от Австрии! Атаковали с разных сторон, принялись громить. Перепуганный Макк приказал укрыться в крепости Ульм. Горячий принц Фердинанд не согласился, повёл 16 тысяч конницы на прорыв. Сумел пробиться, но у него осталось лишь 2260 кавалеристов. А Ульм французы окружили, открыли шквальную бомбардировку. Макк и его войска сдались. В сражении погибло и было ранено 12 тысяч австрийцев, 30 тысяч попали в плен, Наполеону досталось 200 орудий.
И вся армия Бонапарта стояла теперь против Кутузова! А у него в строю было лишь 32 тысячи человек, измученных переходами. 6 тысяч больных оставили в австрийских госпиталях. Артиллерия где-то тащилась далеко позади. И отставшая шестая колонна тоже. Вторая армия Буксгевдена, подчинённая Кутузову, только-только выступила в поход, была за сотни километров. И никакой подмоги! Присоединились лишь отряды австрийцев, уцелевшие от армии Микка. К Михаилу Илларионовичу прискакал гонец от царя. О подчинении австрийцам Александр больше не упоминал. Но требовал… оборонять Вену. Больше-то получалось некому. О том же просил император Франц.
Но Кутузов прекрасно понимал: маленькую армию Наполеон сотрёт с лица земли. С Александром он спорить не стал. И Францу написал: конечно же, он будет выполнять план, присланный ему австрийцами. Хотя оговорился, что с этим «при всей своей доброй воле предвижу великие затруднения». А сам принял решение. Спасать не Вену, а русскую армию. Михаил Илларионович распустил по Баварии слухи, будто собирается идти вперёд, на французов. А поступил иначе. 17 октября приказал взорвать мосты через баварские реки и отступать – навстречу своим отставшим частям.
Да, Суворов не отступал никогда. В его полках вообще не полагалось знать слова «отступление». Но и противники у Александра Васильевича были другие. С таким полководцем, как Наполеон, он не сталкивался. А сейчас войск у врага было в 7 раз больше, масса орудий – а у русских лишь несколько артиллерийских рот. И ведь на самом-то деле отступление – самый трудный вид боевых действий. Да и условия сложились такие, что хуже не придумаешь.
Уходили вдоль Дуная, по южному, правому берегу. С одной стороны – широкая река, с другой – горы. Снова залили дожди, потом сменились мокрым снегом. Дорога превратилась в месиво грязи. А Наполеон не собирался упускать русских. В погоню он кинул конницу маршала Мюрата и двинулся сам. Несколько корпусов послал в обход. И на левый, северный берег Дуная переправился корпус маршала Мортье. Вот и конец будет русским. Их обойдут, окружат. Прижмут к Дунаю. И за Дунаем тоже французы, деваться некуда…
В городке Вельс Михаил Илларионович собрал командиров на военный совет. Приехал император Франц. Просил хотя бы задержать французов боями – пока не подоспеют австрийские армии из Италии. С этим Кутузов согласился. Задерживать и впрямь было нужно, иначе навалятся и сомнут. Кавалерия Мюрата настигла армию через два дня. Арьергардом (прикрытием сзади) командовал князь Багратион. У него в отряде были и австрийцы. На них обрушилась вражеская конница. Но на выручку примчались два русских егерских полка, гусары и артиллерийская рота подполковника Ермолова. Огнём и штыковыми контратаками неприятелей отогнали.
Это позволило нашей армии спокойно переправиться через приток Дуная, реку Энс. Мосты за собой разрушили, укрепились на берегу. Два дня удерживали позиции, отбрасывали французов. Заодно немножко передохнули. Могли бы и дольше простоять. Но австрийцы вели себя нечестно. Император Франц решил всё-таки собрать войска для обороны Вены. Один корпус вызвал с Альпийских гор. А ещё один, генерала Марфельда из остатков армии Макка, был вместе с русскими. Прикрывал левый фланг армии. Франц и ему приказал идти к Вене. Он бросил позиции.
Ничего хорошего из этого не вышло. От русских корпус оторвался, переправы открыл. Французы догнали его и уничтожили. Другой корпус, шедший к Вене с гор, тоже разгромили. Но теперь враги обошли и армию Кутузова. А наши казаки сумели перехватить гонцов с письмами самого Наполеона к австрийскому императору! Из этих писем было ясно, что между ними уже начались тайные переговоры о мире. Михаил Илларионович отправил захваченные документы царю. Продемонстрировал, что союзникам доверять нельзя. И тем более зачем было губить армию на подступах к Вене, если австрийцы могут предать?
Неприятельские корпуса уже окружали русских. Кутузов наметил вырваться из кольца. Сперва французскую погоню на день задержала бригада генерала Штрика. Потом армию настиг Мюрат. На арьергард Багратиона налетела масса кавалерии. Опрокинула несколько наших батальонов, рубила их. На помощь выдвинулись остальные части Багратиона, но и к Мюрату подошла пехота, наши бойцы не выдержали, покатились назад. Кутузов выслал навстречу врагу артиллерийскую роту Ермолова и отряд генерала Милорадовича, 8 батальонов пехоты и гусарский полк.
Милорадович запретил солдатам заряжать ружья. Приказал работать только штыками – но так, как учил Суворов. Построились на поляне у села Амштеттена. Пропустили через свои ряды отступавшие части Багратиона. Следом хлынули французы, и Ермолов полил их в упор картечью. А батальоны Милорадовича ринулись в штыки. Закипела страшная драка. Неприятелей отшвырнули на 3 километра. С обеих сторон полегло по тысяче человек.
Но от французов удалось оторваться. И тут Михаил Илларионович сделал неожиданный ход. В городке Кремс был мост через Дунай. Кутузов вдруг повернул туда всю армию. Переправился на левый берег – и взорвал мост. Выскочил из ловушки корпусов, окружавших его на правом берегу. Но ведь и на левый берег Наполеон выслал корпус Мортье, окружать Кутузова. От своих его отделяла большая река. Он шёл вдоль берега, растянулся по узкой дороге между Дунаем и горами. Михаил Илларионович подловил его.
В лоб ему направил отряд Милорадовича. Во фланг должен был ударить отряд генерала Штрика. А в обход Кутузов послал колонну генерала Дохтурова. Маршал Мортье ехал с первой своей дивизией. Утром 30 ноября он неожиданно наткнулся на русских. Скомандовал атаку. С жестоким боем полки Милорадовича стали пятиться. Заманили французов в засаду, и с фланга на них кинулись солдаты Штрика. Врагам пришлось худо. Уже и Наполеон понял: его корпус попал в беду. Пробовал помочь. Но как? Послал подкрепления на найденных на Дунае лодках, судёнышках. А Кутузов это предвидел, расставил по берегу батареи. Они не давали неприятелям причалить.
Только с обходом получилось неладно. О дороге через горы рассказал австрийский генерал Шмидт, он сам был родом из этих мест, взялся провести отряд Дохтурова. Но то ли он забыл здешние края, то ли что-то напутал. Дорога оказалась узенькой тропинкой в грязи и мокром снегу. Семь километров пробирались семь часов! Наконец, Дохтуров оставил завязшие в грязи пушки и кавалерию, вырвался в тыл противника только с пехотой. У французов началась полная паника. Но следом за первой дивизией Мортье с запозданием подошла вторая. Атаками оттеснила Дохтурова обратно в горы
