— Мы встретились после шоу трансвеститов, — таинственно прошептала я. — Он был такой хорошенький, что я решила: он один из исполнителей.
— Ной Кроуфорд был на шоу трансвеститов? — воскликнула Полли и захихикала, когда я накрыла ее рот рукой.
— Он сказал,что не знал этой части города, захотел выпить и случайно туда зашел. Он стоял на улице и курил, когда я подошла. Я всегда думала, может, он вышел покурить, потому что минуту назад разрядил всю обойму.
Мы с Полли захохотали, и это было здорово.
— А потом что? — спросила она, прислушиваясь к каждому моему слову.
— Ну а я ему: «ага, типа, поверила», после чего он начал пялиться на моих девочек, — сказала я, приподнимая грудь. — Наверняка для отвода глаз.
— У тебя и в самом деле красивая грудь. — Она пожала плечами, мол, чему тут удивляться.
— Короче, потом он пригласил меня на ужин. Он был такой красавчик и так старался показать, какой он мачо… В общем, я разрешила ему себя трахнуть. А потом уже не могла от него отделаться, — рассмеялась я.
— Рада, что он наконец решил остепениться. Особенно после того, что случилось с Джули, — сказала Полли, поправляя платье у меня на груди. Мне показалось, что она втайне хотела потискаться. Меня это нисколько не оскорбило, а вот последняя фраза заинтересовала.
— Джули? Кто такая Джули? — спросила я, жадная до любых подробностей прошлого. Не потому что меня это как-то тревожило, а просто так, на всякий случай, ну, вдруг пригодится.
— Никто. Не бери в голову. Мне вообще не стоило об этом говорить, — поспешила ответить Полли. — Ох, а ты в этом платье прямо звезда.
«Хочешь перевести разговор на другую тему, хитрюга? — подумала я. — Придется за тобой присматривать».
* * *
Даже не могу описать, как много времени мы потратили на магазины. Я доверила Полли выбирать большинство вещей и всю обувь. Честно говоря, я не возражала против того, чтобы хорошо выглядеть, да и туфли, которые она подобрала, мне понравились все без исключения, хотя я понимала, что ношение такой обуви грозит серьезными травмами. Покупать белье она отказалась, заявив, что Ной хотел сам этим заняться. Но тут уж я заупрямилась: неужели девушка не может себе позволить пару обычных хлопковых трусиков?
Наконец Полли решила, что нам нужно перекусить.
— Расскажи немного о себе, — попросила она, опуская вилку в салат.
— Что тебя интересует?
— Не знаю. Самое основное, наверное. Откуда ты? Кто твои родители? Чем занимаешься? Ной даже имени твоего не называет, — прибавила Полли, закатывая глаза, чтобы показать, как ее злит то, что она обо мне ничего не знает.
— Это потому, что я участвую в программе защиты свидетелей.
— Что?! — Она выронила вилку.
— Ну да, — кивнула я, из последних сил стараясь сдержать улыбку.
Мои усилия оказались напрасными — ее лицо исказила такая бесподобная гримаса, что я не сдержалась и прыснула.
— Ах ты маленькая врушка! — рассмеялась она. — Надо же, почти подловила меня. А теперь давай, рассказывай правду.
— Хорошо, вот правда. Я из Грейсленда. Моего папу зовут Элвис Пресли.
— Пресли? Грейсленд? А ты не слишком молода, чтобы быть его ребенком?
— Ты разве не слышала? Элвис на самом деле не умер. Он сейчас зависает с Тупаком и Бигги, глотает колеса и курит ганджу.
Полли устало вздохнула.
— А в Майкла Джексона и поместье Неверленд поверишь? — голосом Максвелла Смарта спросила я. — Достаточно ли у меня для этого белая кожа?
— Ладно-ладно, умница, — сказала Полли, бросив в меня кусочек огурца. — Я поняла. Ты просто не хочешь о себе говорить. Но почему, Лейни? Что ты скрываешь?
— Ну уж нет, — сказала я, грозя ей пальцем. — Ной предупреждал меня о твоем коварстве. Не надо играть со мной в супершпиона, на самом деле все даже скучновато. Родилась в небольшом городке, в Лос-Анджелес приехала делать карьеру в порновидео. Но у меня не вышло, — пожала плечами я.
Полли подавилась водой, и я не могла не рассмеяться, увидев ошарашенное выражение ее лица.
— Да шучу я, шучу… насчет маленького городка, — задыхаясь от смеха, пролепетала я.
Полли снова фыркнула, но расспросы продолжать не стала, и я попросила ее рассказать о себе. Для нее такого понятия, как тайна, похоже, не существовало вовсе. Она даже описала мне сексуальную позицию, которую они с мужем испробовали вчера ночью, и посоветовала не пробовать ее с Ноем. К счастью, она не подозревала, что я была проституткой-девственницей и не решала, чем Ной будет заниматься со мной в постели… или на обеденном столе… или в лимузине… или в ванне.
Наконец, когда обед был доеден, узкая черная полоска на золотой карте Ноя истерлась почти до дыр и багажник машины Полли наполнился до отказа, мы повернули в поместье Кроуфордов. Я не выдала ни слова и раздувалась от гордости. Не уверена, что Полли поверила хоть чему-то из рассказанного мною, кроме, может быть, истории о шоу трансвеститов. Если честно, она оказалась не такой крутой, как меня пугал Ной.
Мы проехали по кольцевой подъездной дороге, и Полли остановила машину прямо перед входом, но выходить не стала. Только, опустив солнцезащитные очки, взглянула на меня поверх стекол.
— Ты мне нравишься, Лейни. Серьезно. И я уже могу сказать, что мы станем подругами, — заявила Полли. — Но давай начистоту. Ты должна понимать: Ной для меня и Мейсона не просто начальник. Он наш друг. Господь свидетель, и у него друзей не так уж много. Ему уже делали больно, и я не стану спокойно ждать, пока что-нибудь подобное повторится. Поэтому пока у тебя с ним все будет хорошо, я не собираюсь лезть в твою личную жизнь.
Я положила руку ей на плечо и сделала серьезное лицо.
— Ты ужасная лгунья, Полли. Но я попытаюсь не вспоминать об этом.
У нее отвисла челюсть, как будто я ее оскорбила, но она знала, что это правда. Тут Сэмюель подошел к машине и стал помогать с покупками, я подмигнула Полли и вышла, оставив ее сидеть с открытым ртом.
Мне показалось очень милым, что Полли так заботилась о Ное. Если бы она догадывалась об истинной природе наших отношений, то подумала бы, прежде чем обрушиваться на меня с глупостями вроде «если его обидишь, мне придется надрать тебе задницу». Прямо, конечно, она мне не пригрозила, но это было откровенное предупреждение.
— Мы еще не закончили, Лейни! — крикнула она мне вдогонку, когда мы с Сэмюелем направились к дому.
