и заключается плохая новость, Эля. Кто-то закинул в стойло змею. Реакция Луны была мгновенна, как только она ее увидела в сене. Ты же знаешь, как лошади боятся пресмыкающихся.
— Что?
— То, что ты услышала. Змеиопасны своим ядом, лошадьэто чувствует и пытается либо убежать, либо напасть и раздавить пресмыкающееся копытами.
— Это все объясняет… но не объясняет, как туда попала змея! Точнее, кто ее туда запустил? Там не водятся змеи, Дим. Господи, а если это кто-то из своих?
— Под подозрением у меня несколько человек: Егор, управляющий конюшни, все кто имеют доступ к стойлам. И Настя, которая ошивалась рядом.
— Настя? Дим, это не может быть Настя…
— И Настя, Эля, — с нажимом говорит Дима. — Крота нужно найти как можно скорее, и я занимаюсь этим. Я уже сменил весь штат, поставил везде камеры, усилил всю защиту. Такого не должно повториться, — четко докладывает Коваль.
— Боже, это какой-то кошмарный удар в спину. Я не верю, что это мог сделать кто-то из своих, — хватаясь за волосы, хнычу я. Если это Настя… Как я могу доверить ей своего ребенка?! Сегодня она забирает Богдана из садика. Боже, у меня, кажется, сердце сейчас из груди выпрыгнет.
— Ты судишь по себе, а мир полон всяких двуличных тварей. Все будет хорошо. Не нервничай, — непоколебимым тоном останавливает он мою истерику.
— Спасибо, Дим, — мне остается только поблагодарить. — Я ценю все, что ты делаешь, — я не знаю, как у него это получается. Одного его слова порой достаточно, чтобы вернуть меня в ресурсное состояние.
— Не стоит благодарностей. Ничего личного. Только бизнес. Мне важен этот проект, как и тебе. И важны человеческие жизни, разумеется. Поэтому я намерен вкладываться на все сто процентов и поддерживать тебя, — деловым тоном отрезает Дима. Прямо-таки обжигает своим холодом, меня даже в дрожь бросает.
Я кладу трубку, как только слышу короткие гудки на другой стороне связи.
— Тебе Коваль звонил? — мама внимательно смотрит на меня, словно прочитать все эмоции хочет. — Глаза блестят у тебя, давно их такими не видела.
— Ты придумываешь, мам. От слез они блестят. Радуюсь, что Луна не виновата.
— Как с Андреем дела? — снова вспоминает о своем вопросе Натали. — Помнится, кризис у вас в отношениях был. Сначала он накосячил. Потом рождение Богдана. Первый год с ребенком — всегда самый сложный. А сейчас как?
— Сейчас все хорошо, мам, — улыбаюсь я, глядя ей прямо в глаза. — Мы с Андреем давно вместе. А ошибиться и оступиться может каждый. В долгосрочных отношениях никогда не бывает все гладко. И иногда понимание этого важнее всяких лишних эмоций и драмы…
— Запомни мой совет, — со знанием дела заявляет мама, облокотившись на барную стойку. — Настоящие эмоции — это самое важное, что у нас есть. Жизнь одна, Элина. И прожить ее нужно так, чтобы в моем возрасте не было сожалений. А если бы и были… то лучше жалеть о том, что сделала, чем о том, что не сделала. Смекаешь? — подмигнув мне, она хватает со стола яблоко и вгрызается в него словно голодный вампир.
Легко сказать, мам.
А как жить с эмоцией чувства вины, если оступишься?
Андрей не смог, я простила… К тому же я знаю, что это был одноразовый случайный эпизод под дозой выпитого алкоголя.
А если оступлюсь я, то только с человеком, которого любила, как никогда уже не полюблю мужчину снова. Оступлюсь с тем, кому открыла все свое сердце и душу. Кажется, часть их до сих пор осталась вместе с ним… и мы связны неразрывными нитями.
Так что такое измена? И может ли ментальная измена и фантазии о другом мужчине быть более страшным предательством, чем ничего незначащий, но реальный секс по пьяни?
Что хуже?!
Дмитрий
Мне, конечно, очень приятно, что Элю так сильно осчастливила новость, что ее любимая кобыла здорова. Еще один бонус в копилку уже имеющихся лишним не будет, но Элина пока еще не осознает всю опасность ситуации. Пока виновник и его мотивы не установлены, угроза повторного покушения не исключена. Камеры, усиленная охрана, полная смена персонала — существенно усложнят задачу злоумышленникам, но риск все равно есть. К тому же неизвестно, что или кто являются целью.
Тут может быть замешана как личная месть Эле и ее семье, так и происки конкурентов, которым кто-то успел слить информацию о благотворительном проекте. Вроде как «Крылья» не имеют прямого отношения к деятельности «А-Трест», но в креслах директоров сидят не дураки и отлично понимают, что, зачем и для чего делается.
Я больше склоняюсь, что в данном случае имеет место объединение целей. Личная месть под прикрытием грязной конкуренции. О том, что кто-то мог погибнуть, заказчики «змеиной диверсии» либо не подумали, либо совсем берега попутали. Исполнителя выявить вряд ли получится, да и не нужно, доступ на территорию Абрамовых ему или ей теперь закрыт, а дабы новые сотрудники не поддались меркантильному искушению, мне стоит подумать над тем, как заставить «передумать» главного зачинщика.
Задача не из простых, но я почему-то уверен, что она удачно разрешится в ближайшее время.
— Арина, будь добра, соедини меня с Иваном Спиридоновым, — нажав кнопку селектора, отдаю указание своей секретарше.
— Главным архитектором ГК «Афина»? — уточняет она.
— Да, с ним.
— Хорошо, Дмитрий Андреевич. Минутку подождите, — девушка отключается, и уже через двадцать секунд Ванька сам мне звонит на сотовый.
— На хрена твоя секретутка мне на рабочий трезвонит? Под монастырь подвести хочешь? — паникует Спиридонов.
— Вань, не дергайся. Я по делу, — «успокаиваю» приятеля, но он только сильнее напрягается.
— Знаю я твои дела, Коваль, — хмуро отвечает Иван. — В общем, я сам тебе собирался набирать. Отвлекли ироды. Роман Александрович дал добро, но сразу скажу, довольным он не выглядел. Так что не обольщайся.
— Я и не думал, — ухмыляюсь в ответ. — Мы разберемся, Вань. Когда и где?
— Сегодня. В шесть вечера у него дома в Новых Вешках. Знаешь, где это? Ехать недалеко. Пять минут от МКАДА. Я скину тебе локацию.
— А почему не на нейтральной территории?
— Видимо без свидетелей пообщаться хочет. Будет что-то типа семейного ужина. А ты, вроде как, гость.
— Что-то типа, вроде как… — смеюсь в трубку. — Понял, Вань. Спасибо за помощь.
— Да иди ты, Коваль, — беззлобно хамит Спиридонов. — Больше меня в ваши директорские разборки не припахивай.
— Договорились, Вань. С меня причитается.
— Ладно, сочтемся. Заеду к тебе на днях. Попробуй только отморозиться.
— Предупреди заранее, я Лейлу озадачу с ужином. Она будет рада.
— Привет ей от меня. Давай, Дим, удачи с Лавровым, — прощается Спиридонов и сбрасывает вызов.
