Ничего не поделаешь. Обменяли деньги (в одном из зданий таможни работал удобный, аккуратный обменный банк), заплатили 26 динаров, и Гришин паспорт пополнился ещё одной иорданской визой.
— Welcome to Jordan! — улыбнулся таможенный офицер, возлагая в паспорт большой въездной штамп: добро пожаловать в Иорданию!
…Мы вышли из зданий таможни. Дождь прекратился. Вперёд, на юг, уходил иорданский автобан — дороги в Иордании заметно лучше сирийских.
Занялись автостопом.
* * *Среди всех известных нам российских автостопщиков, первым и единственным человеком, достигшим Иордании, до сегодняшнего дня являлся московский бродячий человек Паша Подъячев.
Более двух лет назад, в конце 1996 года, известный московский автостопщик Валерий Шанин и его ученики решили учинить путешествие в Египет, с тем, чтобы встретить Новый, 1997 год на вершине пирамиды Хеопса. Маршрут их пролегал через Восточную Европу, затем Турцию, Сирию, Иорданию.
Как это иногда бывает, ни один из участников той экспедиции не достиг намеченной цели. Многие задержались в Восточной Европе, сам Валера со своей дочкой достигли Турции и вернулись домой через Грузию, впервые в истории отечественного автостопа завершив кольцевой маршрут вокруг Чёрного Моря. И лишь один из стартовавших, Паша Подъячев, проехал через Сирию и Иорданию — автостопом, на автобусах и дешёвых поездах. Достигнув Акабы, он искупался на Красном море и стал первым, совершившим сие, а затем направился домой.
"Народ поначалу попадался какой-то жлобский. Я проторчал два часа, пока, наконец, поймал попутку до Аммана. И ведь останавливались охотно, но не хотели везти бесплатно!" — вспоминал он.
Конечно, во всех странах вблизи границы распространён таксизм. Но нам с Гришей повезло. Довольно быстро, несмотря на сгущающийся вечер, мы уехали в первый иорданский город Мафрак, а оттуда свернули в Джераш — город, известный очередными великолепными развалинами римской эпохи.
Иордания обрадовала нас. Во-первых, таможенники, полицейские, большинство водителей и уличных продавцов знали английский язык! Поистине, неожиданно. И в Турции, и в Сирии, и в Иране, Пакистане и Индии, да и у нас в России англоговорящими свойствами обладает лишь незначительная часть образованного городского населения, а водители и прохожие в провинции почти никогда не владеют английским. И вдруг такое чудо! Во-вторых, иорданские дороги оказались ровными, гладкими, с обилием дорожных знаков и светоотражателей, с аккуратной разметкой, — в общем, получше российских, сирийских и турецких. В кузовах здесь не ездили, да и внутри машин было значительно меньше пассажиров, чем туда могло бы поместиться даже в соседней Сирии. Цивилизованная страна!
Мы попрощались с очередными водителями и вышли в тёмный, вечерний Джераш.
Шоссе разделяло город на две части. Слева, за оградой, виднелись те самые римские развалины, целый город с полкилометра длиной. Идти туда уже было поздно — всё равно ничего не видно. Справа был современный городок двух-трёх-пятиэтажных бетонных домиков, точно как в Сирии. После обмена денег на границе и приобретения дополнительной визы у нас оставалось несколько сотен иорданских копеек-филов (один иорданский динар, равный примерно полутора долларам, делится на 1000 филов). Мы уже заранее знали, что Иордания — страна дорогая. Но интересно проверить. Вот фруктовая лавка на первом этаже дома, попробуем здесь…
— Скажите, пожалуйста, сколько стоит 1 апельсин? — спросили мы по-английски.
— Один апельсин? Денег не надо! Welcome to Jordan!
Мы удивились и пошли дальше по улице, разъедая апельсин. В следующей лавке решили узнать стоимость хлеба, но и здесь та же картина: нам подарили пару блинов-лепёшек иорданского хлеба. Странная вещь, подумали мы. Так и не разобравшись с покупательной способностью иорданского динара, мы узрели посреди города небольшую ложбинку, в которой стояла здоровая теплица, крытая полиэтиленом. Рядом стоял домик огородного сторожа. Сторож разрешил нам переночевать в теплице, и мы с удовольствием завершили сей многоинтересный день среди иорданских растений.
Иордания
1 марта, понедельник.
Вчера мы покинули гостеприимную Сирию, в которой провели две недели.
Удивительная страна, где не принято воровать, врать и бояться; страна, где люди помогают друг другу и нам с искренней радостью; страна с тысячью древних замков и крепостей, пустынь и лесов, гор, моря, хорошего автостопа и гостеприимных людей! Вернёмся сюда ещё и не раз.
А сейчас мы уже в следующей стране. Итак…
Первый весенний рассвет 1999 года мы с Гришей Кубатьяном встретили в иорданской теплице. На улице было свежо, но не холодно. Первым делом мы пошли в основную достопримечательность — развалины римского города.
Вход в римский город стоил пять динаров (7$), но так как было раннее утро, билетёр ещё не проснулся. Мы вдоволь побродили по пустынным улицам, по сторонам которых тянулись всяческие колонны, развалины дворцов и амфитеатра… На выходе нас, первых выходящих, уже поджидал торговец сувенирами, тут же начавший примерять на голову Гриши Кубатьяна головную косынку — «арафатовку». С трудом отделавшись от продавца, мы направились к выходу на трассу.
Иордания — страна маленькая, и дорога до столицы заняла всего полчаса. Приятно удивила трасса: ровная, гладкая, ухоженная, — и водители: бескорыстные и англоговорящие.
Амман. Здесь, в столичной агломерации (состоящей из собственно столицы и её города-спутника Аз-Зарка) проживает половина четырёхмиллионного населения страны. Большой поток машин, виадуки, эстакады. Город расположен между гор и имеет запутанную планировку. Некоторые кварталы двух-трёхэтажных домов, виднеющиеся вдали, облепили окружающие горы, как трутовики облепляют дерево. А в центре — высокие, пяти- и десятиэтажные бетонные здания, с многочисленными вывесками и рекламами. Попадаются цивильные магазинчики, харчевни и ларьки.
Иорданский король Хусейн, правивший страной 47 лет, умер незадолго до нашего приезда. За почти полвека его правления в стране не осталось уголка, где бы не было портрета короля Хусейна. Его изображения помещены во многих офисах, магазинах, на уличных стендах и всех монетах и бумажных деньгах. Во время нашего посещения страна была в трауре, и на всех портретах (кроме денежных) была привязана чёрная ленточка. К многочисленным государственным флагам, которые были приспущены, тоже привязали чёрные ленточки. Смерть короля — первая тема для разговоров.
— Вы знаете, что наш король Хусейн умер? — говорили нам подвозящие нас водители. — Весь мир приезжал хоронить его. И даже ваш президент, Ельцин, прилетел на похороны, хотя сам был болен.
