Нелл, нахмурясь, наклонилась над фотографией. Она определенно вызывала у нее тревогу. Смотреть на себя, идущую по ступенькам здания суда, не подозревая, что над тобой нависла зловещая тень… Она ощутила, как холодно стало спине. Чувство, что за ней следят, уже казалось не просто капризом разыгравшихся нервов по поводу возвращения домой.
— И ты никак не можешь объяснить, откуда это взялось? — спросила она. — Может быть, это тень предмета, не попавшего в кадр, или дефект линз, или…
Шелби решительно покачала головой:
— Нет. Я все возможности перебрала, но ни одна не подходит. Тень не была видна глазу, только объективу камеры. И она там есть, вне всяких сомнений. Так что, если ты не веришь в привидения… Кстати, ты веришь или нет?
Нелл слегка улыбнулась, но головы не подняла.
— Между прочим, верю. Но если судить по тому, что я слышала и читала по этому поводу, практически невозможно снять привидение на камеру в открытом месте. Такие случаи чрезвычайно редки.
— Тут и масштаб странный, — заметила Шелби. — Мы ведь считаем привидение похожим на обычного человека. А в этой тени не менее семи футов роста. Или длины. Как хочешь.
Нелл обвела пугающую тень пальцем, затем вздохнула и откинулась на стуле, стараясь не показать, как озноб расползается по всему телу. Теперь тревога вряд ли покинет ее в ближайшее время, если вообще покинет.
— На негативе тоже есть?
— Угу. — Шелби отпила глоток кофе, поглядывая на Нелл ясными, оценивающими глазами. — За вчерашний день я сделала только один твой снимок, так что не знаю, следовала ли эта тень за тобой. Как Макс, например.
— С Максом я справлюсь, — уверенно сказала Нелл.
— Да ну?
— А ты сомневаешься?
Шелби сказала, стараясь, чтобы это прозвучало очень серьезно:
— Я считаю, что вас с Максом многое связывает. У вас за плечами целая история и, скорее всего, много недосказанного. Но послушай, Нелл, то, что можно было простить семнадцатилетней девушке, не так-то легко вытерпеть в женщине, которой скоро тридцать. И Максу уже не двадцать два, когда он был вынужден благодаря своей очень юной подружке… и ее необычной семье держаться, на расстоянии и не задавать слишком много вопросов.
И более резко добавила:
— Разумеется, когда ты сбежала, ему пришлось кое-чем поинтересоваться. И поскольку тебя под рукой не было, насколько мне известно, он в ту ночь пошел к твоему отцу. Ты об этом знала?
— Нет.
Нелл не хотела ничего больше об этом знать и надеялась, что Шелби оставит конец истории при себе. Но не тут-то было.
— Макс не имел привычки жаловаться или рассказывать другим про свои дела, мы с тобой это знаем. Так что все, что я слышала, дошло до меня через вторые или третьи руки. Но мой собственный отец рассказывал моей матери, что Адам Галлахер хвастался, как он спустил Макса Тэннера с лестницы. В буквальном смысле.
Нелл поморщилась.
Шелби, наблюдавшая за ней, добавила:
— Лично я считаю, что Макс просто не захотел дать ему сдачи, потому что он твой отец. К тому же он не знал, что заставило тебя убежать. Верно, характер у него взрывной, но он не бьет вслепую. Кто знает, вдруг он решил, что это его вина, что он сделал что-то, заставившее тебя убежать. Одно очевидно: твой папаша всегда утверждал, что не знает, почему ты сбежала, и обвинял в этом Макса.
— Макс тут ни при чем.
— Конечно. Я никогда так и не думала. Но некоторые верили, Нелл. Разводили всякие теории, все, что угодно, начиная с изнасилования на свидании до неожиданной беременности. Еще говорили, что ты оказалась между двумя властными мужчинами и не смогла этого вынести.
Нелл не стала отвечать на подразумевающийся вопрос — что же случилось на самом деле? — только сказала:
— Похоже, у Макса есть все основания сердиться на меня.
— Разумеется. Тем не менее вот он. — Шелби постучала пальцем по фотографии и улыбнулась. — Ты всего пару дней назад приехала, а он уже следит за тобой, возможно, охраняет тебя. Полагаю, он из тех, кто умеет прощать.
И снова Нелл не ответила на незаданный вопрос: почему Макс считает, что ей может грозить опасность? — а произнесла совсем другие слова:
— Наверное. Или он все же хочет получить некоторые ответы.
— Возможно. Я думаю, ты действительно в состоянии управиться с ним на этот раз. Но на твоем месте я была бы поосторожнее, Нелл. Как я уже сказала, ему не двадцать два. И каким бы он ни был двенадцать лет назад, сегодня он уже не тот, кого можно просто так бросить и уехать.
— Он никогда и не был таким, — пробормотала Нелл. — Некоторые вещи остаются с тобой, как бы далеко ты ни убежала. — Прежде чем Шелби смогла зацепиться за эту фразу, она продолжила: — Так что, возможно, эта тень преследует именно меня, но также возможно, что я просто вчера случайно проходила мимо. Такой старый дом, как здание суда, вполне может иметь в качестве жильцов парочку привидений.
— У них еще тюрьма была в подвале, — напомнила ей Шелби, смирившись с переменой темы. — Мне помнится по крайней мере одна история о невиновном человеке, который там покончил жизнь самоубийством. Разве неправедная смерть не приводит к неуспокоению души и появлению призраков?
Нелл покопалась в обрывках знаний, приобретенных ею за последние годы.
— Неправедная смерть. Внезапная смерть или насильственная смерть. Или люди, оставившие здесь незаконченное дело, которое они страстно хотят завершить. По крайней мере, мне кажется, что это наиболее подходящие кандидаты в привидения, то есть они остаются и появляются на людях, а не уходят.
Шелби задумчиво пожевала губами.
— Значит, это всего лишь привидение, поселившееся в здании суда, ты это хочешь сказать?
— Очень может быть.
— Гм. А разве у таких привидений имеется привычка нависать над прохожими с угрожающим видом?
— Я тут не специалист, Шелби.
— Разве?
— Представь себе.
— И у тебя нет хрустального шара?
— Боюсь, что нет.
— И карт Таро?
Нелл усмехнулась.
— Нет, — ответила она.
— Ну, — с наигранным отвращением заявила Шелби, — очередное разочарование. А я-то ждала всяких диких и таинственных вещей от нашей вернувшейся ведьмы.
— Ну да. Макс рассказывал, что все так меня называют.
Шелби покачала головой.
— Только не уверяй меня, будто ты думала, что этот город изменится. Ну уж нет. Такой же ограниченный и так же пугается всего, что хоть чуть отличается от привычного. Вот тебе Безмолвие. Или большинство его жителей.
— Я удивилась, что ты решила здесь остаться, — заметила Нелл.
— Да? Ничего тут нет удивительного. Меня, конечно, считают несколько другой, но не слишком другой, чтобы представлять угрозу. Мне здесь нравится, учитывая обстоятельства. — Она склонила голову набок, как любопытная птичка. — А ты? Не хочется остаться, раз уж вернулась?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
