с капюшоном, а в руках он держал две изогнутые сабли. Это был тот самый воин, которого Агандаур назвал хашшарий и который отделил голову Великого Змея от его тела.
А вторая фигура выделялась своим внешним видом, гораздо сильнее. То был с виду человек, но больше по массе и ростом обычного, даже высокого человека. Кожа его была серой и раскрашена татуировками, которые сочетались с узорами от шрамов, которые по всей видимости были не от случайных порезов, а оставлены намеренно. Это, существо не носило доспехов, торс его был оголенный, а паховую наготу скрывала племенная юбка из неизвестных растений. На голове был также шлем, который вряд ли был предназначен для защиты, материал был непрочен и диковинно украшен какими-то перьями, скорее этот головной убор был больше символом, чем частью доспехов.
«Изумительный бой. Как же приятно наблюдать за теми, кто в этом ничтожном городе действительно умеет управляться с клинком» — Сказал хашшарий, медленно хлопая в ладоши в знак одобрения.
«Аргх» — раздался до этого сдерживающий рык, фигуры стоящей рядом. — «Что ты с ними церемонишься? Зачем мы вообще наблюдали за тем, как они перебьют наших?»
«О, мой, нетерпеливый друг, все очень просто. Я привык оценивать жертву и предоставлять ей иллюзию победы, прежде чем мой клинок прервет ее жалкую жизнь» — Ответил хашшарий, сдерживающим и терпеливым тоном.
«Это еще, что за клоуны?» — спросил Володус.
«Осторожнее, тот воин в черной одежде, гораздо опаснее, чем может показаться на первый взгляд» — Предостерег Алатар.
«Ну тогда с него и начнем!» — Сказал Цедрус и после своих слов выстрелил из своего ручного арбалета в сторону хашшария. Арбалетный болт летел точно в цель, но в момент, когда он должен был вонзиться в тело воина, тот буквально растворился у всех на глазах оставив на прежнем месте едва заметные облака темного дыма.
Пока в это мгновение наблюдавшие за этим Алатар и его спутники пребывали в изумлении от трюка хашшария, его грозного вида союзник в ярости бросился рывком в направлении синего мага. На его пути стоял Гром, намеревавшийся сделать подсечку. Когда мчавшееся полуголое существо сблизилось с Громом, тот попытался выполнил резкий рывок и ложным выпадом направить клинки в голень, но дикий соперник и до этого бежавший, казалось бы, из-за всех сил, вдруг резко ускорился и силой сбил Грома с ног. Гром потерял равновесие и упал на землю не успевший среагировать на его ускорение.
Свирепый серокожий воин с яростными ударами обрушился на Алатара. Его выпады были грубыми, а сила, с которой наносились удары была нечеловеческой и Алатар с трудом отражал его удары.
Малдуст и Володус были готовы обрушить на этого монстра свои огненные заклинания, но в тот момент, когда вот-вот с их кончиков пальцев сошел бы огонь, словно из тени на них обрушилась фигура хашшария. Движения воина в черной одежде были мастерски отточены. Одним ударом он нарушал защиту противника, а вторым молниеносно наносил удар, который не смог бы парировать, даже самый умелый боец. Хашшарий клинками наносил удар по посохам волшебников, а затем бил либо эфесом, либо ногой с разворота. Как только Володус и Малдуст после пары пропущенных ударов намеревались ответить противнику, тот вновь растворился на глазах оставив за собой едва уловимый дымок.
Цедрус отложив арбалет, обнажил свой утонченный клинок и направился на выручку Алатару. Гром в это же время, придя в себя от толчка, ловко вскочил на ноги и последовал примеру Цедруса.
Даже втроем против этого необычного противника, справиться, казалось, будет сложно. Без доспехов, используя грубые удары, подставляющийся под самые простые выпады он совсем не задумывался о защите и, кроме этого, пользуясь численным превосходством Гром и Цедрус успешно поражали своими клинками цель.
Порезы на голом теле открыли сильно кровоточащие раны, но казалось будто противник от этого становится только свирепее. А сами раны, от которых обычный человек уже наверняка бы потерял способность и дух к бою, через какое-то время на глазах будто затягивались регенерируя, снижая потерю крови.
Малдуст и Володус стоявшие в десяти метрах от своих товарищей, хотели бы помочь своими способностями, но приходили в себя, после неожиданной атаки хашшария. Ожидая очередной внезапной атаки, в этот раз они были готовы встретить его своей боевой магией.
В этот раз хашшарий показался вблизи Цедруса между ним и Алатаром. Его атака была такой же внезапной и мастерской, как и в случае с волшебниками. Удар по защите и последующий фатальный удар клинком в сердце лишил бы жизни Цедруса, если б не его доспехи, скрывавшиеся под тканью. Хашшарий наблюдавший до этого за ходом предыдущего боя, знал, что у него под тканью броня, но он не ожидал, что она будет настолько крепкой.
Цедрус ответил на угрозу шквалом изощренных ударов своим клинком и хашшарий успешно их парировал. невероятная ловкость и рефлексы хашшария, против нетипичного стиля боя Цедруса для местных земель не смогли превзойти друг друга, и этот раунд противники сыграли в ничью.
Алатар, сосредоточивший всё своё внимание на серокожем воине, использовал свои способности, чтобы ментально усилить рефлексы и реакцию своих товарищей. Это делало его уязвимым для неожиданного удара с фланга. Хашшарий, обменявшись несколькими ударами с Цедрусом, быстро это заметил. После очередного парирования, хашшарий резко ударил Цедруса ногой, пошатнув его и заставив отступить на несколько шагов. В тот же миг, обнажив короткий клинок, он быстрым и размашистым ударом нанёс серьёзное ранение Алатару. Завершив маневр, хашшарий снова исчез, словно растворился в воздухе.
Гром, осознав, что его осторожные удары малоэффективны против этого свирепого противника, решился применить ту же грубую силу, которой размахивал его соперник. Он нанёс сокрушительный рубящий удар клинком сверху вниз, целясь в спину дикаря, и всадил лезвие настолько глубоко, что оно, казалось, достигло ключицы. Однако, к своему изумлению, Гром увидел, что это существо выдержало как этот удар, так и предыдущие. Тем не менее, его атака отвлекла внимание врага от Алатара и переключила на себя.
Заметив, что хашшарий теперь сосредоточился на их союзниках, Малдуст и Володус поспешили на помощь. Их огненные снаряды, выпущенные на бегу, не всегда достигали цели, но как минимум заставляли противников сосредоточиться на защите.
Хашшарий вновь исчез так же внезапно, как и появился, а затем снова вынырнул из теней между Володусом и Малдустом. Повторив свой коварный приём, он сумел вывести из строя обоих волшебников, оставив их без сознания.
Цедрус, понимая, что битва принимает критический оборот, решился на крайний шаг, который он обычно
