Читаем без скачивания Меч Без Имени. Свирепый ландграф. Век святого Скиминока - Андрей Белянин

– Вроде? Не взыщи на грубое слово, а неук ты еще! Правильно молвил, двенадцать. А кто последним-то был?

– Не знаю.

– Знай. Князь Дмитрий Могучий, брат мой старший. Нет его боле… Загубил проклятый брата моего и все войско посек, а нас сюда загнал, чтоб сгинули. Нешто в этом аду кто-нибудь, кроме русских, выживет?

Мы проговорили часа два. Постепенно картина прояснялась. Во-первых, это был не ад. Ну, не настоящий ад в нашем понимании этого слова. Скорее своеобразный мир, населенный чертями, бесами, демонами и прочей злобной нечистью. Им требовалось одно – поймать и замучить, других целей не было. Мозги набекрень – что возьмешь? Традиционных издевательств над грешными душами здесь не производилось. Все эти котлы, сковородки, неугасимые огни и каленое железо использовались сугубо для пыток живых людей, причем кончались такие развлечения всегда одним и тем же – долгой, мучительной смертью. Я так понял, что в этом пещерном мире и раньше-то людей не густо было, а потом черти постепенно и последних выцедили. Русичи жили далеко от Соединенного королевства, так сказать, в тридевятом царстве. После неудачного похода на Ризенкампфа их войско было разбито, ландграф Дмитрий казнен, города сожжены, а народ скрылся в лесах. Один только Злобыня не успокоился, продолжая терзать врага своей малой дружиной всего в две сотни ратников. Вот за это дело Ризенкампф и ухитрился засунуть их всех во Тьму.

Черти взвыли от восторга! Сначала… Потом от горя. Русские богатыри оказались крепким орешком. И хотя отряд князя постепенно таял, силы рогатых тоже изрядно поредели. Однако сам факт, что ребята в таких условиях не растерялись, не впали в отчаяние, а сгрудились и показали нечисти пархатой, кто чего стоит, это… ей-богу, в эту минуту я был горд за свое Отечество!

Честно рассказав Злобыне всю нашу историю, мы с друзьями поняли, что завербовали себе хороших союзников. Идея выбраться из Тьмы и вновь ударить по Ризенкампфу так захватила этих людей, что мне пришлось устроить маленький импровизированный митинг.

– …Он считает себя непобедимым, но мы били, бьем и будем бить эту козлиную морду! Он сжег ваши города, разрушил ваши семьи, убил вашего ландграфа и швырнул вас самих на растерзание бешеной своре чертей. Можно ли забыть это?

– Нет!!! – раздался такой дружный рев, что своды задрожали.

– Мы – вольные русские люди. Ризенкампф причинил мне уйму неприятностей. Например, засунул в недоразвитый мир и еще… А, ладно, это уже частное. Он враг всем! Жан, скажи…

– Тиран держит в своем кулаке все Соединенное королевство. Ему платят дань, а его сын бесчинствует в стране, не признавая ни людских, ни Божьих законов. Мы с лордом Скиминоком не раз давали отпор его проискам, но он бежит по нашему следу, как зверь! Вероника, скажи…

– Его власть распространилась, подобно чуме. В мире царит беспредел. Лучшие ведьмы Тихого Пристанища склоняются к мысли, что стране нужен железный король. Сытость и стабильность – кто, как не Ризенкампф, способен обеспечить это? А что ждет всех нас в результате?

– Диктатура! – Ратники обнаружили хорошее знание обществоведения. Злобыня Никитич выхватил топор и, подняв его над головой, завопил:

– Братья! Не посрамим Отечество! Поможем лорду Скиминоку восстановить справедливость. Костьми поляжем, а не дадим Русь-матушку Ризьке на поругание!

– Ура-а-а!

Один седобородый воин, ухватил меня за рукав, по-детски искренне интересовался:

– А Змеи Горынычи будут?

– Будут! – обещал я. – Полным-полно. И Бабы Яги, и Кощеи Бессмертные, а уж всяких Соловьев Разбойников буквально горстями грести! Вот только перед походом мне надо провернуть одно маленькое дельце.

– Какое? – подвинулся ко мне князь.

– Найти Лию…

– Вообще-то есть здесь одно местечко… – задумчиво протянул Злобыня Никитич. – Однако столь темное, что его даже черти обходят стороной. Камень при входе лежит. Сам бел, а посередине два малых камешка вроде глаз. Мы там мимо ходили, а внутрь не пошли – заробели. Оттуда, слышь-ко, могилой тянет…

– О Господи! – перекрестился Бульдозер.

– Тьма – одна, попали мы верно. Я не думаю, что у Смерти были причины нас обманывать. Значит, Лия где-то здесь. Может, в том дурном местечке, может, где-нибудь среди чертей…

– Вполне подходящая для нее компания… – перебила меня Вероника. – Ваша подружка, милорд, всегда привлекала к себе всякий разношерстный сброд!

– Стыдись, – возмутился я. – Об умерших или хорошо, или ничего!

– Больше не буду. В конце концов, я здесь, чтобы вытащить ее обратно… – тут же покаялась юная ведьма.

– Что ж, – привстал князь. – Права дева твоя. Надоть нам и в чертятьем стане пошукать. Глядишь, из вашей бедолаги еще суп не сварили…

– Нет! Она сама кого хочешь… – начал было Жан и осекся под моим взглядом. – Я пойду с вами. Плечо почти не болит, вы позволите, милорд?

– Посмотрим…

Дружина собралась буквально за десять минут. Шустрые ребятишки, легко с ними. Потом мы долго шли по широким коридорам подземного мира. Местность, если так можно выразиться, была примечательной. Всякие там колоннады, карнизы, своды, провалы, мосты, узенькие тропинки. Под ногами блестящие камни, может, золото, хотя кому оно здесь нужно? Довольно светло, кстати… Вроде бы под землей, а свет льется отовсюду. Загадка природы! Пару раз попадались какие-то странные животные с крупными телами, обилием рогов, ног и выпученными глазами.

– На вкус – вроде говядины… – пояснил один из воинов. – Почитай уж сколько месяцев хлеба Божьего не видели. Токмо такими вот зверьми и пропитаемся.

Лагерь чертей находился на берегу подземного озера, названного Кровавым. По-видимому, в нем были какие-то источники энергии – вода просто кипела. Розовые пузыри достигали огромных размеров и лопались, разбрасывая брызги. Общий цвет воды действительно был красноватым, а постоянное ворчание кипятка наводило на грустные размышления.

– Вот тут они, – обратился ко мне князь.

Мы спрятались за камнями, пристально вглядываясь в расположение противника.

– В озерке и варят, и парят, и баньку ладят. Ну что, ландграф, как далее действовать будем? Врасплох ударим али тишком проползем?

– Зачем лишний раз руки пачкать? – пожал плечами я. – Чертям, как и людям, отдых нужен. Давай подождем, пока уснут.

– Будь по-твоему. Отдыхай, братва. Через три часа – на дело!

…Через три часа меня сгрызли сомнения. Я ворочался с боку на бок и страдал – имею ли право так вольно распоряжаться чужими жизнями? Жан, Вероника, Злобыня, другие воины… кто я такой, чтобы из-за моих амбиций они шли на смерть? Чертей как минимум было сотен пять, и при малейшей ошибке с моей стороны нас просто затоптали бы. Ради чего, ради Лии, которую не вернуть? Ради Ризенкампфа, которого не победить? Ради чести? В большинстве своем мы были русские, а значит, действительно могли рискнуть головой ради этого успешно забытого в моем времени понятия «честь»…

– Бульдозер!

– Я здесь, милорд. У меня ничего не болит! Мы выступаем?

– Я – выступаю. Сольно! Все остальные ждут здесь. Думаю, мне удастся склонить двуногих к переговорам. Если нет…

– Вы с ума сошли! – взвыл Жан, и мне пришлось заткнуть ему рот. Подошел князь, за ним Вероника. Я вкратце изложил суть дела.

– Не след так поступать, – нахмурился Злобыня. – Ты ж ландграф, а мыслишь, как отрок горячий, неразумный. Они-то тебе сперва башку срубят, на кол посадят, а уж потом спросят, зачем приходил.

– Я ему об этом и толкую! – поддакнул обиженный оруженосец. – Это не турнир! У чертей нет ни чести, ни совести, ни благородства. Вам всадят трезубец в спину и сварят в этом же озере. Вероника, ну хоть ты объясни нашему господину…

Я молчал. Лично для меня вопрос был решен и в коррекции не нуждался. Юная ведьма почесала за ухом и деловито отметила:

– А почему нет? Милорд всегда принимает нестандартные решения. Обычно это срабатывало. Пусть он идет один, а наш ударный отряд займет выгодную позицию и поможет когда надо.

Злобыня пожал плечами. Жан сокрушенно обхватил голову руками и ударился в тихую панику. Я поправил плащ, надел предложенный одним из ратников широкий пояс с кольцом для меча, приласкал рукоять и двинулся вперед. Русичи смотрели на меня с явным состраданием…

– Одно условие, лорд Скиминок! – крикнула напоследок Вероника.

– Ну? – буркнул я.

– Я прикрою вас сверху… Мало ли что…

Черти спали самым бессовестным образом. Ну хоть бы один часовой смеху ради! Будь на месте русичей какие-нибудь коварные абреки – весь лагерь нечисти вырезали бы за одну ночь. Злобыня был слишком хорошо воспитан для такого поступка… Я двигался, не особенно прячась, перешагивая через храпящих и сопящих, пока наконец не обошел всю дислокацию врага. Лии не было. Собственно, вообще не обнаружилось ни одного пленника. Тогда, выйдя на середину, я сел на перевернутый котел и подбросил хворосту на тлеющие угли. Вероника кружилась где-то под куполом пещеры, метрах в пяти над головой. Ну что было делать? Поступок, совершенный мной, можно отнести к дебильному… Все произошло слишком быстро, на уровне интуиции. Я взял чурбачок потяжелее и запустил им в кучу спящих чертей. Результат превзошел все ожидания! Подобно камню Ясона, чурбак стукнул по носу одного, шмякнул по уху другого и въехал в пятак третьему. Они не стали задавать вопросов и выяснять первопричины, а просто пнули пару раз ближайших соседей. Те с полусна – своих. Дальше – цепная реакция…