затем заглянул внутрь.
— Леонид Георгиевич, к вам можно? — прошептал он.
— Можно? Нужно, Ярослав Александрович! Скорее! У нас мало времени, — ответил Илизаров.
Ректором оказался высокий, худощавый старик с густыми седыми бакенбардами. Как только голубые глаза ректора заметили меня, он воскликнул:
— Ага! Алексей Александрович. Вот и наша главная аномалия… Я уж и не надеялся, что снова вас увижу.
Снова?
Стоп. А когда, интересно, я с ним встречался? Не припомню, чтобы…
Чёрт возьми! Так мой предшественник, должно быть, учился в этой самой академии!
— Рад вас видеть, Леонид Георгиевич, — я пожал руку старику. — Вы ничуть не изменились.
— Хм, — нахмурился он. — Как странно слышать от вас нечто подобное. Насколько я помню, при последней встрече вы забрали диплом и послали меня к чёрту.
Вот уж не думал, что поступки предшественника аукнутся мне даже спустя столько времени. Видимо, именно Илизарову отец платил, чтобы прошлый Алексей Мечников не вылетел из академии.
— Жизнь в изгнании очень хорошо отрезвляет, — коротко ответил я, а затем положил на стол Илизарова папку с нашей статьёй. — Ознакомьтесь. Думаю, вас это заинтересует.
— Я сделаю это позже, — ответил Илизаров. — Меня уже ждут в главном госпитале.
— Подождите, господин Илизаров, — испугался Ярослав. — Вас же предупредили? Это очень важно! Статью нужно одобрить как можно скорее. Поэтому, если вы там найдёте недочёты, нам придётся немедленно их исправлять.
— Господа, спокойно, — попросил ректор. — Я в курсе, откуда поступил заказ. Считайте, что статья уже одобрена.
— Её пока что нельзя одобрять, — заявил я.
— Что? — не понял Илизаров.
— Что⁈ — вздрогнул Ярослав. — Алексей, ты чего?
— К статье необходимо подкрепить результаты исследований. Поэтому нам нужны инфекционные больные. Прошу, предоставьте их нам, Леонид Георгиевич.
Нужно создать и протестировать хотя бы одну вакцину и одну сыворотку. Но без прямого доступа к микроорганизмам нам этого не сделать.
— Алексей Александрович, глупости какие-то, я очень спешу. Давайте обсудим это завтра, — Илизаров попытался обойти меня, но я преградил ему путь.
Отчаянная мера, но куда деваться? Месяц сидеть в Санкт-Петербурге я тоже не могу. В Саратове меня ждут орден, госпиталь и заводы.
— Инфекционных больных вы сможете найти только в одной организации, — сдался Илизаров. — В госпитале Боткиных. Но сейчас там бардак, скажу прямо. После исчезновения Боткиных лекари справляются с госпитализированными пациентами очень… посредственно.
Госпиталь Боткиных? Любопытно. Тогда я точно должен посетить это место.
— Вот заодно и подскажем нашим коллегам, как правильно организовать работу. Проведёте нас туда?
— Да нет у меня времени, говорю же! — в отчаянии воскликнул Илизаров. — Я попрошу своего ассистента. Он часто посещает этот госпиталь. Кажется, он там практикуется. Вот его и попросим.
Вот и первая победа. Ещё ранее утро, мы с Ярославом успеем заглянуть туда и составим план работы! Как создавать вакцины я уже знаю.
Мы последовали за Илизаровым в коридор. Ректор заглянул в приоткрытый кабинет и зашёл к своему ассистенту. Нас оставил снаружи.
— Всё, вопрос решён, — покинув кабинет, бросил он. — Входите. Мой ассистент всё вам объяснит.
— Неприятный тип. Будь готов, Алексей, — шикнул мне Ярослав.
Я заглянул внутрь, встретился взглядом с ассистентом Илизарова, а затем произнёс:
— Знаю, Ярослав. Мы с ним уже давно знакомы.
Глава 11
— Как это «знакомы»? — удивился Ярослав, но осознание снизошло на него очень быстро. — Ох, Морской бог меня утащи… Я ведь совсем забыл о том, что вы вдвоём уже…
— Добрый день, Владимир Харитонович, — поприветствовал Павлова я. — Вот уж не думал, что нас снова сведёт судьба. Да ещё и так быстро.
Да, ассистентом ректора Илизарова оказался сам Владимир Павлов. Единственный из всех избранников, который буквально проспорил свой контракт с богом. Интересное вышло с ним соревнование. Если честно, мне даже жаль, что он зашёл так далеко в своих ставках. Слишком уж он самоуверенный. Амбиции — это здорово, они толкают человека к новым горизонтам. Но амбиции Павлова оказались так велики, что в итоге сами же его и раздавили.
А жаль! Клятва лекаря могла помочь ему в новых изобретениях. Во всей Российской Империи нет больше человека, который смог бы мне составить такую же жёсткую конкуренцию, как Павлов.
Он, конечно, часто действовал нечестно — есть за ним такой грешок. Но, пожалуй, он — единственный человек, которого я могу назвать равным себе соперником, а не врагом.
Проклятье, я даже в каком-то смысле был рад тому, что мы с ним снова пересеклись! Вот только Владимир Харитонович тех же эмоций, судя по всему, не испытывал. Я впервые увидел его таким ошарашенным. Обычно он хорошо скрывает эмоции, ведёт себя как профессиональный актёр.
Но не сегодня.
— Меч… Кхм, — быстро поправил себя он. — Алексей Александрович? Так это вы — тот самый гость, которого нужно сопроводить в госпиталь Боткиных? Простите, сразу не понял. Мне казалось, что у вас слишком много забот в Саратовской губернии.
— У меня появились куда более важные дела. Всё остальное пришлось отложить, — я махнул рукой, показал тем самым незначительность всего остального. — Кстати, вас я тоже не ожидал здесь увидеть. Раньше вы работали в частной сфере. Почему вдруг подались в государственную организацию?
— Наверное потому, что из-за вас я потерял связь с… — Павлов осёкся, взглянул на Ярослава. Надеялся, что мой брат поймёт намёк и оставит нас с Владимиром наедине.
Но Ярослав намёк не понял. Как раз наоборот, стал с ещё большим интересом следить за нашим диалогом.
— Я вас понял, можете не продолжать, — закруглил тему я. Очевидно, Павлов винил меня за то, что ему пришлось расторгнуть договор с Махаоном. Лично я своей вины в этом не видел, но понимал, почему Владимир так бесится. — Давайте лучше перейдём к делу. Вижу, что моя компания вам неприятна. Тогда какой смысл тратить время? Когда отправимся в госпиталь Боткиных?
— Подождите снаружи, — Павлов нахмурился, согнулся, как старый дед с запущенным остеохондрозом, и принялся упорно заполнять лежащий перед ним документ. — Скоро выйду.
Мы покинули кабинет Владимира Харитоновича, и как только я закрыл дверь, Ярослав сразу же выпалил:
— Алексей, прости, пожалуйста, я совсем уже замотался со своими научными работами! Забыл, что вы с Павловым долгое время
