе самой. Большинство из них самые обычные - вампиры, оборотни, ведьмы, у каждого из которых есть свой особый магический отпечаток.
И тут я чувствую это. Отдалённое скопление признаков силы, от которых у меня кровь стынет в жилах. Семеро, двигаясь вместе, приближаются с севера. Они похожи на Уильяма, но другие. Более хладнокровные, дисциплинированные, их сила сдержана и сосредоточена.
- Коллекционеры, - выдыхаю я, распахивая глаза.
Уильям кивает с мрачным выражением лица.
- Да. И они уже близко.
Си-Джей и Кассиэль подходят ближе.
- Ты уверен? - спрашивает Кассиэль.
- Абсолютно, - отвечаю я, прежде чем Уильям успевает ответить. - Я почувствовала их. Семеро из них двигались вместе.
- Семь, - бормочет Уильям. - Неплохое число для одного существа.
- Двух, - поправляю я его, и на мгновение он выглядит удивлённым, прежде чем улыбнуться.
- Всё ещё пытаюсь привыкнуть к тому, что снова живу.
Я не могу сказать, что виню его. Мне, вероятно, потребовалось бы гораздо больше времени, чтобы привыкнуть. Он чувствует себя на удивление хорошо, хотя я не думаю, что он вообще спал раньше.
- Что это значит для нас? - спрашиваю я, чувствуя, как холодок скапливается у меня в животе.
Уильям встречается со мной взглядом, в его радужках переливаются зелёный и серебристый цвета.
- Это означает, что наша временная шкала ускорилась. Вы должны быть готовы к тому, что они могут прорваться в любой момент.
- Когда тот, кого они ждут, отдаст приказ, - бормочет Си-Джей.
- Именно, поэтому мы работаем усерднее, - утверждает Уильям. - Днём и ночью.
- Ты сожжёшь её дотла, - предупреждает Кассиэль.
- Я выживу, - вмешиваюсь я, выпрямляя спину, несмотря на усталость, сковывающую мои конечности. - Я должна.
Уильям кивает, и на его лице появляется что-то похожее на гордость.
- Вот в чём разница между Изольдой и всеми вами, - говорит он Си-Джею и Кассиэлю. - Она понимает, что поставлено на карту.
- Мы прекрасно понимаем, - рычит Си-Джей. - Мы просто не разделяем твои методы.
Уильям холодно смеётся.
- Мои методы помогут ей выжить и выбраться из их тюрьмы, - он снова смотрит на меня. - Ещё один час, и ты сможешь отдохнуть. Мы сосредоточимся на манипуляциях с кровью на расстоянии.
Я киваю, готовясь к дальнейшим тренировкам. От осознания того, что Коллекционеры так близко, у меня внутри всё сжимается от страха, но за этим скрывается что-то ещё. Предвкушение. Тёмная, голодная часть меня хочет встретиться с этими существами, которые предположительно похожи на меня, которые веками охотились, брали в плен и пытали таких, как я.
Когда Уильям приступает к следующему упражнению, раскладывая пузырьки с кровью сложным узором на полу, я замечаю, что Си-Джей наблюдает за мной с непроницаемым выражением лица. Его метки более заметны, чем обычно, они закручиваются под кожей в какие-то взволнованные узоры.
- Я в порядке, - шепчу я ему одними губами.
Он не выглядит убеждённым, но слегка кивает.
Я переключаю своё внимание на урок Уильяма, но часть моего сознания по-прежнему сосредоточена на отдалённых признаках, которые я почувствовала. Семь могущественных существ, движущихся с единой целью, притягиваются к Серебряным Вратам, как магниты.
Притягиваются ко мне.
Впервые с тех пор, как я поняла, кто я такая, я испытываю волнение, смешанное со страхом. Коллекционеры идут за мной, но они не знают, кем я становлюсь. Они ожидают увидеть неопытного Сангвимонарха, необученного и уязвимого.
Я намерена показать им, как они ошибаются.
ГЛАВА 19
УИЛЬЯМ
Боль невыносима.
Я радуюсь ей, наслаждаясь каждой пульсацией, каждой болью, каждой пылающей мышцей, доводя своё вновь обретённое тело до предела. После столетия призрачного оцепенения даже дискомфорт - подарок судьбы. Я разминаю пальцы, наблюдая за игрой сухожилий под кожей, ощущая прилив крови по венам, которые не пульсировали сто лет. Это перенапряжение - подарок судьбы, который я больше никогда не приму как должное.
Изольда покинула тренировочный зал час назад, измученная, но демонстрирующая заметный прогресс. Остальные последовали за ней. Я остался, мне нужно было побыть наедине с этим чудом из плоти и костей.
Начиная покрываться потом, я снимаю рубашку и рассматриваю себя в зеркальной стене тренировочного зала. Тело в точности такое, каким я его помню, ни на день не постарело с момента моей смерти. Мускулистое тело, бледная кожа, шрамы от моих самых опасных экспериментов всё ещё заметны. Я провожу пальцем по самому крупному из них - неровной линии на рёбрах, там, где я однажды вскрыл себе живот, чтобы понаблюдать за последствиями особо мощного кровавого ритуала.
Воспоминания снова нахлынули.
За два месяца до моей смерти. Испытуемый - на этот раз добровольно - был привязан к столу, пока я капля за каплей извлекал из него жизненную силу, совершенствуя процесс, чтобы максимально увеличить передачу энергии, не убивая его сразу. Порыв, когда его сущность перетекла в меня, усилила мои способности сверх того, что я считал возможным.
Меня называли Мясником, хотя мои методы были далеки от грубости. Точность, методичность - настоящее искусство.
