— Перестаньте. Ведете себя, как малые дети. И вы не одни здесь. Еще не хватало, что налетели репортеры и поползли слухи о вашем разладе. — Но мужчины крепко держали друг друга, гневно смотря в глаза. — Рафаэль. Марио. Отпустите друг друга.
Рафаэль со злостью оттолкнул от себя своего друга, разжав руки и заставляя того сделать то же самое. Потом он обхватил запястье рядом стоящей Элены и ткнул пальцем в Марио:
— Оставь ее. Я последний раз тебе это говорю. Понятно?
Марио молчал, зато Элена возмутилась, пытаясь выдернуть руку:
— Эй! Что ты себе позволяешь? Отпусти меня.
Но Рафаэль лишь потянул ее за собой в дом:
— Нам надо поговорить.
— Я не хочу с тобой разговаривать, — недовольно прошипела она, заходя вслед за ним в дом, полном гостей.
Не слушая ее протесты, Рафаэль затащил Элену на второй этаж, подальше от посторонних глаз.
— Где мы можем поговорить? — спросил он, остановившись в коридоре.
— Я же сказала, что не хочу с тобой разговаривать.
Рафаэль окинул взглядом двери и открыл одну из них — было похоже на кабинет. Подтолкнув Элену внутрь, он повернул замок, прислонился в самой двери и сложил руки на груди.
— Думаю — так, нам никто не помешает.
Элена стояла в центре комнаты, смотря на него с ненавистью в газах, и как же неприятен был ему такой взгляд. Только в этом он сам был виноват.
— Что тебе от меня нужно, Рафаэль.
— Честность. Я хочу, чтобы ты мне сказала, что с тобой происходит. Почему ты так холодно ко мне относишься? И мы не выйдем отсюда, пока ты мне все не скажешь.
— То, что ты мой муж, не дает тебе права что-то требовать от меня.
— А я думаю, что как раз наоборот — это мне дает очень много прав.
— И с чего это вдруг ты стал так думать? Ты ведь и жениться то не хотел, даже временно.
— Я понял, что ты мне нравишься.
— И что? Я теперь должна выполнять все твои капризы?
— Для начала я бы хотел узнать, что с тобой происходит.
— Не лезь ко мне в душу, Рафаэль. Я не собираюсь тебе ничего объяснять.
Рафаэль оторвался от двери и медленно стал подходить к Элене.
— Никак не пойму — откуда берется твоя ненависть. Тебе же так же тянет ко мне, как и меня к тебе.
— Ты ошибаешься, — резко ответила она, отходя от Рафаэля и прячась за письменный стол, который стоял в комнате.
— Я могу тебе это даже доказать.
Пройдя один круг вдоль прямоугольного массивного стола, Элена и Рафаэль оказались в противоположных его сторонах. Она упорно не давала ему подойти к ней, и что Рафаэля только забавляло и заводило еще больше. В попытке ее поймать, он резко дернулся в одну сторону, Элена — в другую. И после нескольких путающих рывков, Рафаэль добрался таки до нее, придавив лицом к стене. Элена вскрикнула, стараясь оттолкнуть его, но все оказалось бесполезным. Рафаэль навалился на нее, сцепив руками талию и зарывшись лицом в волосы. Его злость моментом схлынула, выпуская поджидающее желание обладать этой девушкой, снова касаться ее кожи своей, целовать, заполнить собой и оставаться там до тех пор, пока она во всем ему не признается.
— Рафаэль, отпусти меня, пожалуйста, — попросил неровный голос с нотками страха.
Но чего она так боится? Нет, Рафаэль уже не в состоянии сейчас был думать. Он обязательно подумает об этом, но позднее.
Он потянул хвост банта на ее шее — ткань поддалась, развязывая узел. И отбросив голубые ленты в стороны, он провел рукой по нежной коже спины, ощущая ее дрожь под пальцами. А сдвинув мешающие волосы, Рафаэль провел губами вдоль хрупкого плеча. От этого прикосновения Элена дернулась:
— Рафаэль…
Но он лишь сильнее прижал Элену к стене, вдавливая себя в ее мягкую часть тела. И продолжая покрывать доступные ему участки кожи, он стал медленно стаскивать вниз голубую ткань.
— Так я тебя слушаю, можешь попытаться отвлечь меня объяснениями или я сначала попробую тебе кое-что доказать.
Элена схватила на груди сползающую ткань, стараясь помешать ему раздеть ее.
— Рафаэль, перестань…
Он резко и грубо дернул платье вниз, вырывая ткань из ее рук и обнажая полную грудь, к которой его тянуло прикоснуться весь вечер, и отчасти благодаря коварному декольте. Ему понравилось ощущать приятную тяжесть этих прелестных округлостей. И снова наслаждаясь тем, как они идеально заполняют чашечки его рук, он услышал неровный тихий стон — первое подтверждение его правоты.
Быстро развернув к себе Элену, Рафаэль снова прижался к ней, ловя приоткрытые губы. И как очередное подтверждение, руки Элены с нежностью легли ему на лицо, а рот со всем напором стал отвечать на ласки его губ и языка. Он прав! Конечно же он прав — Элену тянет к нему. И осознавать это ему было неимоверно приятно.
Она уже не сопротивлялась, когда он полностью стащил с нее платье, и с нетерпением помогала раздеться самому. И снова она его удивила, забыв обо всех своих резких словах и принявшись осыпать его тело поцелуями. Рафаэль думал, что не выдержит этих нежных касаний мягких губ на своей шее, груди, животу, но когда ее губы обхватили его плоть, это было последней каплей — ему уже были не нужны никакие доказательства. И посадив ее на стол, Рафаэль очутился в Рай, которое дарило ему красивое, жаркое тело Элены. Она тесно сцепила свои ножки за его спиной, подталкивая при каждом движении, и не давала отдохнуть губам, постоянно требуя нового поцелуя, пока ее руки блуждали по его телу, иногда до боли впиваясь ногтями в кожу. И все-таки она была кошкой, которую он обязательно сумеет приручить. Хотя бы один способ, как это сделать, он уже знал.
Но когда они оба долетели до звезд, Рафаэль начал опасаться очередного приступа слезливости. Он оторвал ее голову от своего плеча и заглянул в глаза — и снова от них веяло стужей.
— Теперь ты доволен? — спросила она.
— Нет. Ты мне еще ничего не ответила на мои вопросы.
— Ответов не будет.
Пройдясь рукой по волосам, Рафаэль притянул ее к себе за подбородок, и прежде чем поцеловать тихо прошептал:
— Все равно ты будешь моей.
— Что?
— Я не дам тебе развод. А Марио может ни на что не рассчитывать.
— Рафаэль, я не игрушка.
— А с чего ты взяла, что я с тобой играю?
— Я тебе не верю. Если тебе понравилось заниматься со мной сексом, это еще не повод говорить мне такие вещи. Или ты думаешь, я поверю первому твоему слову, сказанное только по этой причине, и стану заглядывать тебе в рот и ждать, когда ты снова что-то передумаешь и изменишь свое ко мне отношение? А я не удивлюсь, если ты снова начнешь меня игнорировать.
— Что за глупые мысли? Почему я должен менять свое отношение?
