Внезапно Иралий подошёл к Фиорию и заключил его в объятья. Да что он творит?! В сентиментальность верховного чародея поверит только человек, который увидел его в первый раз.
— Да, Иралий, я … тоже безмерно счастлив. — Замогильным голосом проговорил Фиорий.
— Распоряжения кардинала Мисдес имеют наивысший приоритет. — Отрапортовал стражник.
В целом Фиорий не удивился. Если тут замешена Мисдес, то Иралий пройдёт к Сетаре только через трупы её подчинённых. Доводить до этого не хотелось бы. Сам Фиорий мог, конечно, попугать стражу гневом Эльвицина и прочее… но зачем?
— Ладно, не знаю, что там Мисдес себе думает… мне без разницы. На самом деле я пришёл переговорить с тобой. — Внезапно выпалил Иралий.
Стоп. Иралий тут не для встречи с Сетарой?! Видимо он хочет обсудить результаты той миссии в Сурии, о которых самому Иралию поведал его подчинённый, старший чародей Марклон. И, кстати, о нём.
Иралий и Фиорий неспеша вышли на хорошо защищённый от прослушивания балкон с балюстрадой, оставив свои эскорты позади.
— Иралий, я хочу выразить тебе благодарность за твоего подчинённого старшего чародея Марклона. Его грамотные действия в той непростой ситуации спасли мне жизнь.
— Благодарю. — Иралий с почтением кивнул головой. — Моему ученику будет лестно узнать о столь высокой оценке со стороны старшего жреца. Я тут как раз из-за него.
Ну, конечно же.
— Если честно, я коснулся тебя своей магией, Фиорий. — Иралий облокотился о перила балкона и с явным удовольствием вдохнул ночной воздух. — В тебе не осталось следов некроауры.
Фиорий неуверенно кивнул. Иралий пришёл узнать не сдох ли он тут?
— А Марклон, с ним всё в порядке?
— Да, мне пришлось оперативно собрать кворум дабы заблокировать распространение скверны и вытянуть из него эту мерзость. Я взял с собой сильнейших учеников, чтобы заблокировать некроаруру и в тебе, а затем препроводить тебя к нам, но, похоже, этого не понадобится. Наша гостья постаралась?
— Да, её сила действительно велика. Но скажи мне одну вещь: на кой я тебе так сдался? Только не надо притворятся, я никогда не поверю в твоё благородство или благородство твоего ученика. Ты приказал ему заботиться обо мне.
— Верно. — Процедил Иралий. — Но я тебе уже всё сказал. Мы повязаны одной тайной. Плюс, ты единственный, кто способен манипулировать Сетарой. Единственный, кому она доверяет.
Фиорий захохотал.
— Объяснишь? — Иралий уставился на Фиория каким-то скучающим взглядом.
— Она изначально знала, что это я велел утопить того мальчишку. И после этого ты говоришь о доверии?
— Пфф. Не вижу противоречий. Твои мотивы прозрачны для неё. Этого достаточно. И … постой, неужели такая мелочь тебя так встревожила?
И тут Фиорий понял, что сейчас взорвётся. Не Иралию в конце концов отвечать за провал.
— Мелочь?! А ты в курсе вообще как обстоят дела?! Засел у себя в башне и носа не кажешь. Я в полной заднице!
— Был занят, извини! Ну, давай, просвети меня.
Фиорий не привык откровенничать, тем более с союзниками. В его государстве любое доверие было гибельно. Но сейчас ситуация была хуже некуда. Старший жрец вспомнил, с чего всё началось. Вспомнил, как он, будучи ещё аколитом, стоял на коленях в столичном храме Вериф в полной уверенности, что его, как и остальных, ждёт смерть.
— В тот день, Иралий, я говорил с Вериф. Именно я предложил не убивать Сетару, а изменить её, заставить принять мудрость Теократии и поклониться госпоже.
Иралий слушал молча, хмуро глядя на разгорающиеся огни ночного города.
— Но вместо этого она всё больше ненавидит наше государство. Ты же просто не знаешь её. Её нельзя подкупить, запугивание также не выход. Всё должно случится добровольно. И как будто этого было мало, ещё и исчезновение Вериф. Именно на госпожу я рассчитывал в деле влияния на душу Сетары. Хех, я уже начинаю сомневаться не причастна ли наша целительница ко всему произошедшему.
— Ты видел всё собственными глазами, там в Сурии. Есть, а, скорее всего, был, кто-то ещё столь же могущественный.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Могущественный. — Процедил Фиорий, как будто пробуя слово на вкус. — Сетара способна воскрешать мёртвых. О каком могуществе ещё может идти речь?
Иралий обернулся и как-то странно глянул на Фиория.
— Ты что купился на тот случай с мальчишкой? Я думал, что ты уже догадался.
— Ты это о чём?
Это что получается? Иралий хочет сказать, что она никого не воскрешала? Верховный чародей закатил глаза.
— Ледяная горная вода. Поток был чуть ли не со льдом. Смотри, когда человек задыхается, все части его тела умирают без воздуха. Резкий холод замедлил все внутренние процессы, снизив потребность в дыхании. Вот и весь секрет. Сетаре оставалось лишь втолкнуть в его лёгкие воздух — те самые «манипуляции с душой», а также завести сердце. Тут уже постаралась её магия, плюс давление на грудь мальчугана. Остальные внутренние повреждения также были излечены магическим путём.
Фиорий ещё некоторое время ошарашено смотрел на Иралия. Он никогда не слышал о подобном. Однако, звучало всё достаточно логично.
— Куда как страшнее то, что она тогда во дворце хотела использовать против лорда Эграмона. Жрецы Иштар, по слухам, до сих пор в ужасе, но не смеют перечить Эльвицину… пока что.
Настало время Фиорию улыбнуться неосведомлённости Иралия.
— Она смогла отделить душу раба, того бейлинга, от поработившего его демона. Связать демона прямо в теле жертвы. Понимаешь?!
Внезапно Фиорий сделал пару шагов назад. Не такую реакцию он ожидал. Иралий улыбался. И это была не ехидная улыбка, а улыбка полного восторга от услышанного.
— Как я и ожидал. На меньшее Вериф не разменивается. Он страдал?! Демон страдал?!
От неожиданного вопроса Фиорий ещё дальше отшатнулся от Иралия. Нет, верховный чародей однозначно тронулся умом после их совместного путешествия. Внезапно Иралий замолчал и к нему тут же вернулось обычное серьезное выражение.
— Извини. Просто хотел проверить одну гипотезу касательно её силы. Но, мне докладывали, что Сетару спас наш друг Эграмон?
— После её слов я уже сомневаюсь. — Аккуратно ответил Фиорий, сохраняя дистанцию. — Слишком вовремя тот появился. Нападение было крайне вероломным. Если бы не один из стражников, бейлинг убил бы Фиолу.
В эту секунду каменная балюстрада треснула под рукой Иралия. Лицо верховного чародея исказила ярость.
— Ушлёпок! Я ведь предупреждал его!
— Да о чём ты говоришь?
— Неважно. Где тот стражник, что спас Фиолу?
— Это был телохранитель из ордена. Так как Сетаре пришлось принять удар на себя, то он считается не исполнившим свой долг. Теперь он должен смыть позор с ордена известным путём.
— Фиорий! Свяжись с их руководством, если понадобится, то и с самой Мисдес. Сетара в силу своего характера, о котором ты мне столь много рассказываешь, должна быть страшно благодарна тому воину. Нельзя допустить его смерти.
Старший жрец глубоко вздохнул. Это имело смысл. Сетара уже намекнула ему, что желает встречи с Мисдес. Не по этому ли вопросу?
— Такова ситуация, Иралий.
Фиорий уже понял, что разоткровенничался сверх всякой меры. Иралий ему не друг, у него вообще не было друзей. Просто, старший жрец почувствовал, как внутри него что-то треснуло. Последние события, отсутствие сна, скверные новости и прочее видимо вынудили его дух проявить слабость. Ему нужна была поддержка. А Иралий, пока что, ещё не дал ни одного повода усомниться в себе. Возможно ли, что верховный чародей преследует те же цели? Единственное, что он не собирался сообщить Иралию, так это про белый геройский кинжал. Это было личное.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А теперь помножь всё это на то, что с арасардонцами нам походу не совладать.
— Чушь. — Отрезал Иралий. — Мы по полной программе разыграем смерть лорда Плавио. Инквизиция уже наседает на них. Дело вызвало противостояние кардиналов Цимицхия и Мисдес. Им не отвертеться, ведь некромант нашёл подтверждение причастности наших лекарей.
