"Слава богу, это хоть что-то", – подумал Яр. Он приподнял невесомого Игнатика за бока, вынул из сапог и посадил на колено.
– Теперь ты мне всё скажешь. Да?
Но Игнатик молчал. Шевелил пальцами босых ног и не поднимал головы.
Яр ладонью провёл по его заросшему затылку.
– Конечно… Ты ещё маленький, а я почти старик. Мы разные… Но той ночью, когда я тебя нёс… Ты тогда сам сказал: "Мы с тобой одни на свете…" Я думал, это по правде, думал, мы никуда друг без друга…
Игнатик перестал шевелить пальцами и весь затвердел.
– Сейчас, наверно, ты не так думаешь… – пробормотал Яр. – Но всё же… ведь не враг же я тебе…
Игнатик беззвучно заплакал. Потом обхватил Яра за шею и уткнулся ему в плечо. Вздрагивая, прошептал:
– Я же не виноват… Они не велят.
– Кто?! – с радостью и злостью крикнул Яр.
– Ну… они… эти… – всхлипывал Игнатик.
– Да кто же, дьявол забери? Кому какое дело? Кто посмел?!
– Эти… ты не знаешь, что ли?
– Ни черта я не знаю! – ликуя в душе, отозвался Яр. Игнатик был е г о. Его братишка, его сын и друг – на остальное плевать.
– Ну, кто же, Тик? Перестань плакать… Ты же понимаешь, я многого не знаю. Что им нужно от нас? Кто они такие?
– Это… те самые люди… которые приходят и всё велят…
– Откуда приходят? Они здешние?
– Да нет же, – опять всхлипнул Игнатик и повозился, вытирая о рубашку Яра мокрое лицо. – Они не такие… Все говорят, что их нет, а знают, что есть…
– Чушь какая-то…
– Я тоже сперва думал, что чушь. А он пришёл и сказал, чтобы я не смел…
– Что не смел?
– Приходить к тебе.
– Но почему? Почему?!
Игнатик глянул влажными умоляющими глазами.
– Я не знаю… Говорит, если будем видеться, они убьют…
– Кого? Тебя? – подобравшись, как для атаки, спросил Яр.
– Тебя.
– Бред.
Яр знал, что не бред. Включилось тренированное чувство разведчика и чётко сигналило ему, что рядом есть непонятный враг. Но Игнатик должен жить без страха. Как можно беззаботнее Яр сказал:
– Посмотрел бы я на человека, который попробует меня убить…
– Яр, они могут. Правда.
– Тик… – очень ласково проговорил Яр. – Я прошёл подготовку в высшей школе космических первопроходцев. У меня реакция, как у электронной машины. Я увертываюсь от пули и стреляю без промаха в подброшенный орех. Из-за плеча.
– У тебя, значит, есть пистолет? – живо спросил Игнатик.
– Есть, – соврал Яр.
– Покажешь?
– Да… после. Он в сейфе сейчас.
Лицо Игнатика – похудевшее, в мокрых разводахстало сумрачно-строгим.
– Яр, ты носи его всегда с собой.
– Хорошо…
– Обязательно с собой. Яр, они не шутят… Я, наверно, зря тебе про всё сказал… – Игнатик опять чуть не заплакал. – Они не велели говорить, а я сказал. Теперь, наверно, будет плохо…
– Плохо будет тому, кто попробует нас задеть, – очень бодро и уверенно произнёс Яр. – Это я тебе обещаю железно. Поверь.
Игнатик снова – теперь уже с облегчением – ткнулся носом Яру в плечо. Видимо, он устал от страха, от тоски, и сейчас душа его отдыхала. Он уверовал, что космический первопроходец с пистолетом сильнее тех врагов…
Каких врагов? Кто они? Как выглядят?
Обо всём этом надо было спросить Игнатика.
Но спрашивать – значит показывать свою неуверенность. Значит, будить в Игнатике прежние страхи. Яр сказал:
– Видишь, я не боюсь. И ты никого не бойся. Главное, чтобы мы были вместе.
Игнатик слабо улыбнулся и кивнул.
Яр снова погладил его по затылку. Поднял, осторожно вставил в сапоги.
– Зачем ты их таскаешь, такие бахилы?
Игнатик улыбнулся уже веселее.
– Тетка сказала, что такая примета есть: кто целую неделю морские сапоги не будет снимать ни днём ни ночью, обязательно станет капитаном. Вот я и не снимаю.
– И спишь в них?
– Ага…
Яр хотел рассмеяться, но раздумал.
– Ты очень доверчивый, Тик, – сказал он серьёзно. – Ужасно доверчивый. Тетка сказала тебе смешную шутку, а ты веришь. Какие-то болтуны пришли и наплели тебе всякую чепуху – ты тоже веришь.
Игнатик помолчал. Потом быстро глянул и сказал с лукавинкой:
– Ага, я доверчивый… Вот поверил, что ты есть на свете, и ты правда есть.
Теперь Яр рассмеялся:
– Это ты хорошему поверил. А ерунде верить не надо.
Игнатик выбрался из сапог.
– Я их здесь оставлю. Я домой сбегаю, а потом опять приду, скоро. Я тебе черешни принесу…
Он и правда скоро вернулся. Прискакал босой, весёлый, с большим кульком белой черешни.
– Вот, смотри, какая в тёткином саду созрела.
Они сели на скамью у пульта.
– Я с тобой буду дежурить, – решил Игнатик.
Вахта была спокойная. Мотоботы вернулись вовремя, аварийных сигналов не поступало, залив под утренним солнцем лежал пустой и тихий, только еле заметный парусник маячил у горизонта.
– Завтра возьму у Захара шлюпку и пойдём с тобой под парусом на Медный остров, – сказал Яр Игнатику.
– Ой, правда? Я под парусом ещё ни разу… А если шторм?
– Не бойся, на завтра сводка спокойная.
– Да я и не боюсь, если с тобой… С тобой вообще ничего не боюсь… – Он придвинулся поближе.
– Совсем ничего?
– С тобой? Совсем.
– Тогда… Игнатик! Расскажи, что это были за люди.
Он съёжился на миг, притиснулся покрепче, зябко обхватил коленки.
– Игнатик, ты же не боишься.
– Да… Но не хочется про них. Лучше вечером про всё расскажу… Можно, я у тебя буду ночевать?
– Даже обязательно… Только без сапог.
Игнатик серьёзно сказал:
– Ладно. Всё равно я их уже снял… Яр…
– Что, Тик?
– Они… эти люди… по-моему, они знают, кто ты такой.
– Почему ты решил?
– Они говорили: "Зачем ты с ним связался? Всё равно он скоро уйдёт т у д а, к себе…" Яр, ты не уйдёшь?
– Я же обещал: без тебя никуда не уйду.
Весь этот день Яр прожил с ощущением, которое у разведчиков называется "на щелчке". Оно возникает на незнакомых планетах, когда нет ясной опасности, но есть её предчувствие и каждую минуту можно ожидать чего угодно. Защелкнуты гермошлемы и браслеты датчиков, щелчком сдвинуты вперёд предохранители бликов…
Правда, сейчас не было ни шлема, ни датчиков, ни излучателя, а состояние "щелчка" перебивала радость оттого, что Игнатик – вон он, рядом.
Он был рядом целый день. Листал вахтенные журналы, копался в старом ненужном приёмнике, мастерил из его деталей и лампочек смешного человечка. А когда завечерело, весело сказал:
– Я сбегаю, тётке скажу, что буду у тебя ночевать. Ты не уходи пока, я вернусь, и вместе пойдём к тебе.
– Только не задерживайся, Тик…
– Я как стрела!
Едва он умчался, пришёл Феликс.
– Ну что, Яр, всё спокойно на морях? Гуляй, я заступаю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
