Пользуясь неограниченной властью на территории, входившей в сферу действия Главной армии, Кутузов не допускал разоружения крестьян и всеми мерами старался поднять роль партизанской войны. В листовках, опубликованных штабом армии Кутузова, крестьяне именовались «почтенными нашими поселянами», имена которых должны быть обнародованы, чтобы «предать отечеству для должного почтения». В этих листовках прославлялись подвиги этих «почтенных граждан», грудью ставших «на защиту любезного отечества».
Главным мотивом их действий объявлялась любовь к своему Отечеству. И конечно, прав был Д.В. Давыдов, отмечавший, что в этой войне «нравственная сила рабов возвысилась до героизма свободного народа»{105}.
Но именно этого и боялись крепостники во главе с царем Александром I. Принца Ольденбурского беспокоило, что поселяне «как бы сделались политиканами и стали слишком много рассуждать». По этому поводу еще яснее выразился Ф.В. Ростопчин: «Умы сделались весьма дерзки и без уважения». Привычка бить врага преобразила большую часть поселян в разбойников{106}. Отражал эти опасения и английский эмиссар при штабе М.И. Кутузова Р. Вильсон: «Не одного только внешнего врага опасаться должно, может быть, теперь он для России самый безопасный». Нашествие французов произвело сильное крестьянское сословие, познавшее силу свою и получившее такое ожесточение в характере, что может сделаться опасным для России{107}.
ГЛАВА 2.
Народное ополчение
В «малой войне» против французских захватчиков принимало активное участие и народное ополчение — вспомогательные воинские формирования. Их создание по первому (Московская, Владимирская, Калужская, Рязанская, Смоленская, Тверская, Тульская, Ярославская губернии) и второму (Петербургская и Новгородская губернии) округам шло особенно интенсивно в августе — октябре 1812 г. В губерниях, организовавших ополчения, проживало населения 6733 тысячи крестьян, которые должны были поставить в общей сложности 203 тысячи ратников: в первом округе — 133,5 тысяч, во-втором — 26,4 тысяч и в третьем (Костромская, Нижегородская, Симбирская, Пензенская, Казанская губернии) — 43,5 тысячи. Из этого количества ратников было сформировано 74 пеших полка, 2 отдельных батальона и 9 бригад (28 дружин), а также 13 конных полков и 3 кавалерийские сотни. Кроме того, еще создавались волонтерные полки из жителей Петербурга и Москвы. Но этим формированием дело не ограничивалось. Широко развернулось формирование ополчений и на Украине, которая выставила 13,4 тысяч конных казаков, 47,4 тысяч пеших казаков и дала несколько десятков тысяч погонщиков к обозам и «лопатников» для работы на дорогах и переправах. Патриотический подъем охватил также Дон, Калмыкию, Поволжье, Башкирию и далекую Сибирь. Казачество Дона выставило — 26 полков, Башкирия — 20 полков, Калмыкия — 2 полка и т.д. То было по истине всенародное движение{108}. Значительную роль в ходе войны сыграли ополченческие формирования; часть их (Смоленское, Московское, Петербургское, Новгородское и конные формирования Дона, Башкирии и Калмыкии) была включена в состав действующей армии. Другая (Владимирское, Калужское, Ярославское и Тверское) была использована при решении главной задачи — блокировании противника, занявшего Москву, и ведении «малой» войны. Наконец, ряд формирований нес службу по охране границ губерний, прилегавших к театру военных действий, а затем принимал участие в контрнаступлении. Широкое привлечение народных масс к борьбе с армией Наполеона сыграло важную роль. Сила сопротивления народа, защищавшего свою родину, нарастала, война превращалось во всенародную борьбу с захватчиками. Именно благодаря этому война 1812 г. стала войной Отечественной. М.И. Кутузов понимал, что организация блокады наполеоновской армии в Москве не могла быть осуществлена лишь силами действующей русской армии. Данная задача возлагалась главным образом на ополченские части.
Ополчение состояло из пехоты полков и кавалерии, вооружение ополченской пехоты — аналогично вооружению регулярной пехоты, кавалерии — конных полков и казаков. Форма мундира — русская, то есть имеющая сходство с русской народной одеждой, главную часть которой составляли длиннополый кафтан и картуз или меховая шапка. Офицеры и рядовые ополчения назывались ратниками. Ополченцы наряду с регулярной армией участвовали в сражении под Смоленском, в Бородинском сражении, Тарутинском и других. В сентябре они располагались на дорогах, ведущих к Твери, Ярославлю, Владимиру, Рязани, Туле, Калуге. Таким образом, была создана как бы линия обороны, препятствовавшая проникновению войск противника в районы далее 50—70 верст от Москвы. Ополченцы всех уездов внимательно следили днем и ночью за движением и действиями французов. Попытки противника прорвать кордон оканчивались неудачей: их отряды немедленно уничтожались. Тверское ополчение, взаимодействуя с отрядом Винценгероде, оттеснило части корпуса вице-короля Италии Евгения, лишив противника возможностей «посылать свои разъезды далее 10 или 15 верст от Москвы»{109}. В сентябре ополченцы вели ожесточенные бои с крупным отрядом из корпуса Нея, пытавшимся перерезать сообщение через Ярославскую дорогу.
Вслед за тем они выдержали натиск французов в сторону Твери и нанесли ему большой урон. Владимирское ополчение прикрывало не только свою губернию, но и обеспечивало связь между готовящимися резервами и главными силами армии. Для его подкрепления М.И. Кутузов направил в распоряжение Б.А. Голицына Донской и Уральский казачьи полки, казачий полк П.Е. Ефремова и Мариупольский гусарский полк. Силами этого ополчения были освобождены Богородск и Димитров, в боях за которые принимали участие и крестьянские отряды самообороны. Ярославское ополчение прикрывало дорогу на Ярославль и защищало пределы своей губернии. Особенно напряженной была боевая деятельность Калужского ополчения. Его полки вместе с отрядами самообороны держали кордон. В Мосальском, Боровском, Медынском и Малоярославецком уездах частые пикеты вели бои с отрядами неприятеля. Они в стычках с врагом уничтожили более 4 тысячи солдат и взяли в плен до 2,5 тысяч человек{110}. В связи с возникшей угрозой городу Брянску М.И. Кутузов поручил начальнику Калужского ополчения взять под свою защиту и этот важный административный центр, где находился орудийный завод. Генерал-майор В. Яшвиль возглавил 5000 отряд пехоты, на помощь ополченцам направили еще два казачьих полка. Во время движения к Брянску он должен был очистить от противника Ельнинский уезд. Сначала французы атаковали успешно отряд под Ельней, но затем были они разбиты во время контратаки ополченцев и в беспорядке отошли в город. Неприятельское войско вскоре получило подкрепление и вновь атаковало отряд генерала Яшвиля.
Отбив натиск врага, ратники ополчения перешли в наступление. И «кипящее любовью к своему отечеству войско наше… через два часа принудило его к отступлению», — докладывал генерал Яшвиль М.И. Кутузову. Неприятель был приведен в «совершенное замешательство» и ночью в темноте оставил Ельню. Отступавших на расстоянии 20 верст французов «гнала и била наша славная конница»{111}. Народные ополченцы освободили Рославский, Мосальский и Ельнинский уезды и защитили от неприятеля Брянск. Командование французской армии во время пребывания «Большой армии» в Москве пытались расширить зону своего проникновения за счет районов Брянщины и Полесья, а также полосу операционной линии с юга. С этой целью им были направлены крупные силы врага к Боровску, Рославлю, Ельне и далее в район Полесья. В этом направлении возникла угроза выхода неприятельских войск на Украину, в связи с чем резко возросло значение Украинского ополчения, на которое возлагалось оказывать содействие войскам 3-й армии, корпусу Ф.Ф. Эртеля и, главное, создать линию обороны по северной границе Украины. К середине сентября Черниговское, Киевское и Полтавское ополчения занимали оборонительные рубежи. Генерал Н.В. Гудович, начальник Украинского ополчения, докладывал М.И. Кутузову: «Держу цепь аж до Киевской губернии, более чем 700 верст расстояния»{112}.
Границы Полесья прикрывали казачьи полки. Украина была спасена от разорения французами.
Пока главная русская армия готовилась к контрнаступлению, крестьянские и войсковые партизанские отряды самообороны и ополченские части, насчитывавшие около 150 тысяч человек, вели успешную борьбу с неприятелям. Непрерывные дневные и ночные удары изматывали французов, полублокада могла превратиться для него в полную блокаду и привести к пленению Великой армии непосредственно в Москве. Наполеон это хорошо понимал и, учитывая сложившуюся обстановку, решил отступать из Москвы.
Униформа ополчения: штаб- и обер-офицеры имеют мундиры общие армейские. Те же, кто имеют мундиры при отставке из армии, могут их носить. Конные и пешие и егери одеваются в русские серые кафтаны из крестьянского сукна. Из такого же сукна имеют длинные шаровары. Рубашки русские с косым воротом, платок на шее. Фуражку носят на голове суконную и сапоги хорошие русские, смазанные от сырости, надевали сверх шароваров. Кафтаны должны быть такой ширины, чтобы под нее можно было надевать овчинный полушубок. Сапоги должны быть так просторны, чтобы каждый воин в зимнее время мог обертывать ноги в суконные онучи. Длина кафтанов — по колено. Кушак имеет, какой кто может. Форма предоставляется по полкам, и каждый пеший человек должен иметь ранец кожаный или телячий. Конные же казаки имеют вместо ранцев чемодан и мешки для овса. Каждому воину в ранце было предписано, иметь одну рубашку и двое холстинных портов, чтобы он вне службы мог ходить и без шароваров, рукавицы с теплыми варежками, двое портянок, а третьи на ногах, суконные онучи и запасные сапоги. Солдаты, чтобы имели сухари на трое суток{113}.
