бровь.
В ответ на вызов она засасывает головку в рот и вытаскивает её обратно с громким чмокающим звуком. Её рука продолжает двигаться по стволу, пока она пристально наблюдает за мной, вынашивая следующий шаг. Но она и не подозревает, что у меня есть свои планы на этот рот.
«Да, блять, так приятно, — делаю я ей небольшую уступку. «А теперь обхвати этот умный ротик вокруг моего члена и не останавливайся, пока я не наполню его собой до краёв». Я сжимаю её волосы в кулаке, направляя губы обратно вниз, напоминая, кто здесь задаёт тон. Я резко подаю бёдра вперёд, вгоняя себя глубоко в её глотку. Она давится — и я стону. «Вот так, детка. Обожаю слышать, как ты захлёбываешься мной». Я оттягиваю её за волосы назад, к кончику, и она послушно следует за движением, водя языком вокруг головки, слизывая выступившую каплю. Довольный, я ослабляю хватку, позволяя ей взять небольшой контроль в свои руки.
Её рука и рот действуют в идеальном тандеме — сосут, тянут, лижут с таким слаженным ритмом, что мне всё труднее удерживать бёдра на полу. Ещё несколько секунд её жадных движений со втянутыми щеками — и моё терпение лопается. «Заведи руки за спину». Она повинуется, и мой кулак в её волосах сжимается вновь, пока я резко вгоняю себя в самую глубину её глотки. Она так красиво давится мной, что это почти сбивает меня с края, но я еще не готов закончить. Я медленно выхожу и снова повторяю движение. Мои губы растягиваются в улыбку, а в груди распускается нечто вроде гордости, пока она трепещет от усилия, требуемого, чтобы сохранять эту покорную позу.
Насладившись зрелищем, как её слюна стекает по мне, я отпускаю её. «Иди сюда». Я притягиваю её к себе на колени.
Я пью глазами следы размазанной помады на её лице, пока она смахивает влагу с подбородка. Моё прекрасное запустение.
Уперев ладони мне в грудь, она смотрит на меня сверху вниз — и просто улыбается. Время для меня замирает. Это так просто, и от этого мне хочется лелеять каждое мгновение с ней. Слова на миг покидают меня, и я лишь откашливаюсь.
«Садись на меня — и не шевелись. Я так долго ждал, чтобы оказаться внутри тебя, что теперь буду наслаждаться каждой секундой. Каждое твоё движение — это ещё одна минута, которую ты подождешь прежде, чем кончить».
Её брови сердито сдвигаются, а в тёмных глазах вспыхивает вызов. «Ты ждал…» — начинает она спорить, но я резко сажусь, обрывая её протест своим поцелуем. Я поднимаю колени, поддерживая её под ягодицами, и от этого движения вхожу в неё ещё глубже. Чёрт, да я в раю.
Её внутренности сжимаются в ответ, и я стону, ловя её прерывистое дыхание своими губами. Я глотаю эти жадные вздохи, словно они способны вернуть меня к жизни. В них есть — лёгкий оттенок лимона, напоминающий о надежде, что живёт в летнем воздухе, и о тех ларьках, куда мы с Беккой бегали в детстве. Это воспоминание — горько-сладкое, как и сам вкус её языка. Я мог бы остаться так навеки — с её телом, обвившим меня, и с собой, погружённым в неё так блаженно глубоко.
И она так покорно сидит на мне, даже не пытаясь двигать бёдрами, чтобы получить то трение, в котором так отчаянно нуждается — я чувствую это по тому, как дрожат её мышцы на моей талии. Этот миг — целиком мой, и я обожаю, что она отдаёт его так самоотверженно. Думаю мне стоит её наградить. Я обнимаю её за шею и целую ещё глубже, вдыхая каждый её вздох, а затем отпускаю, откидываюсь назад, провожу пальцами по её рукам и бокам и снова ложусь. Всё так же упираясь коленями ей под спину, я вдавливаю пятки в грязный бетон пола — и без предупреждения начинаю входить в неё резкими, властными толчками.
«Эйден…» — стонет Скай, впиваясь пальцами в свою грудь. «О, да… Как же идеально твой член наполняет меня…». Она просовывает руку между нами, чтобы ласкать клитор, а я в это время захватываю её свободный сосок губами, играя с ним языком. Её дыхание учащается от двойной стимуляции, и я подстраиваю ритм своих движений под этот нарастающий темп.
«Твоя киска просто создана для моего члена» — я хриплю, вгоняя в неё себя с почти жестокой силой. «Я не хочу кончать — хочу оставаться в этой сладкой, тугой пизде навсегда». Я и правда не готов к тому, чтобы это закончилось, потому замедляю движение, почти останавливаясь, хотя каждое прикосновение сводит с ума. «Встань».
«Что?» — ноет она, непроизвольно вращая бёдрами.
«Встань. Сейчас же». Едва она приподнимается с меня, я уже скучаю по её теплу, но мне нужно больше — жёстче, быстрее. Я пользуюсь моментом, чтобы наконец снять с себя всю оставшуюся одежду.
«Куда мне встать?» — свет фонаря на полу выхватывает половинку её лица, пока она следит за моими движениями.
Я хватаю её за запястье и веду через полумрак подвала обратно к тому самому верстаку. Он заставлен инструментами, и мой взгляд цепляется за ножовку. Я разворачиваю нас так, чтобы мы оказались прямо перед ней.
«Эйден…» — её голос дрожит от неуверенности, но она даже не пытается вырваться.
Я продолжаю свой план: прислоняю пилу к стене, где висят другие инструменты, и подставляю перед лезвием тяжёлый ящик, чтобы та не упала вперёд. Целую её в висок, вдыхая пряный запах её кожи. «Ты мне доверяешь?»
Несколько секунд тишины — и наконец она кивает. «Не знаю почему, но да», — признаётся Скай с прерывистым, почти беспечным смешком.
Получив подтверждение, я беру одну её руку и вкладываю пальцы в рукоятку пилы, сжимая их в кулак. Несмотря на напряжение во всём её теле, она позволяет мне прижать вторую ладонь к свободному участку стены пониже. «Не двигайся, детка». Я отступаю на шаг и поправляю её бёдра, заставляя её прогнуться ещё сильнее.
«Ты представляешь, как чертовски прекрасно выглядишь?» Мои пальцы скользят по изгибу её спины, следуют вниз — и погружаются в уже залитую влагой щель. «Я никогда не встречал никого, кто бы так идеально мне подходил». Я вожу вокруг её бутона, и она подаётся назад, навстречу моей руке. «Ты готова к моему члену, Скай?»
«Да…» — она стонет, оглядываясь на меня через плечо. «Я давно готова».
Я смеюсь, довольный её нетерпением. «Ты была
