свои обязанности. Приказал ему передать должность Петербургского губернатора фельдмаршалу Каменскому. А в помощь ему назначил начальником полиции своего приближённого Комаровского. Что ж, тот и впрямь быстро добился успехов. Потому что только этим и занимался, без урожаев, Воинской комиссии, охраны границ. Отыскал карету, сбившую англичанина. Поймал бродяг, напавших на генерала. И с Шубиным разобрался, что никакого заговора не существовало. Поручик всё это сочинил ради награды и руку себе сам прострелил. Комаровский доложил и о том, что в карты играют повсюду. А о дуэлях становится известно не обо всех – только если кто-то убит или ранен. Если же без пострадавших, участники скрывают. Хотя и Комаровский указывал то же самое, что и Кутузов: полиции мало, она не в силах обеспечить порядок.
Но Михаил Илларионович очутился вообще в непонятном положении. Царь даже не пожелал его видеть, когда назначал нового губернатора. Просто распорядился передать все дела Каменскому и Комаровскому. 5 сентября 1802 года Кутузов отправил Александру письмо. Объяснял, что он серьёзно болел. Ему тяжко «видеть над собой гнев государя». Но его жизнь и силы принадлежат царю и он ждёт приказа – на каких должностях ему дальше служить. Если же его служба совсем не угодна, то просит учесть при увольнении его заслуги, раны, расстроенное здоровье.
Александр не ответил ему. Вместо этого издал указ – Кутузов, как будто по собственному желанию, увольняется для поправки здоровья… на год. Хотя он такого желания не высказывал. От болезни уже оправился. Но теперь его отстранили и от командования в Финляндии. Правда, в отставку, вроде бы не отправили. Однако должность у него осталась единственная – шефа Псковского пехотного полка. При Александре она стала вообще пустым звуком, ничего не значила.
А отпуск на целый год стал совсем не таким, как при Екатерине – она после ранения и жалованье Кутузову сохранила, и ещё крупную сумму на лечение добавила. Сейчас Михаил Илларионович отправился в своё имение Горошки на Украине – подарок той же Екатерины. Жена осталась в столице, она же была придворной. Дочери тоже, некоторые из них уже замуж вышли. Поехал один. Имение вообще-то было богатым, земля плодородная. Но Кутузов там раньше почти и не бывал, всё время был занят. Нанял управляющего руководить хозяйством, он присылал отчёты, какие-то деньги.
Теперь генерал наконец-то приехал туда, стал проверять. И оказалось, что управляющий его круто обворовывал. А когда Михаил Илларионович стал разбираться, тот украл у него ещё 10 тысяч рублей, прямо из домашней шкатулки. Сбежал с ними за границу – владения Австрии были близко, на Западной Украине. Кутузов нашёл другого управляющего. Писал жене, что доволен им. «Он профессор. Но дай Бог, чтобы у него было хоть наполовину честности, как ума».
Пожилой военачальник начал сам вникать во все вопросы. Построил заводик по производству селитры. Занимался продажей льна, пеньки, зерна. Ездил на ярмарки. Но прибыли получались гораздо меньше, чем рассчитывали. Михаил Илларионович пробовал и разные новшества. Посеял растения из Индии, из Египта – кунжут, сезам. Да вот только на Украине климат был совсем не такой, они росли плохо. Добавлялись и новые траты. В селе Райгородок случился большой пожар, сгорело много крестьянских домов, у жителей погибло всё имущество. Кутузов помогал им отстроиться, обжиться заново.
А жена в столице, когда стала придворной, привыкла тратить деньги без счёта. Чтобы блеснуть, устраивала балы, маскарады, пышные обеды. Покупала себе и дочерям самые модные английские наряды, дорогую косметику, украшения. Да и в карты играла, это же тоже было модно. Влезла в долги, требовала у мужа денег. Он посылал сколько мог. Но настроение у него было унылое. Он писал: «Скучно работать и поправлять хозяйство, когда вижу, что оно так расстроено. Иногда ей Богу хочется всё бросить…» Но как тут бросишь? Он понимал: «Другого имения уже не наживу. Боюсь оказаться в старости в бедности и нужде». В этих невесёлых и нудных хлопотах миновал год отпуска. Кутузов ждал, куда же его назначат служить дальше. Напоминал о себе, писал в военное министерство, царю. Но… ответов не получил. О нём как будто забыли.
Между тем вокруг России уже загромыхали новые войны. После побед над турками граница нашей страны сдвинулась на Кубань. При этом на здешние сёла, казачьи станицы посыпались набеги кавказских горцев. Наши военные и казаки отвечали ударами. По Кавказу то там, то здесь разгорались бои. Но и Персия не смирилась, что Грузия присоединилась к России. Она как раз и натравливала горцев. А в 1804 году шах Фетх-Али объявил войну. Поклялся «выгнать из Грузии, вырезать и истребить русских до последнего человека».
Но самые грозные тучи скапливались в Европе. Наполеон перестал играть в «свободу» и в «республику». Отбросил прежнее звание «первого консула» и провозгласил себя императором. Хотя от этого он не стал менее агрессивным. Наоборот, теперь он один распоряжался страной, всеми войсками, денежными средствами. Бонапарт ввёл во Франции всеобщую воинскую повинность. На службу стали призывать всех молодых мужчин, достигших 20 лет и пригодных по здоровью. Из-за этого армия значительно выросла. В мечтах Наполеон видел себя хозяином в Европе – а это значило: и во всём мире. Он снова обрушился на соседние страны.
С ним воевала Англия, но у неё был сильным только флот, сухопутная армия маленькая, и командиры совсем не лучшие. Англичане предложили огромные суммы России и Австрии, если те поддержат, вступят в войну. Об этом начались переговоры. И в августе 1804 года Кутузова вдруг вызвали в Петербург, на манёвры. Он воодушевился, помчался туда. Ему поручили на учениях командовать корпусом. Он, как обычно, действовал прекрасно. Царь объявил ему благодарность. Но… никакого назначения в войска так и не дал. Пришлось возвращаться в Горошки. Какое после этого было состояние у Михаила Илларионовича – понять нетрудно. Он теперь точно знал, что его нарочно держат в «отпуске». Видимо, так и проживёт в поместье до конца. Он с горечью писал, что все его труды, опасности и раны на военной службе оказались напрасными.
Но в 1805 году Россия, Австрия и Англия заключили союз. Договорились освободить захваченные французами Голландию, Швейцарию, Италию, часть Германии. Александр начал готовить поход в Европу. Командовать армией, которая должна была помогать Австрии, царь хотел назначить генерала Ланжерона. Но… австрийцам-то было совсем не безразлично, кого к ним пришлют. Им, как и раньше, хотелось получить лучшего полководца. Суворова уже не было в живых, и они настаивали – Кутузова. У Александра это не вызвало восторга, но ради союза он согласился. Летом 1805 года к Михаилу Илларионовичу примчался царский фельдкурьер. Привёз приказ – прибыть в Петербург, возглавить армию.
Глава 12
